Глава 1
Мария отжала грязную воду со швабры и устало вытерла рукой мокрый лоб. Работа уборщицей в крупном бизнес-центре отнимала все силы, но это был единственный способ достичь заветной цели. Молодая женщина со вздохом посмотрела наверх. Впереди её ждало ещё несколько этажей, на каждом из которых нужно было не только помыть полы и пропылесосить ковролин, но и прибраться в многочисленных кабинетах.
— Спокойно, Маша, ты со всем справишься, — тихо повторяла она себе под нос простые слова, словно мантру.
Мысль о том, что за каждый этаж она получит дополнительную сумму к зарплате, была её единственным утешением. За последние полгода этот изнурительный труд почти стал для неё нормой. К сожалению, из-за отсутствия нормального образования это была единственная работа, которую ей предложили на бирже труда. До этого Маша работала в небольшом пункте приёма и переработки мусора, но после его закрытия ей пришлось срочно искать новое место.
Если бы она только могла, то с радостью изменила бы свою судьбу. Но, увы, выбора не было. Её родители тяжело болели, поэтому практически всю свою молодость девушка была вынуждена ухаживать за ними, в то время как её друзья и одноклассники продолжали получать образование. После смерти родных — мама и папа ушли почти одновременно, с разницей всего в несколько месяцев, — Мария решила переехать из деревни в город, но, понятное дело, здесь она была никому не нужна. Походив по собеседованиям, она случайно наткнулась на объявление о пункте приёма вторсырья. Понимая, что выбирать не из чего, я подалась туда.
Несмотря на непростые обстоятельства, Маша не переставала интересоваться жизнью и людьми вокруг. Обладая пытливым умом и тягой к прекрасному, девушка потихоньку посещала местный театр и выставки живописи, стараясь как могла расширить свой кругозор. На одной из таких выставок она познакомилась с Игорем. Молодой человек сразу оценил милую блондинку, и вскоре их знакомство переросло в романтические отношения. Парня не смущало, что его возлюбленная работает на сортировочной станции. Напротив, ему даже нравилось, какой контраст составляет её работа с безупречной внешностью и природными манерами.
— Маша, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, — признался он ей как-то раз. — Но прежде чем мы поженимся, я хочу кое в чём тебе признаться.
— Интересно, в чём? — с интересом посмотрела она.
Игорь смущённо опустил голову. Он был на пару лет старше неё и не понаслышке знал, каково это, когда близкий человек что-то от тебя скрывает.
— Понимаешь, я был женат, — наконец произнёс он. — Инна умерла полтора года назад. Мне было непросто решиться на новые отношения, но, узнав тебя, я подумал: а вдруг что-то получится?
— Ничего себе, — ахнула Маша и прижала свои худенькие руки к лицу. — Я тебе так сочувствую.
— Спасибо, — кивнул он. — Но дело не только в том, что я овдовел в 28 лет. Есть кое-что ещё.
Игорь серьёзно посмотрел на невесту и медленно произнёс:
— Дело в том, что… — он на секунду замолчал, а потом выпалил на одном дыхании: — У меня есть дочь Лера, ей сейчас три года.
Конечно, это признание тогда сильно её шокировало, но Маша оценила его честность. Да и потом, её чувства к жениху были достаточно искренними и глубокими, а тот факт, что он воспитывал ребёнка после смерти жены, внушал уважение и только укреплял её уверенность в том, что с ним у неё получится хорошая семья. Маша была уверена, что сможет принять малышку и стать для бедной девочки любящей и чуткой мамой.
Так и случилось. Мария довольно быстро привязалась к маленькой Лере и вскоре стала считать девочку родной. Лера тоже полюбила приёмную маму и при каждом удобном случае проявляла к ней нежность и любовь.
Первое время после свадьбы они жили, что называется, идеальной семьёй. Маша воспитывала Леру и при этом продолжала работать, а супруг, воодушевлённый тем, что дочь под присмотром, начал присматриваться к бизнесу, хотя сам работал простым менеджером. Почему-то он был уверен, что стоит ему попробовать себя в новой роли, как у него всё получится и деньги потекут рекой. На деле всё оказалось гораздо сложнее.
Однако даже это было перечёркнуто ужасным известием о страшном и редком заболевании, которым страдала Лера. Началось всё вроде бы с безобидного синяка, который малышка случайно поставила на игровой площадке. Лера соскользнула с лесенки, ведущей в игровой домик, и ударилась ногой. Поначалу Маша не придала ушибу особого значения. Нет, она, конечно, обработала ссадину, а потом купила плюшевого зайчика и мороженое. Вроде бы всё было нормально, но поздно вечером Лера пожаловалась, что ножка болит сильнее.
