— Мам, а ты помнишь мою куклу? — спросила Ксюша, глядя на Марину с надеждой. — Она в детском доме осталась. Я так по ней скучаю.
— Какую куклу, милая? — поинтересовалась Марина, смутно припоминая, что игрушка действительно была.
— Ту, с закрывающимися глазами. Она не говорила, но я её маленькой мамой звала. Воспитатели рассказывали, — смутилась девочка. — Жалко, её теперь не найдёшь.
— Да, наверняка за полгода уже выкинули, — вздохнула Марина. — Давай не отвлекайся. Смотри, какой торт хочешь на день рождения?
Дочка переключилась на выбор торта, но Марина видела — что-то было не так. Ксюшу они удочерили полгода назад, устав от бесплодных попыток выносить беременность.
Муж тогда сказал, глядя на её слёзы: — Давай усыновим кого-то? Вижу, как ты мучаешься из-за этого. Только учти — заниматься будешь сама. И никаких младенцев, просто обычного ребёнка школьного возраста. К пелёнкам я не готов.
— Ты правда готов сделать это для меня? — Марина бросилась мужу на шею.
— Хватит, — он отстранился. — Просто надоело смотреть на твоё вечно кислое лицо. Может, ребёнок это изменит.
Она тоже так думала, поэтому поехала по детским домам и вскоре встретила Ксюшу. Полюбила с первого взгляда. Витя покорно таскался с ней на просмотры, затем ездил в школу приёмных родителей, а к девочке отнёсся ровно, как к новой мебели.
В детском доме Ксюша успешно танцевала в ансамбле и отличалась хорошей успеваемостью. Это решило дело.
Вот уже полгода Марина просыпалась со счастливой улыбкой, готовила дочке завтрак, отводила в школу, потом спешила на работу на полдня — выкладывать товар в продуктовом магазине. Специально перевелась из продавцов, чтобы больше времени посвящать дочери.
Послезавтра Ксюше исполнялось девять лет. Виктор уехал в длительную командировку, все заботы по организации праздника легли на плечи Марины. А тут ещё эта кукла — дочка говорила о ней с такой тоской, словно о родном человеке.
Марина решила попробовать отыскать пропажу и поделилась идеей с мужем по телефону.
— Не выдумывай, — резко осадил её Витя. — Какие куклы? Кто станет хранить старые игрушки усыновлённых детей?
— Я всё-таки попробую. Это необычный детдом — семейный. Там не так часто меняются постояльцы.
— Делать тебе нечего. Езжай, — наконец одобрил муж. — Кстати, поздравь от меня Ксюшу. Купи новую куклу — я точно не успею вернуться. Задерживаюсь, сложности появились.
— Но ты же ей обещал! — возмутилась Марина.
— Вспомни, кто вам всем оплачивает этот банкет, — огрызнулся муж. — И перестань пилить меня своим нытьём.
Он положил трубку. Марина хотела плакать, но не решилась. Вместо этого отправилась на автобусную остановку и поехала в семейный детский дом.
***
Там её встретила хозяйка — приветливая и добродушная Роза, которая совмещала роль воспитателя.
Выслушав просьбу Марины, она не нашла её странной: — Дети здесь часто привязываются к вещам. Пойдём в бывшую комнату Ксюши и Вики. Она пока пустует.
— А вторую девочку тоже забрали? — поинтересовалась Марина. — Они дружили?
— Да, неразлучницы были, — улыбнулась Роза. — Мы потому и поселили их вместе, хотя Вика была на год старше. А вот и ваша кукла! Передавайте своей растеряше поздравления от меня.
— Спасибо вам! — обрадовалась Марина. — Ксюша будет счастлива.
Она схватила старенькую куклу. Та была довольно облезлой, волосы превратились в мочалку, но голубые пронзительные глаза всё так же открывались и закрывались, а самодельное платьишко, явно сшитое руками Розы, было почти новым.
