– Марго, хватит! Сколько раз еще повторять – ты переходишь все границы! – Антон швырнул на стол распечатку банковских операций. – Три тысячи за неделю на элитный алкоголь! Это нормально?
– Тоша, не драматизируй, – Маргарита поправила идеально уложенные волосы. – Устаю я. Иногда хочется расслабиться после тяжелого дня. Или мне теперь и это нельзя?
Маргарита выросла в провинциальном Зареченске. Семья ютилась в двухкомнатной квартире: она, младший брат Вадик и вечно уставшие родители. Мать работала медсестрой в три смены, отец крутил баранку рейсового автобуса.
По вечерам отец неизменно доставал из холодильника бутылку пива. Потом еще одну. К выходным счет шел на ящики. Запах перегара стал для Марго синонимом домашнего уюта – парадокс, который она осознала много позже.
– Дочка, учись, – шептала мать, укладывая ее спать. – Выучишься – вырвешься отсюда. У тебя голова светлая, не загуби.
Маргарита вгрызалась в учебники как в спасательный круг. Красный диплом экономического факультета открыл двери столичной компании. В двадцать три она уже снимала студию в спальном районе Москвы.
На корпоративе познакомилась с Антоном. Высокий, спокойный, но с характером. В детстве потерял старшего брата – разбился на мотоцикле в пьяном виде. С тех пор Антон не переносил безответственность в любых проявлениях.
Через год расписались без пышных торжеств.
***
Жили душа в душу. Антон продвигался по карьерной лестнице, Маргарита открыла собственное PR-агентство. Купили трешку в новостройке, обставили скандинавской мебелью.
Первый звоночек прозвенел на третью годовщину свадьбы. Антон обнаружил в шкафу целую батарею пустых бутылок из-под просекко.
– Марго, это что?
– Подружки приходили на прошлой неделе. Обмывали мой новый контракт с «Мегафоном».
Но подружки приходили все реже. Маргарита пила в одиночестве, прикрываясь вымышленными посиделками.
Сначала бокал розового вина за ужином. Потом джин-тоник во время готовки. Коктейль на балконе под предлогом «красивый закат». Утренняя мимоза в выходные переросла в ежедневный ритуал.
– Рита, это уже не смешно, – Антон поймал ее с фужером шампанского в десять утра субботы. – Помнишь, я рассказывал про брата? Все начинается именно так.
– Не сравнивай! – вспыхнула она. – Твой брат был безработным неудачником. А я руковожу агентством с оборотом в пятнадцать миллионов в год!
– При чем тут деньги? Проблема не в том, что ты пьешь дорогое. Проблема в том, что ты пьешь постоянно.
Антон начал фотографировать чеки из алкомаркетов. За месяц накопилась толстая пачка. Предъявил жене как улику.
– Восемьдесят тысяч, Марго! За месяц! Это четверть нашей ипотеки!
– И что? Заработала – потратила. Не на твои же деньги покупаю.
– Дело не в деньгах! – Антон ударил кулаком по столу, что было на него непохоже. – Ты меняешься. Становишься раздражительной, забываешь о встречах. На прошлой неделе сорвала презентацию!
– Одну презентацию! Клиент и так был сомнительный.
– Марго, остановись. Пока не поздно.
***
Однажды Антон встретил школьного друга Игоря – психотерапевта, специализирующегося на зависимостях.
– Сложный случай, – покачал головой Игорь, выслушав историю. – Высокофункциональный алкоголизм. Они до последнего отрицают проблему. Попробуй через материнский инстинкт. Иногда срабатывает.
Дома Антон обнял жену:
– Рит, давай подумаем о малыше? Нам обоим за тридцать, квартира есть, доходы стабильные.
– Ребенок? – Маргарита напряглась. – Антош, у меня три крупных проекта висит.
– Проекты закончатся – будут новые. Мне тридцать пять, Рита. Я хочу семью. Настоящую семью.
В его голосе звучала такая тоска, что Маргарита дрогнула. Она знала историю его брата, понимала, почему для Антона так важно построить «правильную» семью.
– Хорошо. Давай попробуем.
Прошла обследование, начала пить фолиевую кислоту. Торжественно вынесла бутылки на помойку – Антон снимал на телефон эту «историческую церемонию».
Три недели держалась. На четвертой не выдержала – купила маленькую бутылочку вермута. Просто понюхать. Вспомнить вкус.
