Профессор Четвертак посмотрел на заведующего моргом и устало сказал:
— К сожалению, сердечная недостаточность у вашей супруги приобрела тяжёлую форму. Четвёртый функциональный класс. Сами знаете, прогнозы на выживаемость при этом крайне низкие.
— И что же делать? — в отчаянии спросил Алексей.
— В таких случаях я рекомендую делать пересадку. Конечно, это не панацея, но по крайней мере от пяти лет жизни до пары десятков вашей жене прибавится. Подумайте, вы заведуете таким учреждением, что проблему с донорским сердцем можете решить куда быстрее, чем простые смертные.
— Я вас понял, — угрюмо пробормотал Зарубин. — Буду искать потенциального донора и старого приятеля ещё из реанимации подключу. К ним частенько поступают совершенно здоровые с травмами.
— В правильном направлении мыслите, — профессор похлопал заведующего по плечу. — Крепитесь. Думаю, у вас всё получится.
***
Атмосфера в больничном морге становилась всё более напряжённой. Заведующий то и дело устраивал неожиданные проверки, всё чаще появляясь в приёмной при поступлении очередного женского тела. Правда, осмотрев, он почему-то недовольно морщился и махал рукой в холодильник.
Молодой патологоанатом только пожимал плечами.
— Что это случилось с нашим Алексеем Игоревичем? Будто подменили, — как-то спросил Даниил у дежурной санитарки после очередного шумного налёта начальника.
— Так его жена сильно болеет, — ответила сведущая в сплетнях женщина. — Врачи говорят, не больше года осталось. Вот он и лютует.
— Что-то онкологическое, не знаете? — попытался уточнить Даниил.
— Да откуда ж мне знать? Вроде сердце у неё больное. Видела я её. Красивая такая дама, полная, белолицая. Хоть картины с неё пиши. А вот видишь, и таких болезни одолевают.
— Понятно, — пробормотал Даниил, подписывая очередной акт о вскрытии.
Он спешил домой, так как отработал уже вторые сутки подряд, подменяя заболевшую пожилую коллегу. «С таким начальством скоро вообще работать будет некому», — мысленно отметил он, вспоминая, как заведующий выживал молодых специалистов. Только Даня сумел удержаться, потому что был непритязательным, терпеливым и неженатым. Точнее сказать, разведённым.
Катя подала на развод сразу, как только поняла, что работа мужа особого дохода не приносит, хотя он пропадал на ней сутками. Ей же хотелось жить для себя, путешествовать, наряжаться.
— Что ж, тогда тебе нужно было выйти замуж за олигарха, — резонно заметил Даня, когда Катерина осыпала его обвинениями.
— Да где же я олигарха-то найду? Они, знаешь ли, под каждым кустом не валяются, как вы, нищеброды.
— Послушай, ты же прекрасно знала о моём финансовом положении, когда соглашалась стать женой, — напомнил Данил. — И на что ты тогда надеялась?
— Был бы умнее, нашёл бы выход, — не унималась жена. — Мужья моих подруг на вторую работу устраиваются или в интернете подрабатывают, а не тупо сидят на зарплате от зари до зари.
В конце концов она наговорила столько гадостей, что молодой мужчина потерял всякое желание восстанавливать отношения. Они развелись и, разумеется, не остались друзьями.
***
Даниил передал смену Антону Степанову, новичку, которого Зарубин согласился принять по знакомству. Парень хотел потрудиться в морге для наработки опыта, а потом поступить в аспирантуру. Заведующий таких умников не жаловал. Он ценил только тех подчинённых, которые его слушались и не задавали лишних вопросов.
Ушаков жил в двух кварталах от морга, поэтому домой он ходил пешком. Занятый своими мыслями, мужчина шёл по тротуару и не услышал, как его на всей скорости догнал электросамокат с двумя подростками. Один был за рулём, второй сидел сзади.
Мальчишки закричали, но было поздно. Когда Даня обернулся, они со всего маха налетели на него и сбили с ног. Все трое упали на тротуар, перегородив дорогу остальным прохожим.
— Ну вот, ездят тут как угорелые, потом людей сбивают, — проворчала проходившая мимо бабуля.
Мальчишки, охая и потирая сбитые коленки и локти, поднялись на ноги. Даня тоже поднялся, но вдруг понял, что не может опереться на левую ногу.
— Дядь, простите, мы нечаянно. Может, вам врача вызвать? — начал было один из них.
