Глава 34 Дорога на старую охотничью базу давно не чистилась, и «шестерка» Сереги Лома натужно ревела, переваливаясь через глубокие, замерзшие колеи. Днище машины то и дело скрежетало о ледяные горбы, и каждый этот звук заставлял Серегу вздрагивать.
Глава 33 Центр города в середине дня казался Виктору декорацией к чужой, лощеной жизни. Здесь февраль не выглядел таким грязным и безнадежным: тротуары перед дорогими магазинами были вычищены до самого асфальта, а по проезжей части бесшумно катили иномарки
Глава 5. Ожидание Лаборатория располагалась в подвале обычной поликлиники — белый кафель, пахнет хлоркой, три бабушки в очереди на сдачу крови. Одна вязала, не поднимая глаз. Марина сунула в окошко пакет с салфеткой и паспорт.
Глава 32 Виктор шел, пригнув голову, чувствуя, как мороз пробирается под куртку, впиваясь в раненое плечо сотнями раскаленных игл. Город вокруг локомотивного депо казался вымершим: ржавые остовы вагонов, занесенные снегом рельсы и черные провалы пустых
Глава 31 Виктор взял рюмку. Пальцы едва заметно подрагивали. Он выпил коньяк залпом, не почувствовав вкуса — только обжигающий огонь разлился по пищеводу, на мгновение притупляя ноющую боль в груди. — Я всё знаю про рейс, Валентин Степаныч, — выдохнул он, глядя в дно пустой рюмки.
Очередное февральское утро не принесло облегчения. Оно не вошло в комнату, а вползло — серой, липкой мглой, которая, казалось, сочилась прямо сквозь щели в рассохшихся оконных рамах. Холод в квартире был застоявшимся, тяжелым.
Глава 29 Здание кабака показалось из тумана внезапно. Одноэтажное, приземистое, сложенное из серого камня, оно больше походило на дот, чем на питейное заведение. Над тяжелой дубовой дверью мигала вывеска: неоновый якорь потерял одну лапу и теперь светил тусклым, розовым светом.