Прижав игрушку к груди, Марина поспешила на остановку.
В день рождения Ксюшу ждало много подарков — Марина постаралась, чтобы первый праздник в семье девочка запомнила. В последний момент Ксюша созналась, что пригласила Вику — подружка жила неподалёку, и девчонки продолжали общаться. Для Марины это стало новостью — она не думала, что у приёмной дочери есть такие тайны.
Праздник проходил в детском кафе с батутами и аниматорами. Вскоре появилась Вика со своими новыми родителями. Дмитрий и Алёна оказались приятной парой средних лет, хозяевами нового кафе возле оживлённой дороги в их районе.
Когда пришла пора распаковывать подарки, Ксюша вскрикнула от счастья и прижала облезлую куклу к груди. До самого дома она с ней не расставалась и даже спать легла с «куклой-мамой», как продолжала называть игрушку.
Марина заглянула в детскую перед сном ещё раз проверить, спит ли Ксюша, и увидела нечто странное. Дочка сняла с куклы платье, вынула неработающий разговорный механизм, а внутри оказался какой-то свёрток.
Марина похолодела — там могло быть что-нибудь опасное.
— Ксюш, дочь, что это у тебя? — она вошла в комнату. — Спать уже пора.
— Это мой небольшой секрет. Тут ничего плохого.
Девочка раскрыла ладонь. В руке оказался потрёпанный свёрток с недорогим кулоном в виде сердечка. Марина нажала сбоку — щёлкнул механизм, отскочила крышка. Внутри была фотография.
Увидев изображённую на ней девушку, Марина села мимо кровати, прямо на пол.
— Мам, ты не ушиблась? — вскочила Ксюша. — Красивая, да? А как ты открыла?
— Ты никогда не видела этот снимок? — удивилась Марина.
— Воспитатели говорили, что кулон был на мне, когда меня подкинули. Может, это моя мама?
— Интересно, зачем кулон нужно было прятать?
— Это же сокровище, — пожала плечами Ксюша. — В детских домах такое быстро отбирают.
— Ясно. Ладно, давай ложись, — улыбнулась Марина. — И спрячь своё сокровище. Или будешь носить?
— Не знаю, он какой-то старый. Пусть пока в кукле полежит.
Марина вышла из спальни, поцеловав дочку на ночь. Сон как рукой сняло. Она сварила себе кофе и присела у окна, её трясло от шока.
На фотографии в кулоне была хорошо знакомая женщина. Девять лет назад они почти не общались, но сейчас Люся была её самой близкой подругой. И Марина не могла припомнить, была ли та когда-нибудь беременна.
***
Виктор вернулся только через три дня, неловко обнял Ксюшу, потом подошёл к жене и дежурно чмокнул в щёку. К вечеру приехала его мать.
Оксана Ивановна навещала их семью нечасто, жила у дочери в ста километрах от них и была категорически недовольна удочерением.
— Придумали себе проблемы, — ворчала она. — Могли бы на суррогатную мать потратиться, раз жена тебе бракованная попалась. Родная кровь была бы, а не чужая девчонка. Не внучка она мне. И вообще, брать чужого ребёнка в дом — плохая примета. Негатив её рода на себя забираете.
— Оксана Ивановна, вы опять свои деревенские суеверия в ход пускаете, — оборвала её Марина.
— А ты бы лучше послушала, что умные люди говорят, — парировала свекровь. — Навязала моему Витеньке непонятно кого и радуешься. Ножки свесила с его шеи. Сама-то зарабатываешь три копейки в своём магазинчике.
— Мам, хватит уже. Ребёнок наш, — попросил Виктор. — Обратно плёнку не отмотаешь.
— А ведь ты жалеешь об этом, — прищурилась его мать. — Пошёл на поводу у жены. А я говорила — нечего было на этой бракованной жениться. Она же тебе не девочкой досталась.