Взглянув на ушибленное место, Маша пришла в ужас. Всего за несколько часов ушиб из обычного синяка и царапины превратился в огромную багровую гематому.
— Игорь! — испуганно позвала она мужа, и когда тот прибежал на её зов, его лицо вдруг побелело как снег.
— Срочно вызывай скорую, — решительно произнёс он, подхватывая плачущую дочь.
В больнице им сказали, что они приехали вовремя. Ещё чуть-чуть, и худшего было бы не избежать.
— Что с моей дочкой? — с бьющимся от страха сердцем спросила Мария.
Пожилой врач печально посмотрел на неё и озвучил страшный диагноз. Маша медленно опустилась на стул. Она не могла поверить в происходящее. Ей казалось, что стоит ущипнуть себя, и она проснётся, а вся эта ночь окажется дурным сном.
— При таком заболевании медлить нельзя, — сразу сказал доктор. — Любой такой синяк или глубокая царапина могут в прямом смысле стать смертельными.
— И вы ничем не можете помочь? — искренне удивился Игорь. — Разве от этой болезни нет лекарства?
— Увы, в данном случае может помочь только операция по пересадке костного мозга, — покачал головой пожилой доктор. — Но даже если мы найдём донора, ждать квоты придётся долго, а действовать, я считаю, нужно прямо сейчас.
— Сколько у нас времени? — бескровными губами спросила Маша.
— Не больше года, — опустил глаза врач. — И то, если мы будем поддерживать девочку медикаментозно. А вы должны понимать, что лекарства крайне дефицитны. Придётся заказывать их за границей.
— Мы найдём деньги, — решительно кивнула Маша и с надеждой посмотрела на спящую Леру. — Давайте начнём лечение, а мы с мужем внесём первый платёж.
Врач молча кивнул и попрощался. И только Игорь, глядя на дочь, не произнёс ни слова.
На лечение маленькой Валерии ушли почти все их сбережения. Супруги в буквальном смысле отдавали последнее.
— Как же не вовремя эта болезнь, — сказал как-то Игорь. — Я уже планировал, как вложу эту сумму в свой стартап. Даже уволился, чтобы сосредоточиться на бизнесе.
— Что? — не поверила своим ушам Маша. — Правда? Когда это было?
— А что такого? — возмущённо взглянул на неё супруг. — Эх, то, что случилось, — это, конечно, горе, не спорю, но жизнь-то не стоит на месте. Мне нужно двигаться вперёд. И потом: ради кого, по-твоему, я это делаю? Естественно, ради вас.
— Ты бросил стабильную работу ради призрачной мечты! — со слезами на глазах не могла поверить Маша. — Дочь страдает. Нужно ей помочь. Ты, кажется, поступил эгоистично.
Игорь дерзко возразил, мол, без малых потерь большой победы не добиться. И вообще, у него уже всё схвачено в плане бизнеса. И как только поступят первые дивиденды, Маша ещё будет извиняться.
Она была так расстроена словами и поступками мужа, что даже забыла сказать ему о том, что пункт сортировки закрылся и ей нужно искать новую работу. Вместо этого она лишь глубоко вздохнула и отправилась просматривать вакансии, ни на одну из которых её, конечно же, потом не взяли.
Попав в компанию Бориса Орлова, амбициозного, умного, но известного своим невыносимым характером бизнесмена, Маша сразу завоевала определённый авторитет среди местных. Молодая уборщица выполняла свою работу на отлично, и ни у шефа, ни у кого-либо из сотрудников не было к ней претензий. Да, работа была очень тяжёлой, но и платили за неё соответственно, так что фактически их семья жила на те деньги, которые зарабатывала Маша. Дивиденды же, о которых так красочно рассказывал муж, почему-то не спешили поступать. И самое странное, что Игоря это не особо волновало. Он продолжал проводить дни за экраном ноутбука, на котором якобы строил бизнес-империю.
В тот день Маша, как обычно, заканчивала уборку у босса. В это время он находился в зале для совещаний, так что можно было быстро убраться и уйти домой пораньше, при этом лишний раз не попадаясь на глаза вспыльчивому начальнику.
Когда Мария открыла дверь, её взору предстала шокирующая картина. Маленький сын Орлова, Петя, сидел на подоконнике высокого окна и почти перегнулся через открытую створку. Ещё мгновение, и малыш непременно свалился бы с пятого этажа.
