Валентина Петровна медленно поднималась по лестнице пятиэтажки, останавливаясь на каждой площадке, чтобы перевести дыхание. В руках у неё было всего две небольшие сумки — самое необходимое. Остальные вещи она оставила в квартире, которая теперь принадлежала не ей.
Андрей вернулся в родной посёлок после трёх лет работы на Севере. Уезжал он туда не от хорошей жизни — после того, как Марина, с которой они встречались со школы и даже успели обручиться, внезапно объявила, что выходит замуж за владельца местной пилорамы.
— Это мой дом тоже! Я имею право! — заявил племянник, размахивая ключами. — Тетя Рита сама сказала, что я тут всегда желанный гость! Маргарита Павловна смотрела на него и не могла поверить своим ушам. Неужели тот милый мальчик, которого она нянчила, превратился в этого наглеца?
Марина стояла у окна детской поликлиники, наблюдая, как её дочь Лиза выходит из кабинета логопеда. Девочке было семь лет, и она всё ещё с трудом выговаривала половину звуков. — Мама, тётя Оля сказала, что я молодец, — Лиза улыбнулась, показывая выпавший молочный зуб.
Максим проснулся от звука открывающейся двери. На часах было шесть утра, но его старший брат Павел уже стоял в дверном проеме с подносом в руках. – Завтрак в постель! – объявил он с широкой улыбкой. – Овсянка с ягодами, свежевыжатый сок и витамины.
Егор Павлович откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. В кабинете пахло свежезаваренным кофе и старыми книгами — запах, который всегда его успокаивал. Но сегодня даже привычная атмосфера не помогала справиться с тревогой. — Значит, все документы готовы?
Другая женщина начала бы кричать, рыдать, бить посуду. Я не такая, я их заставлю пожалеть. — Мариночка, можешь глянуть, где мой серый галстук? — крикнул Игорь из спальни. Я застыла с утюгом в руках. Мариночка?