Марина вышла из кухни, где засела свекровь, вытирая под глазами слёзы. К ночи гостья угомонилась, а утром спешила на вокзал.
За завтраком Марина рассказала мужу про обнаруженный кулон и про то, что там предположительно находится снимок её подруги.
— И что это меняет? — не понял Витя. — По документам Ксюша наша дочь. А кто там её куда подбросил — дело десятое. Ты вечно всё усложняешь.
— Но если это дочь Люси? Могут же быть сложности.
— Просто держи язык за зубами и всё. Люська этого младенца выбросила, а мы взяли. Вот и думай, кому ребёнок больше нужен.
— Мало ли какие бывают обстоятельства…
— Погулять твоя подруга любит. Вот и все её обстоятельства, — обиженно заявил супруг. — Хватит её оправдывать. И вообще, может, это даже не Люська, а кто-то похожий. А ты себе уже целую историю насочиняла. Противно. Хватит выдавать свои глупые фантазии за действительность. Ещё вздумай девчонку с её якобы биологической мамашей познакомить!
Марина, у которой действительно были подобные мысли, раздражённо фыркнула. Виктор довольно ухмыльнулся — ему удалось уесть жену.
На следующий день он снова уехал в командировку. Марина решилась на разговор с подругой. Они работали в одном магазине.
— Люсь, помнишь свой шиньон? Такой хвост на заколке-крабике? — поинтересовалась она. — Ты тогда ещё блондинкой была.
— Десять лет прошло, — отмахнулась та. — А тебе он на что?
— Видела фотографии того времени и вспомнила. В кулоне у моей приёмной дочки. Она почему-то уверена, что там родная мама на карточке.
— Нет, я к вашей Ксюше отношения не имею, — отмахнулась Люся. — Сама вспомни, разве была я беременной?
— Мне-то откуда знать? Я тот год почти весь работала поваром на теплоходе. Тебя вообще не видела.
— Странно. Там женщина на фото — просто твоя копия.
— Есть у меня семейная тайна, — неожиданно зашептала Люся. — Мама родила двойню, а оставила только меня. Вторую девочку отдала какой-то знакомой. Я никогда не видела её. Мать только недавно призналась.
— Серьёзно? И где сейчас тётя Наташа?
— В больнице. Признали последнюю стадию онкологии. Она в хосписе, сама так захотела. Говорит, не хочет нас обременять.
— Извини, что влезла в такое.
— Перестань, никто не обиделся, — отмахнулась подруга. — Просто странно, что ты так обо мне подумала — будто я тайно родила и бросила дочь.
Марина отвернулась и продолжала выкладывать товар. Реакция Люси на рассказ про фото в кулоне была странноватой — какой-то наигранной, неестественной.
***
Марина решила зайти с другой стороны и поехала по городским хосписам. Их было всего три. Тётя Наташа, их бывшая соседка, обнаружилась в последнем.
Марине неловко было ехать с пустыми руками, так что она купила цветы и конфеты, но уже в хосписе поняла неуместность своих подношений. Тётя Наташа лежала под тёплым одеялом — жёлтая, высохшая, с восковой кожей.
Марину она не узнала: — Рая, ты что ли? Как там Мариночка?
Марина решила подыграть, хотя её собственной матери давно не было в живых.
— Помнишь, у тебя не один был ребёночек, а двойня?
— Конечно! Одна девочка умерла, в могилке моего папы похоронена, а вторая — Люська, — уверенно заявила женщина. — Близняшки были, хорошенькие такие. Одна через двое суток посинела. Я все глаза проплакала. Хорошо хоть Люсенька выжила, а больше у меня детей не было. Ой, да что я рассказываю, Рай? Ты ж сама тогда в роддоме работала…
Марина дождалась, пока она договорит, сунула цветы и конфеты медсестре и поспешила прочь.
Она пошла к подруге своей мамы, работавшей тогда в роддоме. Надежда Николаевна хоть и была в возрасте, но на память не жаловалась.
