Михаил Сергеевич всю жизнь мечтал о загородном доме. Работая инженером на заводе, он откладывал каждую копейку, отказывал себе в отпусках за границей, покупал одежду только по необходимости. Жена Людмила поначалу ворчала, но потом привыкла к его бережливости и даже стала помогать копить.
Марина сидела в нотариальной конторе и не верила своим ушам. Тетя Люба, с которой она не виделась лет пятнадцать, оставила ей в наследство дачу. Настоящую дачу с участком в двадцать соток, старым, но крепким домом и садом. — Вот это да!
— Алиночка, солнышко моё, — Костя обнял меня сзади, пока я готовила завтрак, — помнишь, ты мечтала о новой сумочке? Вон той, из бутика на Тверской? Я замерла с яичницей на сковородке. Та самая сумочка стоила как моя месячная зарплата в библиотеке. — Костя, это же безумно дорого…
— Всё! С завтрашнего дня — на пенсию! — объявил я за ужином, хлопнув по столу так, что борщ в тарелках подпрыгнул. — Сорок лет отпахал как папа Карло, теперь буду дедушкой! Жена Валентина замерла с ложкой у рта.
— Серёг, ты только не психуй, ладно? — голос Витьки в трубке звучал так, будто он сообщал о падении метеорита прямо на мою машину. — Короче, я тут с Ленкой твоей… ну, это самое… Я замер посреди кухни с кружкой недопитого кофе.
— Ну что, как твоя мама? — спросил Паша, даже не оторвавшись от телефона. Я стояла в дверях нашей квартиры, промокшая до нитки после ливня, с тяжёлыми пакетами из супермаркета в руках, и смотрела на него.
— Девчонки, я замуж выхожу! За богатого! — Юлька ворвалась в нашу бухгалтерию как торнадо в стакан с водой, размахивая айфоном последней модели. Мы с Ленкой переглянулись. Третий раз за полгода, если что.