Но Даниил махнул рукой:
— Да ладно, с кем не бывает. Обычный ушиб стопы. Сами-то целы?
Он внимательно оглядел ребят с ног до головы.
— Вы хоть не разгоняйтесь так-то, особенно на тротуаре. А если бы на моём месте был ребёнок, могли бы и насмерть.
— Как насмерть?! — ахнул младший из них.
А Даня утвердительно кивнул:
— Да, бывали случаи, уж поверь мне.
Мальчишки покатили самокат по тротуару, а Даниил пошёл дальше, прихрамывая на левую ногу.
***
Его мама, увидев, что случилось, переполошилась, но он поднял ладони кверху, словно умоляя не задавать вопросов.
— Я так устал, просто хочу спать. Давай потом всё расскажу.
— Ну и профессию ты себе выбрал, — вздохнула мама. — Нет бы, как я, в стоматологи пойти.
А буквально через пару часов после того, как Даня крепко заснул, в кармане его джинсов зазвонил телефон. Мама подошла на цыпочках и попыталась заглушить устройство, но он её остановил.
— Не надо. Дай, пожалуйста, трубку.
Та нехотя вытащила телефон и подала его.
— Это что же за начальство такое? После двух суток поспать не дадут, — проворчала она.
Звонил и в самом деле заведующий. Он был крайне взволнован.
— Ушаков, ты уже поспал? Давай, дуй сюда скорее. Этот новенький ничего не соображает, а мне срочно надо.
— Что за спешка, Алексей Игоревич? — сонно спросил Данил, на ходу натягивая джинсы и рубашку.
— Вопрос жизни и смерти, а больше тебе и знать не надо, — заорал Зарубин, и патологоанатом понял, лучше не спорить.
Через пятнадцать минут он приковылял в морг, отчаянно хромая и тяжело дыша.
— Ты что, с ногой что-то? — кинулся на него начальник. — Работать ты сможешь?
— Смогу, конечно. А что делать-то надо?
— Там из реанимации невесту привезли. Нужно её сердце для трансплантации. Быстро.
Ничего не понимающий Даня, как мог, поспешил в прозекторскую. В коридоре столкнулся со сменщиком. Антон схватил его за рукав халата.
— Дань, ну хоть ты ему скажи, что это не по протоколу. У нас даже нет заключения. Реанимация сообщила, что это потенциальный донор, понимаешь, потенциальный. А нашему шефу словно фитиль подпалили.
— Понятно, — буркнул Даниил. Он давно этого ждал. — У него жена.
— Да, я всё понимаю, но там совсем девчонка.
— Ладно, разберёмся, — снова проворчал Даня и подошёл к столу.
На руках и локтях девушки виднелись синяки. В верхней части лба темнела гематома. Но на лице был праздничный макияж, словно она собиралась выступать на сцене или участвовать в фотосессии. «А может, может, она и правда попала прямо со свадьбы? Не зря же шеф назвал её невестой», — осенило патологоанатома.
Даня заметил, что рядом уже стоит контейнер для переноски донорских органов. И тут в дверях появился начальник.
— Быстрее, каждая минута на счету. Давай прямо с грудной клетки и начинай, — командовал он.
Патологоанатом привычно проверил реакцию зрачка, прощупал пульс. Никаких признаков жизни. Тогда он взял скальпель и сделал надрез.
И вдруг из-под скальпеля фонтаном брызнула живая алая кровь. Данил даже подскочил от неожиданности. Хотя времени от поступления девушки прошло мизерно мало, но всё же кровь должна была хоть немного осетемнеть. Но из небольшой ранки хлестала самая настоящая горячая кровь. И Дане даже показалось, что тело как будто вздрогнуло.
Он беспомощно обернулся на заведующего, который нервно покусывал губы.
— Ну что встал-то? Что смотришь на меня? — заорал он, увидев, что Даня остановил вскрытие.
— Алексей Игоревич, я не могу. Девушка жива. У неё явно сопор, прекоматозное состояние. Это не смерть, — сначала тихо, а потом во весь голос закричал патологоанатом.
— Да тише ты, идиот. Никто твоего мнения не спрашивает. Реанимация дала добро. Труп у нас. Твоё дело — достать сердце и переложить в контейнер. Всё, работай.
Данил посмотрел на начальника, как на сумасшедшего, и снова повернулся к столу. Кровь из раны тихонько струилась по телу, стекая на клеёнчатый стол.
И Даня принял решение.
