Глава 6. Тень
Лёша открыл дверь на цепочку. Глянул в щель — и попытался захлопнуть.
Саня успел вставить ногу.
— Спокойно. Поговорить надо.
— Я не… я занят. Уходите.
— Лёша, — Саня говорил тихо, спокойно, — я знаю, что ты сделал. Записи с камер в «Меридиане». Ночь убийства Седова.
Тишина. Глаз в щели — расширенный, испуганный.
— Я не понимаю, о чём вы…
— Понимаешь. И я не из полиции. Вернее, из полиции, но не по этому делу. Я друг человека, которого ты подставил.
Пауза. Лёша не двигался.
— Пять минут, — сказал Саня. — Дай мне пять минут. Потом уйду. Слово.
Долгое молчание. Потом — звук снимаемой цепочки.
Дверь открылась.
Квартира пахла страхом. Марина это чувствовала — кислый, едкий запах пота и нервов. Лёша сидел на продавленном диване, обхватив себя руками. Худой, бледный, с тёмными кругами под глазами. Мальчишка совсем — хотя ему двадцать пять.
Саня сел напротив, на компьютерный стул. Марина осталась стоять у двери.
— Рассказывай, — сказал Саня.
— Что рассказывать?
— Всё. С самого начала.
Лёша молчал. Смотрел в пол. Пальцы дёргались, словно искали клавиатуру.
— Он меня убьёт, — сказал наконец. — Если узнает, что я с вами говорил.
— Крюков?
Кивок.
— Он и так тебя убьёт, — сказал Саня спокойно. — Рано или поздно. Ты — свидетель. Единственный, кто знает правду. Как думаешь, долго он тебя будет терпеть?
Лёша вздрогнул. Поднял глаза.
— Он сказал… сказал, что если я буду молчать…
— Он соврал. Это он умеет. — Саня наклонился ближе. — Слушай меня внимательно. Сейчас у тебя два варианта. Первый — молчать, прятаться и ждать, пока Крюков решит, что ты слишком опасен. Второй — помочь нам. Дать показания. Посадить его раньше, чем он доберётся до тебя.
— Показания? — Лёша нервно рассмеялся. — Кому? Он же следователь. У него связи везде. Кто мне поверит?
— Есть люди, которые поверят. Но им нужны доказательства.
— Какие доказательства? Я же всё подчистил. Оригиналы стёр, копии уничтожил…
Он осёкся. Отвёл глаза.
Саня смотрел на него. Молча. Ждал.
Марина видела, как Лёша борется с собой. Как пальцы сжимаются и разжимаются. Как бегают глаза.
— Ты сохранил копию, — сказала она.
Лёша вздрогнул. Посмотрел на неё — впервые за весь разговор.
— Что?
— Оригинальные записи. Ты их сохранил. На всякий случай. Страховка.
Тишина.
Саня медленно повернулся к ней. Потом — обратно к Лёше.
— Это правда?
Лёша молчал. Кусал губу.
— Лёша, — голос Марины был тихим, мягким. — Я понимаю, как тебе страшно. Мне тоже страшно. У меня сын — в колонии. Крюков угрожал ему. Сказал, что если я не замолчу…
Она подошла ближе. Села рядом с ним на диван.
— Мы оба в ловушке. Оба боимся. Но если мы будем молчать — он победит. Невиновный человек сядет в тюрьму. А Крюков… — она сглотнула, — Крюков останется на свободе. И будет делать это снова. С другими людьми.
Лёша смотрел на неё. Глаза — влажные, испуганные.
— Я не хотел, — прошептал он. — Он сказал — просто подменить записи. Не объяснил зачем. Я думал — какое-то служебное дело. А потом… потом увидел новости…
— Ты не знал, — сказала Марина. — Это не твоя вина.
— Это моя вина! Я должен был догадаться. Должен был спросить. Но я… — он закрыл лицо руками. — Я трус. Всегда был трусом.
Марина положила руку ему на плечо. Осторожно, легко.
— У тебя есть шанс всё исправить. Один шанс.
Лёша молчал. Плечи тряслись.
Потом — глубокий вдох. Он опустил руки. Посмотрел на Саню.
— Облако, — сказал он хрипло. — Резервная копия в облаке. Крюков не знает.
Саня кивнул.
— Можешь показать?
Лёша встал. Подошёл к компьютеру. Пальцы забегали по клавиатуре.
— Вот. — Он развернул монитор. — Оригинальные записи с камер «Меридиана». Ночь убийства. Все файлы.
Марина подошла. Смотрела на экран.
Папка с файлами. Названия — даты и номера камер. Один из них — «cam_5_corridor_231145-000030».
— Открой этот, — сказал Саня.
Лёша кликнул. Видео развернулось на весь экран.
Коридор пятого этажа. Пусто. Тайм-код в углу: 23:45:17.
Дверь лифта открывается. Выходит человек.
Но это не Дима.
Среднего роста, плотный, в тёмном пальто. Идёт по коридору уверенным шагом. Останавливается у двери кабинета Седова. Оглядывается — лицо в камеру.
Крюков.
Марина перестала дышать.
На экране — следователь Крюков. Смотрит прямо в объектив. Потом отворачивается, берётся за ручку двери. Входит.
23:47:03.
— Господи, — прошептала она.
Саня стоял неподвижно. Смотрел на экран.
— Перемотай вперёд, — сказал он.
Лёша перемотал. 23:55 — дверь открывается. Крюков выходит. В руке — что-то тёмное, завёрнутое в ткань. Идёт к лестнице. Исчезает из кадра.