Не раздумывая ни секунды, она бросилась к мальчику и чудом ухватила его за пояс.
— Поймала! Я тебя вижу! — взволнованно воскликнула молодая уборщица и инстинктивно прижала ребёнка к себе.
— Мария, что происходит? Зачем вы вцепились в моего сына?
Борис стоял в дверях кабинета и требовательно смотрел на неё.
— Борис Андреевич, я… — попыталась оправдаться Маша.
Однако шестилетний мальчик закончил за неё:
— Пап, не ругайся. Тётя Маша меня подхватила. Я чуть не упал.
Глаза бизнесмена округлились от удивления. И в этот момент из его горла вырвался крик:
— Вероника, ты где? Где тебя черти носят? Петя чуть не выпал из окна!
Вслед за тем в кабинет вбежала молодая жена босса, девушка лет двадцати пяти. Уставившись на него огромными голубыми глазами, она принялась гладить его по руке и заискивающим тоном приговаривать:
— Милый, ну ты чего? Тебе вредно нервничать, ты же знаешь. Я всего на минутку отошла к девчонкам за кофе. Ну кто же знал, что этот проказник решит вылезти в окно.
Однако бизнесмен резко отдёрнул руку и посмотрел на неё таким взглядом, что даже у Маши по спине побежали мурашки.
— Я же просил тебя не отходить от него ни на минуту. Неужели непонятно? Петя не может оставаться один. Ты должна была просто присматривать за ним, а вместо этого снова начала болтать.
Вероника в ответ посмотрела на него обиженным взглядом.
— Знаешь что? Я не обязана сидеть с ним круглосуточно. Хочешь нанять няню для сына? Найми её. Я вообще-то жена, а не прислуга.
Вероника стремительно вышла из кабинета, цокая каблучками.
Вздохнув, мужчина грустно покачал головой.
— Простите. Вероника раньше работала здесь администратором. Она была такой доброй. Я надеялся, что она сможет заменить Пете маму. Но что-то не сложилось.
Борис осторожно забрал сына, а затем отсчитал из своего кошелька несколько крупных купюр.
— Вот, возьмите, это вам в благодарность за спасение. Вы даже не представляете, как вовремя вы здесь оказались.
Маша начала было отказываться, мол, она не из-за этого. Но бизнесмен настойчиво произнёс:
— Берите, берите. Я слышал, у вас дочка примерно того же возраста, что и мой сын. Порадуйте её чем-нибудь. Ну, не знаю, купите ей новое платье или ещё что-нибудь.
Маша зарделась от смущения, но, поблагодарив начальника, всё же взяла деньги.
А вечером, вернувшись домой, рассказала мужу о случившемся и, радостно пересчитав деньги, положила их в специальную коробочку, куда откладывала сумму на операцию для дочери.
— Можно считать, что это внеплановая премия, — с улыбкой произнесла Маша.
Но когда она обернулась, то увидела, что Игорь не обрадовался вместе с ней, а помрачнел ещё больше.
— Что-то случилось? — встревожилась она.
— Ишь ты, какой щедрый, этот Орлов, — с презрением произнёс муж. — Раскидывается деньгами направо и налево, молодую жену завёл.
В его голосе слышались неприкрытые зависть и злоба, что очень удивило Машу. Она, конечно, успела привыкнуть к переменам в характере мужа, но сейчас это открытие неприятно поразило её.
— Игорь, ты чего? Это же для нашей дочери, — непонимающе спросила она. — Нам сейчас каждая копейка на счету.
Однако Игорь продолжал смотреть хмуро и отрешённо.
— Интересно, что бы ты сказала, если бы узнала, что у сына твоего босса такая же группа крови, как у нашей Леры?
Маше показалось, что её облили ледяной водой. Она знала, что у Леры очень редкая группа крови, и это, соответственно, усложняло поиск донора. Получается, идеальным донором для них мог бы стать близкий родственник. Но ни у неё, ни у Игоря такой группы не было. Игорь сказал, что, скорее всего, это передалось от бабушки Марины Алексеевны. Но теперь Маша начала в этом сомневаться.
— На что ты намекаешь? — ошеломлённо спросила она.
А муж в ответ злобно усмехнулся.
— Как правило, люди с такой группой крови часто подвержены тяжёлым заболеваниям.
