Март, городской роддом, ночная смена. — Вера Павловна, готовьте операционную! — Надежда Сергеевна влетела в ординаторскую. — Роженица Семёнова, экстренное кесарево! Вера Павловна, проработавшая в роддоме тридцать два года, удивлённо подняла брови: — Так она же нормально рожает.
Михаил Петрович — Мишка, как звали его во дворе — никогда не думал, что станет кому-то отцом. В свои двадцать восемь он жил один в двухкомнатной квартире на пятом этаже, работал слесарем и по выходным играл в преферанс с мужиками во дворе.
Павел стоял у окна и смотрел, как внизу, во дворе, дядя Коля возится с велосипедом Тёмки. Старик что-то бормотал себе под нос, крутил педали, проверял тормоза. Рядом крутился сам Артём — худенький, нескладный подросток с вечно торчащими вихрами. — Дядь Коль, ну что там?
— Мне кажется, наш брак умер. Эти слова Андрея, произнесённые между делом за утренним кофе, заставили Марину замереть с полотенцем в руках. Она только что вытирала безупречно чистую столешницу. Секунду она стояла неподвижно, чувствуя, как холодок пробегает по спине.
– Марго, хватит! Сколько раз еще повторять – ты переходишь все границы! – Антон швырнул на стол распечатку банковских операций. – Три тысячи за неделю на элитный алкоголь! Это нормально? – Тоша, не драматизируй, – Маргарита поправила идеально уложенные волосы.
— Ну что, довольна? Вот твоя благодарность за все мои жертвы! — Валентина размахивала квитанцией за коммуналку перед носом дочери. — Целыми днями на двух работах горблюсь, а ты электричество жжешь как миллионерша! — Мам, я просто уроки делала…
— Полина Малышева, следующая! — объявила завуч музыкальной школы. Октябрь 2019 года. Худенькая пятнадцатилетняя девочка вышла на сцену актового зала, где проходил отборочный тур городского конкурса имени Чайковского.