— Конечно, помню Наталью, — заявила она ошеломлённой Марине. — Точно, двойня у неё была. Мы ещё удивлялись, как врачи проглядели, хотя УЗИ тогда особо никому не делали. Вторая девочка в пуповине запуталась, еле откачали при родах, но всё равно прожила только два дня.
— А почему умерла? Люся думает, что мать сестру отдала другой женщине.
— Глупости! — усмехнулась Надежда Николаевна. — Люська в курсе, что её близняшка умерла. Сама у меня десять лет назад выспрашивала, каковы у неё шансы двойняшек родить.
— Люся была беременна? — удивилась Марина.
— Кто её разберёт. Она же с детства пышненькая. У такой беременность незаметно будет даже на большом сроке.
Марина вышла с тяжёлой головой, забрала дочь из школы, выпила таблетку, прилегла.
Вечером к ней неожиданно заявилась Люся с какими-то нелепыми подарками для Ксюши под надуманным предлогом. Пока Марина ломала голову над целью её визита, подруга уже подбиралась к кукле с кулоном. Но Ксюша схватила игрушку и убежала, а гостья разочарованно ушла на кухню.
— Марин, у тебя духи новые?
Люся привычно крутилась перед зеркалом в прихожей, схватила расчёску, провела по своей шевелюре.
— Опять волосы выпадают.
— А может, стоит поменьше чужими вещами пользоваться? — поинтересовалась Марина раздражённо, вытаскивая из расчёски белые волосы подруги.
— Ладно тебе, мне пора.
Люся выскочила за дверь, словно за ней черти гнались. Марина осталась стоять с её волосами в руках. Посмотрела на них и вдруг вспомнила любимую свекровью тему про анализы ДНК. Решила посмотреть, сколько они стоят — оказалось, что сейчас такой анализ мог позволить себе любой желающий.
Второй волос Марина взяла у приёмной дочки и отнесла всё в лабораторию.
— Этот не годится — мёртвый, без луковицы, ещё и обесцвечен, — сердито сказала принимавшая материалы медсестра.
Марина достала ещё несколько волосков — Люська линяла, как заяц перед зимой.
— Вот эти получше. Результаты через неделю смотрите в электронной почте.
***
На работе Люся вела себя странно, была чересчур болтлива и всячески расспрашивала про Ксюшу.
— Что тебя вдруг мой ребёнок заинтересовал? — рассердилась Марина. — Материнский инстинкт заиграл?
— Говорила же я тебе — не рожала я. Что ты заладила со своим материнством? Ты всё равно без конца про неё болтаешь. Вот я и решила проявить немного внимания.
— Как-то раньше тебя моя дочь не интересовала.
— А может, всё-таки расскажешь, зачем вчера приходила?
— Просто соскучилась. Раньше мы часто посиделки устраивали. А теперь к тебе что, как на приём записываться надо? Как матерью семейства стала, сразу и подруга не нужна оказалась.
— Ты чего? Просто как-то сложновато стало всё это совмещать. Конечно, приходи. Я рада. Только лучше сначала позвони.
— Зазналась, — невесело усмехнулась подруга. — Это всё Витькино влияние. Знаю, что он меня не любит.
На следующий день дочка впервые попросилась прийти из школы сама. Марина подумала и согласилась — дочка была послушной, а дорога к дому пролегала по аллее парка. Сама же задержалась на работе на пару часов — денег за смену выходило больше.
Затем Марина спешила домой, соскучившись по дочке. В сумке лежало любимое печенье Ксюши и сок для неё. Но дома никого не оказалось, хотя портфель дочери стоял в комнате. Телефон нашёлся на столе, но Ксюша будто испарилась.
Марина в панике принялась звонить мужу.
— Я вообще на работе, — ответил супруг. — Заезжал только днём рубашку переодеть, но никого не было. Слушай, ты же сама пишешь, когда Ксюшу забираешь.
