Елена толкнула входную дверь и щёлкнула выключателем. Коридор залило светом, и первое, что она заметила — алые лодочки на высоком каблуке возле вешалки. Знакомые до боли туфли её близкой подруги Светланы.
Утренняя суматоха началась как обычно. Варвара металась по коридору, застёгивая молнию на детском комбинезоне, пока маленькая Катюша упиралась всеми конечностями. — Не пойду на гимнастику! — надрывалась девочка. — Там холодно и пахнет резиной!
— Второй день его дома нет, — Марина вытирала глаза салфеткой. — Точно завёл кого-то… Я же чувствую… — Марин, а может, ты его замучила? — Вера никогда не лезла за словом в карман. — Вечно ноешь, денег требуешь…
– Сколько можно лежать-то? – Нина Васильевна остановилась в дверях. – Суббота уже до половины дошла. Андрей повернулся к стене. – Я с тобой разговариваю! – повысила голос теща. – Мам, – из кухни донесся голос Тани. – Не трогай его. – А что мне, молчать?
— Ты что, с ума сошёл? — Алёна схватилась за голову. — А что такого? — Игорь невинно пожал плечами. — Как что? Это же новые шторы! Я их только вчера повесила! — Ну и что? — Игорь отвёл взгляд. — Дети играли. Бывает. — Бывает? — Алёна подошла ближе. — Игорь, у них нарисованы […
Короче, захожу я вчера в ванную — почистить зубы перед сном. Смотрю — жена стоит перед зеркалом и что-то бормочет себе под нос. — Ты чего? — спрашиваю. — Я читаю аффирмации! — гордо заявляет она. — Чего читаешь?
Марина увидела его у хлебного. Сначала спина. Потом он обернулся, и она вдруг поняла, что забыла, как дышать. Он смотрел на неё и улыбался. Всегда улыбался, когда не знал, что сказать. — Марина? Она кивнула.