— Твоими методами воспитания объясняется то, как она сегодня поступает, — донёсся из телефонной трубки недовольный голос.
Тон Валентины Петровны был настолько ледяным, что мог бы заморозить небольшое озеро посреди лета.
— Я знала, что ты именно это мне скажешь, — тяжело вздохнула Людмила. — Всё, мама, закончим разговор. Я сама со всем справлюсь.
До двенадцатилетнего возраста Анжела была послушной и ласковой девочкой. Все неприятности начались в тот момент, когда отец покинул их дом.
После восемнадцати лет совместной жизни Игорь бросил Людмилу с двумя детьми — сыну Денису тогда было шестнадцать — и отправился со своей новой пассией в другой регион.
Квартиру с тремя комнатами он не стал требовать при разделе имущества и исправно переводил скромные алименты, однако с детьми почти не контактировал.
— Слабачка ты, Людмила, — заявила мать, когда узнала о расторжении брака дочери. — Зачем позволила мужчине уйти?
— Что я должна была сделать? Приковать его цепью к батарее?
— Ты вообще не предприняла никаких усилий, чтобы его остановить. Теперь тащи всю ношу в одиночку.
Сама Валентина Петровна после кончины отца Людмилы так и осталась одинокой, но отлично знала, как следует действовать дочери. При этом с воспитанием внуков помогать не торопилась.
Первый раз Анжела не вернулась домой на ночлег через полгода после развода родителей.
Людмила тогда едва не потеряла рассудок, разыскивая дочь повсюду, а та совершенно спокойно появилась дома с первыми лучами солнца.
— Доченька моя! — кинулась к ней Людмила, обливаясь слезами. — Ты в порядке?
— Угу, — проворчала девочка.
— Где же ты пропадала? Мы всю ночь тебя искали. Как можно так поступать?
— Просто гуляла, — Анжела явно не собиралась давать подробные объяснения.
— Умоляю тебя, больше никогда так не делай, — просила Людмила, крепко обнимая и целуя дочь.
После этого случая женщина попыталась уделять дочери больше времени, хотя работать приходилось на двух местах, чтобы прокормить семью.
С сыном никаких сложностей не возникало. Он тоже тяжело переживал исчезновение отца, но, в отличие от сестры, не забросил учёбу, продолжал ходить на тренировки по боксу и помогал матери с домашними делами.
Спустя год Анжела исчезла уже на двое суток. На этот раз пришлось обращаться в правоохранительные органы.
Беглянку обнаружили на загородной даче, где собралась группа подростков. В этот раз измученная переживаниями Людмила всё же повысила голос на дочь, а затем снова рыдала, просила прощения и умоляла больше так не поступать.
На протяжении следующих четырёх лет матери примерно десять раз приходилось разыскивать Анжелу. Теперь подростка находили уже в настоящих притонах, в состоянии алкогольного опьянения. Девочку поставили на профилактический учёт в отделении по делам несовершеннолетних.
— Я в полной растерянности, не знаю, как с ней быть, — сетовала Людмила своей матери. — Я ведь стараюсь не оставлять её без присмотра, покупаю всё, что она просит, не повышаю голос.
— Строгости ей не хватает, — категорично заявляла Валентина Петровна. — Отправь её к отцу, подальше от этой плохой компании. Пусть наконец и он займётся воспитанием собственной дочери.
— Да он о ней и думать забыл. У него новый ребёнок появился. Один раз попытался по телефону её отчитать, но она просто положила трубку и всё.
— Предчувствую, что впереди ещё хуже будет, — мрачно предсказывала бабушка девочки.
Однако к восемнадцати годам Анжела словно образумилась. Начала встречаться с парнем, который остался в их городе после окончания военной службы.
Двадцатидвухлетний Максим трудился курьером, был уравновешенным и благоразумным. Людмиле он пришёлся по душе и явно положительно влиял на Анжелу.
Через полгода молодые люди скромно расписались и переехали в коммунальную квартиру к Максиму.
— Я даже боюсь сглазить такое счастье, — делилась с матерью Людмила. — Анжела устроилась кассиром, хотя я предлагала ей поступить в техникум. Но ладно, главное, что перестала бродяжничать и пить — это уже большая победа.
— Это, конечно, замечательно, но сердце мне подсказывает, что ты ещё много слёз из-за неё прольёшь, — говорила Валентина Петровна.
— Да перестань ты, мама. Вечно у тебя одни дурные предчувствия…
— Я долгую жизнь прожила, знаю, о чём говорю.
В этот же период у Людмилы начала складываться личная жизнь. Она познакомилась с овдовевшим Анатолием, который недавно поселился в соседнем доме.
Их отношения развивались медленно, но оба чувствовали, что могут построить семью.
Мрачные предсказания бабушки начали сбываться спустя три года.
К тому моменту Анжела родила дочь, которой в основном занимался Максим. Бабушка помогала, как могла.
Сама же молодая мать внезапно вернулась к старым привычкам и стала исчезать из дома, употреблять алкоголь и встречаться с прежними собутыльниками.
— Что же ты творишь? — в очередной раз пыталась образумить дочь Людмила. — У тебя ребёнок, муж, а ты…
— Мам, отстань от меня. Я сама во всём разберусь. Надоела уже, — грубо отвечала Анжела.
— Максим, может быть, вы к нам переедете? Тогда я смогу больше вам помочь.
— А моё мнение тебя не интересует? — возмутилась дочь. — Ещё раз повторяю — не вмешивайся в наши дела, сами разберёмся.
Людмиле оставалось только тайком плакать и по мере возможности помогать молодой семье.
