опустевшее гнездо

— Мам, — сказал Андрей двадцать секунд назад, — я тебя прошу нормально. Не звони мне каждый день. Мне тридцать два года. У меня своя жизнь. Ты можешь это понять? Нина могла. Кивнула — в пустую кухню, трубке, которая уже не слышала.