Марина проснулась от запаха блинов. Сладковатый аромат ванили проник в спальню вместе с детским смехом и звоном посуды. Она знала — Егор опять здесь. В их доме, в их кухне, за их столом. Четвёртые выходные подряд. — Пап, а можно ещё варенья?
Марина держала в руке направление. «Катаракта правого глаза. Рекомендована срочная операция». Врач сказал просто: «Тянуть нельзя. Ещё полгода — и всё». Телефон зазвенел. — Мам! — голос Артёма был возбужденным. — Ты не поверишь!
— Галя, у тебя тоже света нет? – Светлана Ивановна тяжело поднялась по ступенькам на веранду соседской дачи. — Что? – Галина Сергеевна выглянула из кухни и улыбнулась соседке. – Что ты, Света? —
Ирина тёрла воротник рубашки, пытаясь вывести въевшееся жёлтое пятно. Вода обжигала пальцы, но она механически продолжала движения, не замечая боли. Хостел-квартира, которую они с Антоном снимали уже третий год, этим вечером казалась особенно тесной.