Хорошо, что с сыном не было никаких проблем. Парень закончил училище, отслужил в армии и теперь работал токарем на местном предприятии, исправно помогал матери финансово.
Прошло несколько месяцев. О продолжающихся загулах дочери Людмила узнавала от зятя.
Трёхлетняя Софья всё чаще гостила у бабушки — Максиму нужно было работать. И наконец парень не выдержал.
— Тётя Люда, я подаю на развод с Анжелой. Забираю Софью и возвращаюсь в родной город.
— Максим, я тебя прекрасно понимаю, но Софья… Как ты будешь воспитывать её один?
— Мама обещала мне помочь. Что поделаешь? Без такой матери, простите меня, конечно, дочке будет гораздо лучше. А вы сможете навещать нас когда угодно и забирать Софью в гости, если захотите.
— Ах, Максим, какая же у меня дочь безрассудная. Такого мужа потеряла.
Людмила надеялась, что после отъезда Максима и Софьи Анжела вернётся домой, и можно будет попытаться вылечить её от пристрастия к спиртному, но в планы дочери это не входило.
Где обитала Анжела, на какие средства существовала, с кем жила — мать не знала. Она пыталась это выяснить, но после того как пьяная дочь несколько раз обругала её в присутствии своих дружков-алкоголиков, оставила попытки исправить ситуацию.
Прошло два года. Людмила старалась не думать о пропащей дочери. Бывший зять лишил Анжелу родительских прав и создал отношения с порядочной женщиной, которая замечательно относилась к Софье.
Несколько раз Людмила ездила к ним в гости и забирала внучку к себе на выходные. Старший сын женился и переехал в квартиру жены.
А Анатолий переехал к Людмиле — его жильё они сдавали в аренду.
И тут появилась Анжела.
— Мам, мы к тебе в гости пришли, — заявила она, неожиданно возникнув на пороге.
Рядом с дочерью стоял привлекательный молодой человек.
— Знакомься, это Роман, мы вместе живём.
— Проходите, пожалуйста, — произнесла Людмила, тщетно пытаясь скрыть своё изумление.
— Мы ненадолго заглянули. О! Привет, дядя Толя. А вы теперь вместе живёте?
— Да.
— Ну и хорошо.
Людмила не верила собственным глазам. Её дочь выглядела умиротворённой и счастливой.
Они спокойно поужинали и поговорили. Только вот про свою дочь Анжела ни разу не поинтересовалась, а Людмила не стала форсировать события.
— Мам, представь себе, Анжела нашла себе хорошего человека, — сообщила Людмила матери. — Живут они в его квартире, которая досталась ему по наследству от родителей. Анжела устроилась на работу. Может быть, и с дочкой у неё отношения наладятся.
— Поживём — увидим, — как обычно, без оптимизма отвечала Валентина Петровна.
Долго ждать не пришлось. Через полгода Анжела родила сына Дмитрия, а ещё через год история почти полностью повторилась. Женщина снова стала уходить в запои.
— Что же ты делаешь? — взывала к совести дочери Людмила. — Ты же и сына тоже потеряешь!
— Мам, не кричи на меня. Я не собираюсь круглосуточно возле него сидеть, как привязанная. И вообще, не лезь в мою жизнь.
Людмила очень волновалась за внука. Мальчик рос слабым и болезненным, ему особенно требовалась забота родных.
Оставалось только надеяться, что дочь одумается, хотя мать уже почти не верила в это.
Когда малышу исполнилось полтора года, Анжела объявила Роману, что ей всё надоело и она от него уходит.
Мужчина немного подождал, не передумает ли сожительница, а потом принял решение.
— Людмила Васильевна, я не готов один воспитывать Дмитрия. Тем более что я не уверен в том, что я его отец. Либо забирайте его, либо я отдам мальчика в приют, — заявил Роман, появившись на пороге квартиры тёщи с малышом и его вещами.
Бабушка ахнула.
— Какой приют?! А где Анжела?
— Понятия не имею. Она уже месяц домой не заглядывала. Ребёнок постоянно плачет. В общем, я пошёл.
— Тише-тише, малыш, — Людмила прижала к себе внука. — Всё будет в порядке.
Она позвонила своей матери, чтобы рассказать о произошедшем. Валентина Петровна ледяным тоном напомнила Людмиле, что это она так воспитала Анжелу и теперь пожинает плоды.
Решать проблемы ей придётся в одиночку.
— Люда, ты действительно собираешься оставить Дмитрия у себя? — недовольно поинтересовался вечером Анатолий.
— Толя, а какие ещё варианты могут быть? О приюте не может быть и речи. Это же мой внук.
— Ну, может быть, отец его всё-таки заберёт?
— Какой отец? Роман в свидетельство о рождении Дмитрия не вписан. Отцовство не признаёт. Нужно доказывать через суд. А это не только время, но и после этого никто не заставит Романа заниматься воспитанием малыша. Дмитрий может попасть в детский дом. Неужели ты этого не понимаешь?!
— Прости, Люда, но нянчиться с младенцами не входило в мои планы. Нашу совместную жизнь я представлял себе совершенно по-другому.
— Решай сам, — устало ответила Людмила и пошла купать внука.
Анатолий ещё неделю ждал, надеясь, что сожительница изменит своё решение, а потом съехал от неё.
Женщине с огромным трудом удалось отыскать несчастную дочь и оформить опекунство над внуком.
От Анжелы, кстати, алкоголем не пахло, но выглядела она истощённой и вела себя неадекватно.
«Наркотики!» — с ужасом подумала Людмила.
В этот раз она даже не стала пытаться вразумить дочь — внук нуждался в её заботе и любви, и бабушка намеревалась дать ему всё это в полной мере.
