Кати которая решила жить без мужа
Полинка свалилась в понедельник. Утром ещё скакала по квартире, таскала за хвост плюшевого зайца, а к обеду легла на диван и затихла. Катя потрогала лоб — горячий, сухой.
семья
Три мамы для Димки
— Аня, ну хватит уже! — Димка стоял в дверном проёме кухни и смотрел, как жена швыряет тарелки в раковину. — Что опять? — А то ты не знаешь! Тамара твоя приходила. Борщ принесла. И заодно объяснила мне, что я лук неправильно режу. Лук, Дима!
Ненастоящий неумеха
Дашка сказала это за ужином, между второй котлетой и компотом. — А папа вкуснее готовит. Лена не сразу поняла. Положила вилку, посмотрела на дочку. Дашке девять, она редко говорила просто так — обычно
Чужая по крови
Кафе при автовокзале было из тех мест, где никто не задерживается. Пластиковые стулья, телевизор под потолком с выкрученным звуком, на экране кто-то беззвучно открывал рот.
Свободен! — крикнул и сам не поверил
Гена сказал это на дне рождения младшей внучки. Полинке четырнадцать стукнуло, собрались у старшего сына — квартира большая, столы в зале и на кухне, табуретки с балкона притащили, потому что стульев не хватало.
Не дочь, а так… попутчица
— Дин, ну ты сама подумай головой. Кому ты нужна в этом техникуме? Руками работать надо, а не книжки листать. Дина молча ковыряла вилкой холодную гречку. Есть не хотелось.
Семейная правда
Костя ел макароны прямо из кастрюли, когда позвонила Лена. — Ты только не волнуйся, — начала она, и он тут же напрягся, потому что ничего хорошего за такими словами обычно не следовало. — Уже волнуюсь. Давай быстрее. — Помнишь тётю Валю?