— Она сегодня в первый раз пошла сама. Может, она сбежала? Может, я плохая мать?
— Нормальная ты. Просто эти сироты всё время куда-то сбегают, так что надо быть к этому готовым. Найдёшь её — она снова сбежит.
— Хватит пугать! Может, она просто пошла погулять. Но я чувствую — что-то случилось. А вдруг Люська её похитила?
— Не говори ерунду! Ей это зачем? — возмутился Виктор. — Девчонка сама сбежала. От скуки наверняка.
— Нет, я звоню в полицию.
— Хочешь, чтобы её у тебя отобрали? — закипел Виктор. — Мать была права. Эти приёмыши нам не ровня. Слушай, может, правда вернуть её в детский дом?
Марина просто бросила трубку, не в силах выносить такие жестокие слова. Виктор говорил об их дочери, как о ненужной вещи, которую можно вернуть. Но ведь Ксюша им верила, стала называть их мамой и папой.
Она бросилась по району, расспрашивая всех вокруг. Потом стала обзванивать родителей одноклассников. Потом вспомнила про Люсю — уж слишком подозрительно подруга интересовалась её ребёнком.
— Где моя дочь? Ты её забрала? — набросилась Марина с обвинениями.
— С крыши съехала? Иди проспись, — лениво ответила Люся. — Что с твоей дочерью могло случиться? Заигралась наверняка с подружками.
— Она пропала! И наверняка это ты её забрала!
— Она что, правда пропала? — ахнула Люся. — Матерью клянусь, нет у меня твоей девочки. Звони в полицию, пусть ищут.
Но Марина боялась, что полицейские могут доложить в опеку, и у неё заберут ребёнка.
Поздним вечером вспомнилась Вика, и её приёмная мама Алёна сказала, что Ксюша у них.
Марина поспешила к придорожному кафе забрать свою беглянку. Хозяева жили над заведением — они выкупили всё здание. Марина подбежала к кафе и краем глаза заметила объявление: «Требуется официантка на вечер. Возможно проживание. Зарплата ежедневная».
Она поднялась за Ксюшей. Дочка выглядела виноватой и смущённой. Марина решила не давить, а просто аккуратно расспросить. Они шли домой по парку, Ксюша держала её за руку.
— Тебе плохо у нас? Почему ты ничего не сказала? Даже куклу свою бросила.
— Нет, мне хорошо, — механически ответила девочка. — Просто Вика позвала. Я обо всём забыла.
— Ксюша, милая, скажи правду. Я не буду ругаться. Самая ужасная правда лучше красивой лжи.
— Тебе это может не понравиться, — вздохнула Ксюша. — Просто я не знала, как быть. Папа привёл домой какую-то тётю. Наверное, думал, что никого нет. А я убежала и хлопнула дверью — наверное, всё понял.
— То есть ты этого испугалась?
— Да.
— Я тоже так однажды от бабушки в шкаф в детстве спряталась и уснула, чтобы скрыть, что варенье съела.
— И что было? Тебя потом нашли?
— С милицией искали! А потом я вылезла и напугала бабушку. Слушай, в следующий раз бери хотя бы с собой телефон.
— А мне обязательно домой идти? Папа наверняка ругаться будет. У Вики веселее, а у нас я всё время одна. Скучно. И ещё то папа ругается, то бабушка Оксана.
— Её дома точно нет. И вообще не забивай себе этим голову. Просто пообещай, что больше не будешь так исчезать.
— Ладно. А почему нельзя?
— Потому что тебя тогда могут забрать. Как у плохой мамы, которая не справилась со своими обязанностями. Я очень сильно сегодня испугалась.
— То есть ты не хочешь меня отдавать?
— Конечно, нет!
— И любишь?
— Очень.
Ксюша прильнула к ней и крепко обняла. Они шли домой, а Марина лихорадочно соображала, что делать с рассказом дочери. Выходило так, что Виктор притащил домой любовницу.