00:10 — Крюков появляется снова. Уже без свёртка. Идёт к лифту. Уезжает.
00:30 — Дима выходит из лифта. Идёт по коридору. Останавливается у двери. Стучит. Входит.
И больше ничего.
— Вот так, — сказал Лёша тихо. — Вот что было на самом деле.
Саня достал телефон. Сфотографировал экран — несколько раз, с разными тайм-кодами.
— Скинь мне эти файлы. На почту. И ещё куда-нибудь — на другое облако, на флешку. Чтобы было несколько копий.
— Зачем?
— Затем, что если с тобой что-то случится — записи должны остаться.
Лёша побледнел ещё сильнее.
— Вы думаете, он…
— Я ничего не думаю. Я перестраховываюсь.
Он повернулся к Марине.
— Нам нужно уходить. И ему — тоже.
— Куда? — Лёша вскочил. — Куда мне идти? У меня никого нет. Ни родных, ни друзей…
— Есть место, где можно переждать?
— Н-нет. Не знаю. Может… может, к знакомому? В область?
— Отлично. Собирай вещи. Самое необходимое. Ноутбук, документы, деньги. Пять минут.
Лёша заметался по квартире. Хватал вещи, запихивал в рюкзак. Руки тряслись.
Марина стояла у окна. Смотрела вниз — тёмный двор, машины, фонарь мигает.
И — человек. Стоит у подъезда. Смотрит вверх.
Она отшатнулась.
— Саня.
— Что?
— Там кто-то есть. Внизу. Смотрит на окна.
Саня подошёл. Выглянул осторожно, из-за шторы.
— Чёрт.
— Это он?
— Не знаю. Не вижу лица. Но…
Он достал телефон. Набрал номер.
— Петрович? Это Беляев. Срочно нужна машина. Адрес скину. Да, прямо сейчас.
Положил трубку.
— Лёша, быстрее.
— Я почти…
Звонок в дверь.
Все замерли.
Тишина. Потом — ещё один звонок. Длинный, настойчивый.
— Не открывай, — прошептал Саня.
Лёша стоял посреди комнаты. Рюкзак в руках. Лицо белое, как бумага.
Стук. Громкий, требовательный.
— Лёша! — голос из-за двери. — Открой. Это Андрей Валерьевич. Нам надо поговорить.
Крюков.
Марина почувствовала, как ноги становятся ватными.
— Чёрный ход, — прошептал Саня. — Есть?
Лёша кивнул. Показал на кухню.
— Через балкон. На соседний. Там дверь обычно открыта…
— Пошли.
Они двинулись к кухне. Тихо, на цыпочках.
Стук в дверь стал сильнее.
— Лёша! Я знаю, что ты там. Открой по-хорошему.
Балкон. Марина перелезла через перила — ржавые, шаткие. Прыжок на соседний балкон — полметра, не больше, но сердце ухнуло в пятки.
Саня помог Лёше — тот трясся так, что еле держался на ногах.
Дверь на соседний балкон — открыта. Слава богу.
Тёмная квартира. Храп из комнаты — хозяева спят.
Коридор. Входная дверь. Лестница.
Они спустились на первый этаж. Выскочили во двор — с другой стороны дома.
Машина — старая «тойота» — ждала у подъезда. За рулём — мужик лет пятидесяти, седой, хмурый.
— Садитесь, — сказал Саня. — Быстро.
Они залезли в машину. Хлопнули двери. Машина рванула с места.
Марина обернулась. Смотрела в заднее стекло.
У подъезда Лёши стоял человек. Смотрел им вслед.
Крюков.
Они ехали молча. Лёша сидел на заднем сиденье, прижав рюкзак к груди. Трясся.
— Куда? — спросил водитель.
— За город, — сказал Саня. — Подальше.
— Понял.
Марина смотрела в окно. Ночной город мелькал за стеклом — огни, машины, люди. Обычная жизнь. Как будто ничего не происходит.
А у неё в голове — лицо Крюкова на записи. Как он входит в кабинет Седова. Как выходит — со свёртком в руке.
Убийца. Настоящий убийца.
— Что теперь? — спросила она.
Саня молчал. Думал.
— Теперь — прокуратура, — сказал он наконец. — Есть один человек. Зорина. Принципиальная, честная. Если кто-то и возьмётся за это дело — только она.
— А если не возьмётся?
— Возьмётся. Когда увидит записи — возьмётся.
Телефон Сани завибрировал. Он глянул на экран. Нахмурился.
— Что? — спросила Марина.
— Сообщение. От информатора.
Он прочитал. Лицо его окаменело.
— Что там?
Саня молча показал ей экран.
Сообщение: «Квартира Воронова горит. Пожарные на месте».
Марина похолодела.
— Он… он поджёг?
— Похоже на то.
Лёша на заднем сиденье всхлипнул.
— Мои компьютеры… Всё моё оборудование…
— Плевать на оборудование, — сказал Саня жёстко. — Главное — ты жив. И записи в облаке — целы.
Он повернулся к Лёше.
— Скинул файлы?
— Д-да. Перед уходом. На три разных сервера.
— Хорошо. — Саня снова посмотрел на дорогу. — Тогда у нас всё ещё есть шанс.
Марина смотрела в окно. Где-то там, в ночном городе, горела квартира. Крюков заметал следы.
Но он опоздал.
У них были записи. Настоящие записи.
И теперь — всё только начиналось.