Он промокнул рану тампоном, взял иглу, шовный материал и быстро зашил надрез. Потом схватил девушку на руки и молниеносно выскочил из прозекторской мимо ошалевшего заведующего.
***
Алина мечтала выучиться на юриста и стать семейным адвокатом, но мама сразу дала понять, что не будет ей помогать с учёбой в институте. Оля растила дочь одна, без алиментов и пенсий по потере кормильца, так что их маленькая семья едва сводила концы с концами.
Девушка всё же нашла выход: поступила в юридический колледж, а вечером стала подрабатывать официанткой в небольшом ресторанчике. Конечно, она уставала, не высыпалась и экономила на чём только могла. Уж очень ей хотелось после всё-таки поступить в институт.
Но тут, как назло, заболела мама. Диагноз оказался неутешительным, а лекарства, которые помогали меньше страдать, стоили заоблачно дорого. Алина буквально выбивалась из сил: выходила в полные смены, учёбой занималась по ночам.
Однажды на работе потеряла сознание. Она как раз принесла заказ двум молодым приятелям, переставила блюдо с подноса на стол и отключилась. Один из парней успел подхватить её, чтобы девушка не упала. Второй позвал администратора. Вскоре в кафе приехали врачи и забрали Алину в стационар.
У неё диагностировали переутомление, обезвоживание организма и малокровие. Поэтому быстрой выписки не обещали.
— Но я не могу тут лежать, — плакала она. — У меня мама болеет.
Врачи сочувственно разводили руками, но выписывать девушку, пока не подлечится, не соглашались.
На следующее утро, когда она лежала под капельницей, в палату заглянула санитарка.
— Кораблева, к тебе посетитель, — предупредила она.
Девушка подтянула одеяло повыше, чтобы не было видно распахнувшейся больничной сорочки. Она почему-то подумала, что навестить её приехал сам директор. Но в палату вошёл тот самый парень, который подхватил её, когда она падала в обморок.
— Привет, — улыбнулся он. — Выздоравливаешь?
— Ух, простите, — смутилась Аля. — А мы знакомы?
— А, ну да, — спохватился парень и поклонился. — Меня зовут Олег, а я тебе уже всё-всё разузнал в администрации ресторана.
— Как это всё-всё? И что там рассказали?
— Аль, давай на «ты». А я ведь всего-то на пару лет старше тебя. А узнал я, что ты в этом ресторане загибаешься, потому что мама у тебя болеет. А ещё учишься в юридическом колледже. Правильно?
— Ну да. Только я не загибаюсь, а просто хочу маме помочь. У неё боли ужасные и нужны дорогие лекарства.
— Это я понял. Но теперь послушай меня. У моего отца фармацевтическая компания, так что, по крайней мере, отечественными препаратами мы твоей маме точно поможем. Можем импортные достать, если нужно будет.
— Погоди, Олег, я тебе, конечно, очень благодарна, но зачем? С какой стати вы будете мне помогать?
— С такой, что ты мне понравилась. Вот как только подошла к нашему столику, я подумал: «Эх, была бы у меня такая жена». А когда-то упала прямо мне в руки, я подумал, что это знак.
— Ты что, веришь в знаки? — слабо улыбнулась Алина.
— Ну, не то чтобы всегда, но сама видишь, ещё вчера ты меня не знала, а сегодня мы с тобой болтаем, как будто сто лет знакомы. Чудно, правда?
Аля устало вздохнула. «Не знаю», — а сама подумала: «Вот как-то не верится, чтобы такая простушка, как я, могла понравиться такому парню».
— В общем, с родителями я уже поговорил. Лекарство организуем. Только название напиши. А пока сама как следует лечись. И ещё я тут тебе еды всякой привёз, фруктов, чтобы всё съела. Знаешь, когда у тебя на руках больная мама, нужно жить по правилу кислородной маски в самолёте.
— Это как? — не поняла Алина.
— А так: если взрослый летит в самолёте с ребёнком и случилась внештатная ситуация, кому первому надо надеть кислородную маску?
— Ребёнку, конечно, — сказала Аля.
— А вот и нет. Первым надевает взрослый, чтобы не потерять сознание, иначе оба могут погибнуть, понимаешь?
— Понятно, — пробормотала Аля и покраснела.
Она и правда совсем не думала о здоровье, не берегла себя, рассчитывая на свои молодые силы. И вот теперь лежала беспомощная и бессильная, а её мама дома одна.
***
Олег стал навещать её каждый день и каждый раз притаскивал пакеты с продуктами, так что девушка даже стала делиться с соседками по палате.