А когда Игорь посмотрел ей в глаза, она наконец поняла:
— Ты знал? Ты всё это время знал, что Лера болеет, и ничего мне не говорил?
Маша вплотную подошла к мужу и посмотрела на него.
— Не отводи взгляд. А я ведь верила. Ты так искусно изобразил удивление в больнице, когда доктор назвал диагноз. Зачем?
В ответ он слегка оттолкнул её.
— И что бы это изменило? Когда Лера родилась, я сразу понял, что её не ждёт ничего хорошего. Это был лишь вопрос времени.
— Что? — не поверила своим ушам Маша. — Как у тебя язык поворачивается говорить такое о родной дочери?
Игорь медленно обернулся и произнёс:
— А кто сказал, что она мне родная?
Увидев шок в её глазах, он продолжил унылым тоном:
— Когда мы начали встречаться, Инна сразу призналась, что беременна. Она недавно развелась с мужем и только потом узнала, что ждёт ребёнка. Я поинтересовался, кто отец, и ты не поверишь — это твой начальник, Орлов.
Маша отшатнулась. Настолько её поразило это известие.
Лицо Игоря покраснело от гнева.
— Этот прохвост познакомился с Инной, когда сам был простым чертёжником в какой-то захудалой конторке. Ни денег, ни статуса. Но стоило ему попасть в струю и стать более-менее известным, как он тут же решил, что им с Инной не по пути. Бросил её, посчитав недостаточно статусной для себя.
Маша на мгновение почувствовала укол ревности по отношению к покойной жене Игоря. Даже после её смерти он защищал её честь и достоинство.
— Инна ничего не стала рассказывать Орлову о дочери, а с меня взяла обещание. Она боялась, что он просто отберёт ребёнка или, что ещё хуже, откажется от него и подаст на Инну в суд за клевету.
Маша изо всех сил пыталась осознать услышанное.
— Лера — дочь Орлова? Но это же значит… Погоди. Значит, Петя тоже сын Инны? — спохватилась Маша.
— Да, — кивнул Игорь. — Она хотела отсудить опеку над сыном, но куда там? Этот мерзавец упёрся: мол, мне нужен наследник, а ты иди своей дорогой.
— Ну как же так? — продолжала недоумевать Мария. — Разве она не знала о болезни своего сына? Ведь если у них с Лерой одинаковая группа крови, то у Пети тоже должно быть такое заболевание.
Игорь пожал плечами.
— Вряд ли она знала, болезнь проявляется не сразу. Но вот я понял, что с Лерой что-то не так, когда она родилась. Она была такой же бледной и слабой, как мой младший брат. У Кирюхи было такое же заболевание, и он умер от него в раннем детстве.
Маша в шоке смотрела на мужа.
— Ты никогда не рассказывал о брате?
— Об этом тяжело говорить, — сухо ответил супруг. — У мамы была такая же редкая группа крови, как у Леры и Кирилла. Она пыталась спасти брата, стать для него донором, и ей даже удалось на какое-то время сохранить ему жизнь. А через несколько дней мама умерла от осложнений, вызванных изъятием части костного мозга. Кирилл прожил после этого всего год.
Маша медленно подошла и положила руку мужу на плечо. Она даже представить себе не могла, что ему пришлось пережить. Сама она хоть и не знала покойную свекровь, но всё же была уверена, что та была прекрасной матерью, раз без раздумий согласилась стать донором для своего больного сына, рискуя при этом собственной жизнью.
— Нужно было рассказать Инне о болезни. Возможно, тогда вы смогли бы хоть как-то предотвратить её развитие.
Игорь резко сбросил её руку со своего плеча.
— Тебе легко говорить. Ты даже не представляешь, каково это — терять близких, когда сам ещё ребёнок. Я не хотел, чтобы она испытывала что-то подобное, хотя и понимал, что её дочь проживёт недолго. А потом у Инны случился инфаркт. Я решил: будь что будет. Решил растить Лерку столько, сколько получится. В душе я надеялся, что, может быть, ошибся и она не заболеет. Но всё началось сначала.
Игорь закрыл лицо руками и глубоко задышал, пытаясь успокоиться.
А на вопрос о том, почему он раньше не попросил Орлова помочь с дочерью, если знал, что Лера от него, муж лишь презрительно посмотрел на неё.
— Я бы никогда не стал просить денег у этого гада. Ненавижу его. К тому же, узнав о дочери, он может начать манипулировать нами.
