Глава 27 Похороны организовывали всем миром. Саня Борода и Серега Лом взяли на себя самое тяжелое — выбивание места на кладбище и поиск гроба. В те годы даже это было проблемой. — Нашли, Витя, — Борода встретил его у подъезда, придерживая за локоть.
Виктор не спал. Всю ночь он прислушивался к шагам за дверью, к кашлю в соседних палатах, к завыванию ветра в вентиляции. Каждое скрипение половиц казалось ему предвестником конца. Память подсовывала обрывки разговора с Савостиным, и каждое слово следователя жалило, как осиный рой. «Её уже нет…
Сознание возвращалось толчками, как будто кто-то рывками вытягивал Виктора из вязкого, черного болота. Сначала появились звуки: мерное «кап-кап», далекое хлопанье двери и какой-то странный, свистящий шум, который, как оказалось, издавали его собственные легкие.
Глава 24 — Дави их, Витя! — взревел Штырь, и этот крик, сорвавшийся на ультразвук, ввинтился в мозг не хуже пули. — Жми, с..а! Педаль в пол! Если встанешь — нам хана! И Ольке твоей хана! Жми-и-и! Слово «Олька» сработало как детонатор.
Глава 15 Виктор сидел за колченогим столом, накрытым пожелтевшей клеенкой с изображением каких-то тропических фруктов. Перед ним лежала старая сумка — верная спутница в бесконечных рейсах. Завтра на рассвете нужно было выводить «КамАЗ» на трассу.
Глава 14 Виктор проснулся от того, что в висках настойчиво стучала тяжёлая, тупая боль — последствие не то вчерашнего нервного перенапряжения, не то плохого сна, в котором он всё никак не мог отмыть руки от чего-то липкого и тёмного.