— Аль, может, скажешь свой адрес? Я бы и к маме твоей съездил, — спросил он как-то.
— Ой, нет, нет, ну что ты, ещё этим тебя нагружать? Я ей звонила, там сейчас соседка заходит, помогает, так что я даже немного успокоилась.
— А, отлично, — заулыбался парень. — Значит, когда тебя выпишут, сразу едем знакомиться.
Аля всё ещё не верила в серьёзные намерения Олега. Уж слишком из разных сословий они были. Но парень продолжал навещать её, словно доказывал этим свою надёжность.
К моменту выписки она не узнавала себя в зеркале: розовощёкая, со слегка округлившимися формами, будто стала ещё моложе.
Олег захотел познакомить её со своими родителями, но его ожидал неприятный сюрприз. Мама вдруг заявила, что она согласилась помочь бедной девочке, но никак не собиралась видеть её в качестве своей невестки.
— Мам, как так-то? — недоумевал Олег. — Я думал, ты поняла, почему я о ней так забочусь. Мне не просто её жаль. Она мне нравится и как девушка, и как человек. К тому же мы будущие коллеги. Она ведь тоже учится на юриста.
Ну, Надежда Павловна поджала губы и сказала, что не ожидала от сына такого удара.
Олег впал в отчаяние. Он-то в своих мечтах уже готовился к свадьбе, как только защитится и устроится на работу в компанию отца. А мама, оказывается, даже знакомиться с Алей не хотела.
Олег решился на крайнюю меру.
— Мам, прости, но если вы не поддерживаете мою женитьбу, я просто уйду, и мы будем сами устраивать свою жизнь. Но вы меня больше не увидите.
— Сын, ты чего? — запричитала Надежда Павловна. — Да разве можно ставить родителей перед таким выбором? Ты же всегда был послушным, Серёженька. Ну хоть ты ему скажи.
Сергей Анатольевич пробормотал что-то невнятное, вроде:
— Олежка, ну нельзя же так.
Но парень закрылся в своей комнате и упрямо молчал.
В конце концов родители уступили, согласились познакомиться с Алей. Симпатичная, скромная девушка будущему свёкру понравилась. Но Надежда Павловна симпатий мужа не разделяла.
— Не пара она нашему сыну. Ну совсем не его поле ягода. Как он этого не видит? — злобно шептала она перед сном.
А Сергей Анатольевич пытался её успокоить:
— Настенька, но ведь и ты моим родителям не сразу понравилась. Ну вспомни. Но потом ничего. Пообвыкли, присмотрелись друг к другу, и всё же нормально было. Может, и мы к Але привяжемся. Кто знает. Главное, чтобы Олешка был счастлив.
Но Надежда Павловна до последнего не хотела мириться с тем, что Алина станет частью их семьи. Она находила то одну, то другую причину, чтобы отложить свадьбу, а потом и вовсе обратилась за помощью к гадалке по объявлению, занимавшейся всякими приворотами-отворотами.
Та пообещала, что Алина не станет её невесткой, и взяла с Надежды Павловны крупный задаток за «опасную работу».
Тем временем у Алининой мамы наступила устойчивая ремиссия, и молодые назначили день свадьбы.
Будущая же свекровь позвонила гадалке с претензией:
— Что это вы, потомственная провидица, а так ничего и не сделали? Они уже под венец идут. Придётся возвращать задаток.
Но женщина поклялась, что не обманет и выполнит обещанное так, как и хотела заказчица.
***
И вот молодая пара уже выходила из дворца бракосочетаний. Олег схватил невесту на руки и понёс по крутым мраморным ступеням вниз. На одной из них он оступился и потерял равновесие.
Гости в ужасе закричали. Алина попыталась спрыгнуть на ступеньки, но Олег так и не смог удержаться — уронил её прямо головой. Девушка, ударившись лбом, потеряла сознание.
***
И вот когда Даня принёс Алину в реанимацию, врачи обомлели от удивления, ведь её только что забрали на вскрытие, а в отделении кардиологии жену заведующего уже готовили к операции по пересадке, так как кровь девушки-донора подходила идеально.
Но молодой патологоанатом чуть ли не на всё отделение заорал:
— Она жива, слышите?! Немедленно подключите её к системе жизнеобеспечения!
Девушку уложили на каталку и забрали в бокс. А Даня рухнул на диван прямо у сестринского поста.
В этот момент в отделение прибежал заведующий моргом.
— Ты что творишь, мальчишка? — зашипел он на Даниила. — Хочешь жену мою убить?