***
Через пару дней на электронную почту пришли результаты ДНК-теста. Без сюрпризов — Ксюша была дочерью Люси.
Следующим утром Марина, как обычно, отвела дочь в школу. Мужу ничего не сказала. Вошла в подъезд, где когда-то они жили с мамой. Кодовый замок был привычно выдран из двери.
На пороге появилась заспанная и крайне недовольная визитом Люся.
— Вот, полюбуйся, — бросила ей распечатанный документ Марина. — Ксюша — твоя дочь. Могла бы мне сэкономить кучу времени и денег, если бы не врала!
— Кто знал, что ты настолько упёртая, — ошеломлённо сказала Люся. — Думала, скажу — и отстанешь. А ты потащилась правду искать. Тебе это зачем?
— Ты же ребёнка бросила! Я ни одного родить не могу, сама знаешь. А ты как кукушка — родила и подкинула. Совесть не грызёт?
— Бог знает, чем я тогда думала. Кулон этот подложила зачем-то, — вздохнула Люся. — Молодая была, сентиментальная идиотка. Ты тогда на корабль завербовалась, а мне хоть волком вой тут одной. Пошла весной на танцы и встретила красавчика. Болтал, что дипломат. Я правда не верила, но он так деньгами швырялся и говорил красиво.
— И ты забеременела от него?
— Да. Правда, всё было хуже. Через три месяца он исчез вместе со всеми мамиными накоплениями и бабкиными фамильными серьгами. Обнёс нашу квартиру, а я поняла, что беременна. Уже было поздно избавляться. Меня мать бы за такое точно убила. Так что решилась, поехала ко второй бабке в деревню. Она всё равно слепая и даже не поняла, что я беременна.
— И как же ты рожала? Не в больнице же.
— В бане. Повитуха местная за бутылку ещё и не такие тайны готова хранить. Потом везла ребёнка в город в сумке, как котёнка. Всё боялась, что задохнётся. В итоге оставила и забыла, как страшный сон. И никогда не думала, не вспоминала.
— Но неужели сердце не болело?
— А мне так врала складно, — призналась Люся. — Не ожидала, что эта история когда-нибудь всплывёт. А тут ещё ты приходишь, про кулон рассказываешь.
— Ты хочешь её забрать? — спросила Марина, внутренне содрогаясь от ужаса. — Сама воспитывать?
— Нет-нет-нет! — вскрикнула Люся. — Не люблю я детей и не хочу её. Слушай, Марин, ты думаешь, из меня может получиться идеальная мамаша, как ты? Перестань! Просто случилась ошибка молодости. Ты хочешь, чтобы она постоянно висела у меня перед глазами и напоминала об этих годах? Нет, я ещё с ума не сошла. Кстати, девчонка — копия папаши. Тот тоже был симпатяга.
— Ты уверена? Не пожалеешь потом?
— Слушай, если ты её любишь, так и будь ей матерью. Я так всё равно никогда не смогу. Может, мне вообще в другой город переехать? Мать перевезу, климат ей сменю напоследок, у моря погуляем.
— Люсь, а ты у тёти Наташи давно была?
— Давно. Не могу я её такой видеть. Хочешь — считай эгоисткой.
— Понимаешь, ей твоё море уже не нужно. Просто съездила бы к ней и побыла вместе. А мне твой отъезд не нужен.
— Ты прощаешь меня? За то, что врала и вообще? — со слезами на глазах спросила Люся.
— Конечно. Я поняла тебя, так что не переживай. А самое главное выяснили — Ксюша остаётся моей дочкой.
— Я никогда ей не расскажу, — прошептала Люся.
Марина вышла от подруги, а в голове всё путалось. Она и раньше считала Люську легкомысленной, но теперь окончательно убедилась — та живёт словно бабочка-однодневка. Злиться на неё было просто бессмысленно.
