Сердце не камень 12
До городской свалки оставалось еще километра три, но воздух в салоне «Жигулей» уже изменился. Он стал густым, тяжелым, с привкусом сладковатой гнили и горелой пластмассы. Этот запах просачивался сквозь старые уплотнители дверей, сквозь щели в полу, забивался в нос и оседал неприятной пленкой на языке.