— Нет, Алексей Игоревич, вы чего? Но лишать жизни молоденькую девочку, даже ради вашей жены, я не буду. Очнитесь, наконец. Вы идёте на преступление.
Зарубин бросился на Даниила с кулаками, но тут подоспели двое крупных реаниматологов и скрутили обезумевшему мужчине руки. Тот отчаянно вырывался и кричал так, что пришлось вколоть ему мощный седативный препарат.
***
Надежда Павловна не находила себе места. Её сын, поехавший вместе с молодой женой в больницу, написал сообщение, что Алина скончалась от черепно-мозговой травмы.
Прочитав это послание, женщина невольно почувствовала облегчение и радость. Но ей не давала покоя смутная тревога, будто она предчувствовала ужасную трагедию, которая коснётся лично её.
Женщина ходила по особняку, нервно теребя в руках телефон. Ей очень хотелось позвонить гадалке, чтобы та рассказала ей о ближайших событиях. Но сейчас в доме находились муж и родственники, приехавшие на свадьбу. Так что конфиденциальный разговор вряд ли бы получился.
Она посмотрела на часы. С момента отправки Олегом сообщения прошло уже часа два. «Что же он домой-то не едет? Голодный наверняка, с утра ничего не ел», — рассеянно думала она.
Вдруг телефон в её руках задребезжал от звонка.
— Алло, сыночек! — закричала она в трубку.
Но ей почему-то ответил чужой мужской голос:
— Надежда Павловна, вы можете подъехать к зданию строящейся гостиницы, желательно вместе с мужем.
— Алло, кто это? — не поняла женщина и вдруг почувствовала: вот оно, то самое, что не давало ей покоя. Сейчас этот голос скажет ей что-то ужасное. — Приехать? Зачем? Вы кто? Мошенник? — торопливо заговорила она.
— Нет, Надежда Павловна, я психолог государственной службы по чрезвычайным ситуациям. Нас вызвал товарищ вашего сына Игорь Кулишов. Могу дать ему трубку.
«Игорь? А, это же мальчик, который был свидетелем на их свадьбе», — вспомнила женщина.
— А что с Олежкой?
— Он сейчас стоит на десятом этаже и требует, чтобы вы приехали. Мы делаем всё возможное, но он на самом краю, и одно неточное движение может стать для него фатальным.
— Что?!
Сердце Надежды Павловны похолодело от ужаса.
— А почему вы его не снимете? Вы что, спасите моего мальчика!
Женщина кричала так, что к ней тут же сбежались гости и Сергей Анатольевич. Она уже не могла говорить, только беспомощно шевелила губами.
Муж выхватил из её рук телефон и, поговорив с представителем МЧС, скомандовал:
— Едем, может, хотя бы мы его уговорим.
Гости засуетились. Кухарка и горничная напоили хозяйку успокоительным, подхватили под руки и повели к машине.
***
Олег и в самом деле стоял на балконной плите недостроенного здания и, сложив руки рупором, кричал:
— Я не хочу без неё жить! Похороните нас в одной могиле!
Увидев внизу машину родителей, он расхохотался безумным смехом.
— Ну что, мать, сбылась мечта? Алины больше нет. Меня тоже скоро не будет, — крикнул он и сделал шаг вперёд.
Стоявшие внизу люди закричали. Надежда Павловна упала в обморок, а Сергей Анатольевич схватился за голову. Все были в таком оцепенении, что в первую секунду не могли сдвинуться с места. Лишь потом спасатели, врачи скорой и полицейские бросились к месту падения.
— Он меня обманул, — Игоря обдал мелкий озноб. — Сказал, что хочет забежать за угол по нужде, а сам залез на эту стройку. Я даже не знаю, как он туда попал. Ну почему я не пошёл вместе с ним?
Психологи и врачи разрывались между родителями, шокированными гостями и другом погибшего. Полицейские пытались установить подробности случившегося, но никто из присутствующих не мог прояснить ситуацию.
***
Алина пробыла в коме больше месяца. Даня почти каждую смену заходил в реанимацию узнать о её состоянии и как-то застал Олю, маму девушки. Она-то и рассказала ему шёпотом, что случилось с её дочерью. Ну, а потом и с молодым мужем.
— Господи, какая трагедия, — даже видавший виды патологоанатом ужаснулся такому происшествию. — И кто же поспешил сообщить парню о смерти Алины?