***
В этот день Ксюша со своим классом была в поездке в соседнем городе, и у Марины неожиданно выдался свободный день. Она поспешила домой, собираясь заняться стиркой, и опешила — в подъезд входил Витя в обнимку с какой-то незнакомой женщиной, ведя себя совершенно неприлично.
Стирку пришлось отложить. Через пять минут на её телефон прилетело сообщение: «Котёночек, ты скоро придёшь?»
Марина ответила: «Буду через 20 минут».
Вскоре из подъезда выскочили незадачливые любовники, сели в машину её мужа и умчались. Вид у обоих был взъерошенный.
На столе Марина обнаружила бутылку шампанского. Это всерьёз её разозлило. Прямо с этой бутылкой она направилась на улицу, вошла в здание офиса, где работал муж. Охранник знал её в лицо и без проблем пропустил.
Марина быстро поднималась по лестнице, вглядываясь в лица женщин вокруг — хотела понять, не является ли кто-либо из них той самой белокурой особой, обнимавшейся с её мужем.
Наконец добралась до нужного кабинета. Витя сидел за столом, погружённый в бумаги.
— Ты кое-что забыл, пока сбегал со своей любовницей, — сказала Марина и эффектно открыла шампанское с громким хлопком.
Пена полилась на бумаги и ноутбук. Виктор завопил, вскочил с места — с ног до головы облитый шампанским.
На его крики выскочил начальник из соседнего кабинета. Он в ужасе смотрел на то, как ноутбук моргнул и отключился, на залитые сладким липким напитком бумаги.
— Выведите отсюда эту чокнутую! И компенсировать это всё вам, Виктор Степанович!
— Марин, ты с ума сошла? — Витя был белее мела.
— А ты думал, можешь безнаказанно таскать баб домой у меня под носом? За всё придётся платить!
— Да выведите вы её уже! — орал багровый босс. — Или я полицию вызову!
Марину кто-то взял за плечи крепкой рукой и повлёк за собой. Она выронила пустую бутылку, и та покатилась по ковролину.
— Пойдёмте, — прошептали ей на ухо. — Вам нужно успокоиться. Поверьте, эти люди не стоят потраченного на них времени.
— Вы кто?
Она повернула голову и разглядела того самого охранника.
— Меня Вася зовут. Василий Зеленин. А вы правда не делайте глупостей. Зачем вам это? Неустойку потом платить.
— Спасибо. Это какой-то шок был. Знаете, так обидно быть тряпкой, о которую ноги вытерли.
— Да нет, вы не такая, — продолжал вести её к выходу Вася. — Похоже, просто перенервничали. Поезжайте домой, успокойтесь. Хотите, такси вызову?
— Да, давайте.
Василий усадил её в прибывшую машину и что-то шепнул водителю. Марина и сама не заметила, как очутилась дома. Денег с неё таксист не взял — сказал, что молодой человек уже расплатился.
Марина вспомнила бравую выправку охранника и улыбнулась. Вот таким должен быть настоящий мужчина, а не кашей-размазнёй.
Дома приняла душ и переоделась. Потом потихоньку начала собирать вещи. Было ясно — жить в одном доме они больше не будут.
Вскоре позвонил муж: — Мы разводимся! — сказала ему Марина сразу. — Хватит врать себе и людям. Таскайся по женщинам сколько угодно.
— Учти, всё имущество на мне. Ты ни на что не имеешь прав. Так и заруби себе на носу. И ещё — иди-ка из моей квартиры прямо сейчас вместе с этой приёмышей!
— А вот, значит, ты какой! Ну ладно, живи без совести.
Она положила трубку и тут же снова схватила телефон. Прожить на её зарплату вдвоём с ребёнком не получится, да ещё и жильё предстояло снимать. И в голову пришло неожиданное решение — вспомнилась дверь кафе с объявлением о поиске сотрудницы с проживанием.
