Санкт-Петербург встретил Лену промозглым ноябрьским дождем. Три года назад она сбежала из этого города, оставив здесь мужа, квартиру с недоплаченной ипотекой и осколки своего доверия к людям. Сейчас, стоя на платформе Московского вокзала, она ловила себя
Валентина Петровна не успела подхватить пузырек с сердечными каплями. Темная лужица растеклась по кафельному полу. Последние капли. Из комнаты донесся звонок телефона — особый рингтон для сына. Она опустилась на край ванны.
Ирина провела пальцем по стеклу. За окном риелторского агентства хлестал дождь, размывая очертания новостроек. Одна из них — тринадцатая секция дома на Речной — могла стать их собственной. — Поздравляю!
Петербургское небо затянулось тучами. Анна смотрела на капли дождя, стекающие по кухонному окну. Телефон молчал — Сергей опаздывал уже на сорок минут. Она вспомнила их первую встречу три года назад в ресторане на Рубинштейна. «
Ольга проснулась от звука ключа в замке. Три часа ночи. Мать снова возвращалась от Димки. Третий раз за неделю. На кухне зажёгся свет. Ольга накинула халат и вышла из комнаты. Мать сидела за столом, не сняв пальто, с растрёпанной причёской. — Опять к нему ездила?
Алексей держал конверт с кривовато выведенным адресом. Он перечитал записку на вырванном из блокнота листе уже в третий раз. «Лёша, нам надо поговорить. Мне нужно многое тебе сказать. Не ради меня — ради тебя самого.
Мария поправила занавеску на окне больничной палаты. За окном шумел город — безразличный, спешащий. Молодой мужчина обнимал женщину за плечи, что-то шептал. Женщина рассмеялась. Мария отвернулась. — Так вот, Мария Алексеевна, — доктор Соколов постукивал