— Игорь, очнись! — одёрнула его Маша. — Посмотри на нас. С нас и взять-то нечего. Какие манипуляции? Максимум, что он мог бы сделать, — это попытаться отобрать у нас Леру, но я уверена, что, если поговорить с ним по-человечески, он этого не сделает. Тогда, в кабинете, когда я спасла Петю, он показался мне вполне человечным.
Муж, услышав это, побледнел и, прокричав, что от него отстанут, что он, мол, бередит старые раны, ушёл в другую комнату и закрылся там.
Маше вся эта история казалась невероятной и трагичной одновременно, но кое-что всё же настораживало её. Зная, как сильно муж помешан на деньгах, она не переставала удивляться, что Игорь не стал требовать их у бизнесмена на воспитание и лечение собственной дочери.
«Особенно сейчас, когда я работаю за двоих», — со вздохом подумала Маша.
Она также понимала, что Орлов никогда бы не догадался, что Лера — его дочь. Выйдя замуж, Маша предпочла сохранить свою фамилию Цветкова. Тем самым она полностью скрыла свою семью от начальника. Если тот и знал, за кого впоследствии вышла его бывшая жена, то явно не мог предположить, что муж покойной Инны и супруг Маши — один и тот же человек.
— Игорь явно что-то недоговаривает, — сказала себе Мария. — Интересно, что? И какое это имеет отношение к Лере?
Увы, после этого разговора вопросов осталось больше, чем ответов.
Спустя несколько дней Маша снова наводила порядок в кабинете шефа и случайно опрокинула несколько папок с документами. Бумаги высыпались на стол. Она начала быстро их собирать, пока босс не заметил. И вдруг ей на глаза попалось несколько фотографий. Старых, но цветных. Это были семейные снимки, на которых можно было узнать самого Бориса и его родных.
Две фотографии были особенно интересными. На одной из них была изображена молодая красивая девушка с рыжеватыми волосами, рассыпавшимися по плечам, и сердце Маши невольно дрогнуло. Она уже видела такие волосы у Леры.
— Инна, — прошептала Мария, вглядываясь в чистое улыбающееся лицо.
Она не могла не отметить, что первая жена её мужа была довольно красива и, возможно, даже намного красивее её самой. И тут Маша поняла, что муж не лгал ей насчёт связи Инны и Орлова. На другой фотографии они, молодые и счастливые, стояли, держась за руки. Казалось, что впереди эту пару ждёт счастливое будущее.
Взяв в руки другой снимок, Маша слегка растерялась. На нём были родители бизнесмена и сам бизнесмен, только в очень юном возрасте. Судя по фотографии, ему тогда было не больше шести. Однако уже тогда в нём проявлялись характерные черты, будь то слегка надменный взгляд или прямой и точёный, как у статуи древнегреческого бога, нос.
— Погодите-ка, — сказала себе под нос Маша, вглядываясь в лицо матери юного босса.
Она не была уверена, но почему-то ей показалось, что она уже видела это лицо. Как будто в нём было что-то знакомое.
— Не может быть, — выдохнула она. — Марина Алексеевна!
Она была готова поклясться, что на фотографии изображена родная мать её мужа, покойная свекровь. Но как такое возможно?
Присмотревшись, Маша увидела в нижнем углу дату, когда был сделан снимок, и по спине у неё пробежал холодок. За 5 лет до рождения Игоря.
Мария знала, как выглядела мать её мужа. Он часто показывал ей фотографии, на которых они с Мариной Алексеевной всегда были вместе. И сейчас, глядя на маленького радостного Бориса, который с любовью прижимался к матери, она поняла: мать её мужа была в то же время матерью её начальника. Получалось, что до того, как выйти замуж за отца Игоря, Марина Алексеевна успела обзавестись другой семьёй. То есть у неё был первый муж и сын от первого брака.
— Вот это поворот! — прошептала Мария, продолжая смотреть на фотографию. — Интересно, а братья знали о существовании друг друга?
Скорее нет, чем да. По каким-то причинам Марина Алексеевна хотела сохранить в тайне свой первый брак, иначе Борис наверняка попытался бы найти младшего брата.
— Но если Борис — отец Леры, значит, Игорь воспитывает свою племянницу, — осенило её.
Головоломка, кажется, складывалась, и женщина наконец смогла разобраться в хитросплетениях семейных связей своего мужа.
— Маша, ты что, роешься в моих вещах? — прогремел за её спиной внезапно вернувшийся начальник. — Кто тебе дал право копаться в моих документах? Что у тебя в руках? Мои детские фотографии, что ли?