— Не знаю. Дело замяли, концов не найдёшь. Может, постовые медсёстры? А может, работники морга. Алиночку ведь из реанимации в морг отправили. Чудом от смерти спаслась.
— Да уж, я в курсе, — густо покраснел Даниил. — Так вот почему у неё были сбиты локти. — «Что вы сказали?» — не поняла женщина.
— Да ничего, это я должен был делать вскрытие. Кстати, теперь у неё будет шрам между ключицами, — грустно добавил он.
— Так это вы её спасли, — ахнула женщина. — Спасибо вам! Вы золотой человек! Я даже не знаю, как вас благодарить.
— Просто берегите её, — сказал Даня и вышел из бокса.
***
Придя в себя, Алина долго не могла вспомнить, что с ней произошло, и даже маму признала не сразу. Врачи работали над восстановлением памяти, заново учили ходить, держать в руках ложку и читать.
Буквы девушка помнила, но читала очень медленно и ещё медленнее понимала смысл прочитанного. Говорила тоже не слишком быстро, будто вспоминала слова. Но мама была рада и такому восстановлению.
Как-то, когда в палату заглянул Даниил, Алина спросила маму:
— Даня мой брат, а почему он хромает?
— Нет, Алиночка, он тебя спас, а это травма у него, — пояснила мама. — Если бы не он, ты бы…
Женщина чуть было не сказала, что дочка лежала бы в могиле вместе с мужем, но вовремя остановилась.
Алина почему-то не вспоминала Олега. Кое-как стала узнавать подруг, соседку, лечащего врача, а об Олеге ни разу не заикнулась. Ольга спросила доктора, нужно ли напомнить дочке о том, что она успела выйти замуж и сразу овдоветь, но тот покачал головой.
— Думаю, пока не стоит. Неизвестно, какую реакцию это даст. Я даже не исключаю повторного сопора. Ей такие потрясения сейчас ни к чему.
***
Через полтора месяца ушиб стопы у Дани окончательно зажил, и он наконец перестал хромать. По такому случаю он пришёл к своей подопечной с букетом розовых роз.
— Какая красота! — девушка впервые после травмы улыбнулась. — Где ты их взял?
— Это мама в палисаднике выращивает, — сказал Даниил, любуясь её порозовевшим личиком. — В следующий раз принесу бордовые, они ещё лучше.
— Ладно, буду ждать, — совсем по-детски сказала Аля, и у Дани сжалось сердце.
«Сколько же ещё времени понадобится, чтобы к ней вернулись утраченные способности и взрослое мышление?»
— А ты на мне женишься? — вдруг спросила она, заставив его покраснеть.
— Конечно, — пробормотал он, — если захочешь.
— Захочу, если не испугаешься. Представляешь, мне снилось, что я выхожу замуж, и вдруг налетела какая-то чёрная птица и сбила меня с ног. А потом эта птица схватила моего мужа и унесла. Как ты думаешь, плохие сны сбываются?
На глазах девушки блестели слёзы.
— Аль, не думай о плохом. Сны — это всего лишь плод воображения, а может, действие каких-то препаратов. В общем, я отношусь к этому с научной точки зрения, и никакой чёрной птице я тебя не отдам.
***
Надежда Павловна, едва оправившись от горя, набрала номер гадалки и что есть силы заорала:
— Ты что натворила, ведьма?! Ты знала, что случится с моим сыном?! Знала! Говори!
— Послушай, я здесь ни при чём. Эта вселенная так решила. Ведь когда ты желаешь смерти другому, то…
Но Надежда не дала ей договорить. Она закричала, что достанет ведьму из-под земли, побежала в гараж, завела машину и поехала за город, туда, где жила гадалка, всю дорогу ругая и кляня её последними словами.
А когда навстречу ей выскочил грузовик, бросила руль и схватилась за голову.
Её привезли в морг с травмами, несовместимыми с жизнью, и сердце погибшей Надежды пересадили жене Зарубина, но та уже через полгода умерла от острого отторжения донорского сердца, словно не захотевшего давать жизнь другому.
***
Даниил и Алина поженились спустя два года. Ровно столько времени понадобилось девушке, чтобы полностью реабилитироваться. Ещё через год у них родился сын.
Ну а Даниил стал заведующим.
Данная история является полностью вымышленной и создана исключительно в развлекательных целях.
Все персонажи, события, медицинские учреждения и ситуации, описанные в этом рассказе, являются плодом авторской фантазии. Любые совпадения с реальными людьми (живыми или умершими), событиями или организациями являются случайными.