Антон застал ее над открытой бутылкой.
– Я не пью! Просто… скучаю по запаху.
– Вылей.
– Зачем? Я же не пью!
– Вылей. Немедленно.
Она вылила. Но через неделю Антон нашел в ее сумке фляжку с коньяком.
– Это для экстренных случаев! Вдруг давление упадет?
– У тебя никогда не было проблем с давлением.
– Откуда ты знаешь? Ты же не врач!
Ссоры становились ежедневными. Маргарита металась между желанием выпить и страхом потерять мужа. По ночам ей снились кошмары – то она топит ребенка в ванне с шампанским, то Антон уходит к другой, трезвой и правильной.
Забеременела через четыре месяца мучительного воздержания. Антон ликовал. Маргарита улыбалась, но внутри все сжималось от паники.
На двенадцатой неделе УЗИ показало двойню.
– Близнецы! – Антон не мог поверить счастью. – Марго, ты слышишь? У нас будет двое!
Она кивнула. А вечером, когда муж уснул, долго стояла у бара. Руки тряслись. В животе шевелились дети – или ей казалось? Она провела ладонью по едва заметному животику.
– Простите меня, – прошептала она и налила полбокала мартини.
Выпила залпом. Сразу стало легче. Тревога отступила.
«Один раз можно. В Европе беременные пьют вино».
***
Сначала это был «один бокал раз в неделю». Потом – через день. К двадцатой неделе Маргарита пила ежедневно, тщательно маскируясь. Полоскала рот, жевала мяту, проветривала комнаты.
Антон что-то подозревал. Начал неожиданно возвращаться домой среди дня, проверять шкафы, обнюхивать ее дыхание.
– Ты параноик! – кричала Маргарита. – Я ради тебя, ради детей не пью! А ты мне не веришь!
– Прости. Я просто волнуюсь. После того, что случилось с братом…
– Твой брат не имеет ко мне никакого отношения!
На двадцать второй неделе Антона вызвали из офиса. Начальник отдела кадров говорил осторожно:
– Антон Сергеевич, вам звонили из женской консультации. Ваша супруга… там какие-то осложнения. Просили срочно приехать.
В больнице врач отвел его в ординаторскую. Говорил тихо, глядя в сторону:
– В крови вашей супруги обнаружена критическая концентрация алкоголя. Это спровоцировало острую гипоксию плодов. Мы сделали все возможное, но… Мне очень жаль. Сердцебиения больше нет. У обоих.
Антон сполз по стене. В ушах звенело. Двойня. Его дети. Мальчик и девочка – он уже знал пол. Мертвые.
– Где она?
– В реанимации. У нее тяжелая интоксикация. Мы боремся за ее жизнь.
Антон не пошел к ней. Вышел из больницы и шел по городу, пока не стемнело. Потом вернулся домой, собрал вещи в спортивную сумку. На кухонном столе оставил записку:
«Я забрал только личные вещи. Квартира твоя. Больше не ищи меня. Прости, что не смог тебя спасти. А.»
***
Маргариту выписали через неделю. Квартира встретила ее тишиной. Она дошла до бара, достала нераспечатанную бутылку виски. Посмотрела на этикетку. И вдруг с размаху швырнула об стену.
Потом вторую. Третью. Пока не осталось ни одной целой.
Села на пол среди осколков и завыла. Алкоголь больше не был спасением – он стал убийцей ее детей.
Прошло два года. Маргарита вела группу поддержки для женщин с алкогольной зависимостью. Встречи проходили в арендованном помещении по четвергам.
– Меня зовут Маргарита, и я алкоголик, – начинала она каждую встречу. – Сегодня 743-й день моей трезвости. Я убила своих детей алкоголем. Это моя правда, с которой я живу.
Антона она больше не видела. Знала только, что он женился, родилась дочь.
Агентство пришлось продать. Работала копирайтером, удаленно. Денег хватало на скромную жизнь и терапию.
В дверь позвонили. На пороге стояла молодая женщина с испуганными глазами и заметным животом.
– Вы Маргарита? Мне дали ваш адрес в женской консультации. У меня проблемы. Большие проблемы.
– Проходите. Воды?
– Да, пожалуйста.
Маргарита налила воду в два стакана. Села напротив.
– Рассказывайте. У нас есть время.
Может быть, спасая других, она найдет если не прощение, то хотя бы смысл продолжать жить.
