– Мама просила передать, что ждёт вас в субботу на дачу, картошку копать, – сообщил Андрей, не поднимая глаз от телефона.
Марина молча кивнула, продолжая гладить рубашки. «В прошлом году свекровь даже не позвала», – мелькнуло в голове. – «Сказала, что справятся сами с Андреем и его братом».
Суббота выдалась на редкость солнечной для октября. Марина с Андреем приехали на дачу к десяти утра, как и было велено. У калитки их встретил деверь Павел с женой Светой.
– О, трудовая сила подъехала! – весело крикнул он. – Мам, выходи, помощники приехали!
Валентина Петровна вышла на крыльцо, окинула невестку оценивающим взглядом:
– Марина, ты в таких джинсах собралась огород копать? Света вон в спортивном костюме приехала, понимает, что к чему.
– У меня переодеться есть во что, в машине лежит, – спокойно ответила Марина.
– Ну-ну, – скептически хмыкнула свекровь. – Андрюша, сынок, иди чай попей с дороги, устал небось.
Марина хотела было заметить, что за рулём была она, но промолчала. За восемь лет брака она научилась не обращать внимания на мелкие уколы.
Переодевшись в старые треники, она вышла в огород. Картофельное поле казалось бесконечным. Света уже вовсю орудовала лопатой рядом с Павлом, а Андрей всё ещё пил чай на веранде.
– Марин, ты давай вон с того края начинай, – распорядилась свекровь. – Там самые мелкие кусты, как раз для тебя.
«Самые дальние, хотела она сказать», – поняла Марина, но послушно пошла в указанном направлении.
Работали молча. Через час спина начала ныть, руки покрылись волдырями. Марина выпрямилась, чтобы размяться, и увидела, как Валентина Петровна что-то оживлённо рассказывает Свете, обе смеются. До неё донеслось:
– …а эта даже борщ нормально сварить не может! Анечка вон какая хозяйка была…
Анечка – первая жена Андрея, с которой он развёлся за год до знакомства с Мариной. Свекровь не упускала случая напомнить об этом.
К обеду выкопали половину поля. Валентина Петровна позвала всех к столу — накрыто было на веранде. Но когда Марина направилась к дому, свекровь остановила её:
– Ты доешь потом, мест на всех не хватает. Света с Павлом издалека приехали, им нужно подкрепиться.
Марина молча развернулась и пошла обратно в огород. Злость клокотала внутри, но она упрямо продолжала копать, вонзая лопату в землю с особым усердием.
– Эй, ты чего это тут героиня труда изображаешь? – Андрей появился через полчаса с бутербродом в руке. – Мама сказала, ты сама захотела доделать этот ряд.
– Сама захотела? – Марина обернулась к мужу. – Твоя мать сказала, что мне места за столом не хватило!
– Да ладно тебе, не выдумывай. Просто неправильно поняла, наверное. Пойдём, там суп остался.
– Андрей, – Марина воткнула лопату в землю. – Сколько можно? Восемь лет твоя мать меня третирует, а ты делаешь вид, что ничего не происходит!
– Марин, ну что ты заводишься? Мама просто… своеобразная. К Свете она тоже придирается.
– Придирается? – Марина рассмеялась. – Я только что своими ушами слышала, как они со Светой обсуждали, какая я плохая хозяйка!
Андрей неловко пожал плечами:
– Ну, может, ей правда борщ твой не нравится. Не обращай внимания.
Вечером, когда картошка была выкопана и рассортирована, Валентина Петровна объявила:
– Так, дети, я тут посчитала. Картошки вышло восемь мешков. Паше с Светой – три мешка, они вдвоём работали. Андрюше – два мешка. И по мешку свекру с дедом отвезём.
– А мне? – тихо спросила Марина.
– А что тебе? – удивилась свекровь. – Ты же с Андреем одна семья. Вам два мешка, я же сказала.
