Жестокое предательство
— Опять транжиришь мои деньги, девочка? — голос Маргариты Эдуардовны прозвучал резче, чем скрежет венчика о металл. Главный инвестор кафе вплыла в святая святых в безупречном кашемировом пальто, надменно оглядывая стерильные столы.