Глава 9. Красный след
Екатерина перевернула хрупкую страницу старой тетради. Бумага сухо шелестела под пальцами. В разделе об охранных узлах было всего три коротких абзаца, написанных выцветшими синими чернилами.
«Льняное полотно с красным узлом держит нечисть на пороге. Если узел развяжется сам — уплачено сполна, беда ушла. Если ткань разорвана пополам чужой силой — уговор нарушен. Разорванная нить привязывается к тому, кто ее завязывал. Искать будут пряху, по ее следу пойдут».
Екатерина закрыла тетрадь. Гладкая дерматиновая обложка легла на зеленый разметочный коврик. Вчера вечером она сама плотно затянула багровый узел на куске льна.
Рома бесшумно вошел в гостиную. Он остановился у края широкого рабочего стола, глядя на пустой монитор.
— Ты знал, что дверь выломают, — Екатерина отодвинула тетрадь на край столешницы.
— Оно не хотело уходить, — мальчик перевел взгляд на ровную гладь стены.
— Твоя мать забрала плату с собой, — женщина оперлась ладонями о стол. — Баба Тая сказала, что уплачено за тишину.
— Мама ушла в воду сама, — Рома посмотрел на свое слабое отражение в темном стекле окна. — А оно осталось на берегу.
— Как оно нас найдет? — Екатерина выпрямилась.
— По красной нитке, — мальчик отвернулся от окна. — Она теперь на тебе.
Екатерина посмотрела в коридор. В конце узкого пространства темнела входная дверь. Металлическое полотно с двумя современными сувальдными замками теперь не имело никакого значения. То, что вырвало тяжелые дубовые створки в деревне вместе с дверной коробкой, не остановится перед листом заводской стали.
Женщина перевела взгляд на гладкий ламинат, пластиковые плинтусы и идеальные прямые углы шкафа-купе. В этой квартире не было ни высоких порогов, ни печных заслонок, ни старых матиц. Стерильная бетонная коробка, висящая на высоте седьмого этажа, оказалась абсолютно пустой и беззащитной перед тем, что вышло из леса.
Екатерина снова открыла старую тетрадь. Она начала методично перелистывать пожелтевшие страницы, пробегая глазами по выцветшим строкам в поисках оберегов для каменных стен.
***
Екатерина перелистывала страницы старой тетради. Выцветшие чернила описывали защиту для бревенчатых изб, глиняных печей и высоких деревянных порогов. В панельной квартире на седьмом этаже не было ни печной трубы, ни подпола.
Она остановилась на самом конце записей. Бабка уделила казенным домам всего половину страницы.
«Там, где дерево заменено камнем глухим, нитка не удержит. На каменном пороге сыпать крупную соль, мешаную с золой или землей. В щели вбивать железо острое, острием в мир, чтобы нечистому глаза кололо. Окна закрывать крестом железным».
Екатерина поднялась из-за рабочего стола и пошла на кухню.
Она достала из нижнего ящика гарнитура невскрытую картонную пачку крупной каменной соли. Земли или золы в городской квартире не было. Екатерина сняла с подоконника пластиковый горшок с засохшим фикусом, который забыла выбросить перед отъездом. Она высыпала сухую землю в глубокую стеклянную миску, разорвала картонную упаковку и щедро добавила туда белые кристаллы соли.
Рома стоял в дверном проеме кухни.
— Это для порога? — мальчик смотрел на стеклянную миску.
— Да, и для окон, — Екатерина перемешала землю с солью стальной ложкой. — Иди в гостиную, раскладывай диван.
Рома послушно развернулся и ушел по коридору.
Екатерина открыла выдвижной ящик с приборами, достала упаковку длинных портновских игл и пошла к входной двери.
Она рассыпала грязную смесь сплошной линией вдоль всего порога, от косяка до косяка. Кристаллы глухо стучали по ламинату. Затем женщина достала стальные иглы и с силой вогнала их под край декоративного МДФ-наличника, направляя острия в сторону подъезда.
Екатерина обошла все открытые окна в квартире. На каждый пластиковый подоконник легла ровная полоса соли с землей. В центр каждой полосы она положила по две иглы, плотно перекрестив их между собой.
Последним требовалось защитить окно в запертой детской комнате. Екатерина достала из кармана джинсов короткий ключ, провернула его в замке белой двери и быстро пересекла бетонную коробку, стараясь не смотреть на сложенные штабеля гипсокартона. Она оставила защитную линию на раме, выложила железный крест, наглухо закрыла створку и вышла обратно в коридор, заперев замок на два оборота.
За окнами сгустились сумерки. Желтый свет уличных фонарей с трудом пробивался сквозь плотную городскую мглу.
Екатерина вернулась в гостиную и задернула плотные шторы.
Рома сидел на разобранном диване. Рядом с ним на полу лежал пустой рюкзак.
— Свет выключать не будем, — Екатерина положила два кухонных ножа на край своего рабочего стола и села на жесткий офисный стул лицом к коридору.
В подъезде монотонно загудел механизм лифта. Кабина поднималась с нижних этажей. Звук стальных тросов гулко отдавался в бетонных стенах.
Механизм остановился на седьмом этаже. Металлические створки с лязгом разъехались в стороны.
Екатерина неотрывно смотрела на узкую щель под входной дверью. Если бы на площадку кто-то вышел, датчик движения немедленно включил бы верхний свет, осветив полоску пола ярким желтым светом.
Створки лифта захлопнулись.
Щель под дверью осталась абсолютно темной. Ни единого звука шагов по кафелю лестничной клетки не последовало.