– Но работала в основном я…
– Вот именно что в основном! – неожиданно взорвалась Валентина Петровна. – Вечно ты недовольна! Другие невестки благодарят, что свекровь картошкой делится, а ты нос воротишь!
В машине Марина молчала. Андрей пытался разрядить обстановку:
– Зато картошка на зиму есть. Хорошая уродилась в этом году.
– Останови машину, – попросила Марина.
– Что? Зачем?
– Останови, пожалуйста.
Андрей съехал на обочину. Марина вышла из машины, достала телефон.
– Алло, Лена? Можно я к тебе на пару дней приеду? Да, прямо сейчас.
– Марина, ты что делаешь? – Андрей вышел следом. – Из-за какой-то картошки…
– Не из-за картошки, – Марина повернулась к мужу. – Из-за того, что восемь лет я пытаюсь стать частью твоей семьи, а для твоей матери я всегда буду чужой. И ты это прекрасно видишь, но предпочитаешь делать вид, что всё в порядке.
– Марин, ну что ты хочешь, чтобы я сделал? Это же моя мать!
– А я твоя жена. Или это ничего не значит?
Андрей молчал, глядя куда-то в сторону. В этом молчании был весь ответ.
– Знаешь что, – Марина полезла в багажник. – Забирай свою картошку. Всю. Я же «плохая хозяйка», мне она без надобности.
Она вытащила оба мешка на обочину, вызвала такси на телефоне.
– Марина, не глупи, садись в машину!
– Я устала глупить, Андрей. Восемь лет глупила, хватит.
Через неделю Марина сняла небольшую квартиру на другом конце города. Андрей названивал, приезжал, уговаривал вернуться. Обещал поговорить с матерью, но Марина только грустно улыбалась:
– Поздно говорить. Надо было восемь лет назад.
Валентина Петровна, узнав о разладе, неожиданно приехала к невестке сама. Марина открыла дверь и молча отошла в сторону, пропуская её в квартиру.
– Что ж ты удумала, девка? – начала свекровь с порога. – Семью рушить из-за ерунды?
– Из-за ерунды? – Марина села за стол. – Валентина Петровна, скажите честно, почему вы меня так не любите?
Свекровь опешила от прямого вопроса.
– Я? Не люблю? Да я тебя…
– Не надо, – перебила Марина. – Мы обе знаем правду. Просто скажите – почему?
Валентина Петровна помолчала, потом тяжело опустилась на стул:
– Анечка была как дочь родная. Я её с пятнадцати лет знала, вместе их с Андреем растила почти. А потом ты появилась…
– Но ведь они сами развелись. Я тут ни при чём.
– Знаю, – свекровь ссутулилась. – Головой знаю. А сердце не принимает. Смотрю на тебя – и Анечку вспоминаю. Как она плакала, когда уходила…
В комнате повисла тишина. Наконец Марина заговорила:
– Я не Анечка. И не враг я вам. Просто хотела семьёй стать. Но если не вышло… Значит, не судьба.
Валентина Петровна поднялась:
– Андрей дурак. Хорошую жену потеряет.
У двери она обернулась:
– Картошку-то хоть возьми. Я тут пару мешков привезла. Не пропадать же добру.
Марина покачала головой:
– Спасибо, не нужно. Я теперь сама справлюсь.
Когда за свекровью закрылась дверь, Марина подошла к окну. Внизу Валентина Петровна грузила мешки обратно в машину. Андрей стоял рядом, что-то говорил матери, размахивая руками. Та отмахивалась.
«Чужой среди своих», – подумала Марина. – «Восемь лет пыталась стать своей среди чужих. Пора прекращать».
На столе зазвонил телефон – подруга Лена звала на новоселье к общим знакомым. Марина улыбнулась:
– Конечно приду. Что купить? Картошку? – она рассмеялась. – Нет, картошку точно покупать не буду. Лучше торт возьму. Или два.
