Мелким шрифтом
— Ну вот, все понятно, — заявила Валентина Аркадьевна, прищурившись сквозь мутные линзы очков. — Хотела на шее у моего сына повиснуть, да? И квартирку себе прибрать, и машину, и, может, еще дачу в Кокшетау, ага?
самоопределение
Он считал нас обузой.
Ирина тёрла воротник рубашки, пытаясь вывести въевшееся жёлтое пятно. Вода обжигала пальцы, но она механически продолжала движения, не замечая боли. Хостел-квартира, которую они с Антоном снимали уже третий год, этим вечером казалась особенно тесной.