Из грязи в князи
Димка всегда жил скромно. Конечно, самое необходимое у него было, но вот чего-то особенного, желанного, долгожданного — никогда. Ему выпала судьба появиться на свет в семье, где родители забывали обо всём после первой рюмки.
эмоциональный рассказ
Испытания и обретения
Утреннее солнце пробивалось сквозь занавески в спальне, где Ольга медленно открывала глаза. Рядом тихо посапывал Андрей, его рука по привычке обнимала её за талию. Тридцать два года — возраст, когда женщина уже точно знает, чего хочет от жизни, и Ольга была уверена: вот оно, её счастье.
Нить судьбы
Дождь барабанил по лобовому стеклу, стекая непрерывным потоком. Дворники не справлялись. Юрий держал руль так крепко, что у него побелели костяшки пальцев. Его жена, сидевшая на переднем сиденье, отвернулась и молча смотрела в боковое окно, хотя кроме дождя там ничего не было видно.
Мать молчала и терпела, — сказал сын.
— Вы кем приходитесь пациенту? — медсестра строго посмотрела поверх очков на женщину в ярком платье. — Я его жена, — уверенно ответила Лена, поправляя идеальную укладку. — Антон Сергеевич Воронов, сорок два года.
Пора жить для себя.
Валентина Петровна нашла его случайно — старый железнодорожный билет, затерявшийся в кармане демисезонного пальто. «Москва — Переславль-Залесский, 15 апреля». Она провела пальцем по выцветшим цифрам и вспомнила тот день полгода назад, когда впервые решилась на поездку.
Сожжённые мосты
Коридор в старой хрущёвке всегда был узким, но сейчас он казался Алине бесконечным тоннелем без выхода. Мать стояла у двери, раскинув руки, с собственными страданиями. В полумраке её фигура отбрасывала длинную тень, которая тянулась до самых ног Алины. — Ты бросаешь нас, Алина!
Между любовью и долгом
— Лида, так жить нельзя. — Я понимаю, — ответила она, не сводя глаз с матери, которая сидела в кресле и методично рвала газету на мелкие кусочки. — Но что ты предлагаешь? — Моё предложение ты знаешь, — Олег прошёлся по комнате, обходя разбросанные по полу клочки бумаги.