Она решительно набрала номер: — Алёна, здравствуйте. Это Марина, мама Ксюши. У меня тут нестандартная ситуация…
И она всё выложила этой малознакомой женщине.
— У вас ещё свободно место официантки?
— Да! А мы уже с ног сбились. Ни повара на подмену нет, ни официантки. Вы нас буквально спасёте. Жить можно с нами. У сотрудников отдельные квартирки со своим санузлом. Вам выделим самую просторную.
— Здорово! Кстати, я повар по образованию. На теплоходе работала.
— Вот это да! — обрадовалась Алёна ещё больше. — Вам помочь с переездом?
***
Через час они вдвоём уже выносили последние сумки с одеждой. Алёна расспрашивала её в деталях про сцену в офисе и искренне хохотала. Марине и самой сейчас стало смешно, хотя тогда казалось, что жизнь закончена.
— И не вздумай отдавать ему имущество при разводе, — сказала Алёна. — Я с первым мужем такая же гордая и глупая была. Думала — на него записано, значит, прав не имею. А в законе совсем другое сказано.
— Попробую уточнить. Может, даже адвоката найму. Пусть не думает, что может вот так просто гулять.
— Всё правильно. Кстати, ты пока устраивайся, а я пойду девочек встречу. И скажи — ты сегодня сможешь выйти на смену? Детей я покормлю, уложу, если нужно.
— Хорошо, давайте.
— Ты просто наше спасение! Сейчас Дима всё оформит. Он у нас за бухгалтера. Ты не думай — трудоустройство официальное: и отпуск, и всё будет. А санитарная книжка есть у тебя?
— Конечно, я ведь в продуктовом по утрам работаю.
Она быстро разбирала вещи, когда в дверь постучали. К ней заглянула немолодая полная женщина с добрым, красивым лицом и чёрными, как смоль, волосами.
— Я тётя Самира, соседка твоя. В этом крыле дома только две квартиры для сотрудников. Алёна с Димой на той стороне за лестницей живут. Ты голодная? Пойдём, покормлю. У меня как раз пюре с котлетками готово.
— Сейчас бы слона съела! — призналась Марина.
— А кофе?
— Конечно! И морс есть домашний. Девочке твоей он в прошлый раз очень понравился. Пойдём, милая, всё покажу. А там и Дима с документами спуститься обещал.
Марина сидела в тёплой чистой кухне кафе и с удовольствием уплетала свежее картофельное пюре с домашними котлетками и хрустящий огурчик. Она думала, что жизнь, в общем-то, не такая уж плохая штука.
Вскоре на кухню прибежала дочь и бросилась ей на шею: — Мам, мы правда теперь будем с Викой в одном доме жить?
— Да, милая. Я тоже этому рада.
— А к папе не вернёмся?
— Нет, милая, с папой всё.
— А кукла-мама? Она тоже тут? И мои книжки, учебники?
— Да, всё перевезли, так что можно обустраиваться.
— А потом приходи ужинать, только руки вымой хорошенько, — с улыбкой сказала тётя Самира. — Посадим вас за первый стол, как самых лучших гостей.
Марина улыбнулась. В этом кафе она чувствовала больше теплоты и доброты, чем за все годы своего брака.
Вскоре спустился Дима. Они оформили трудовой договор и зафиксировали зарплату. На эти деньги вполне можно было сносно жить даже без подработок.
***
Марина довольно быстро освоила профессию официантки и вскоре уже уверенно носила по два полных подноса еды и напитков. Заведение работало круглосуточно. Днём роль официантки исполняла сама хозяйка, ночную смену работала Марина, а вскоре ей стали доверять готовить простые блюда.
Первый месяц пролетел незаметно. Марина уставала, но успевала заботиться о дочери, а с первой зарплаты накупила ей нарядов. Ксюша была счастлива. Они с Викой, как два попугайчика-неразлучника, носились по второму этажу. Вместе делали уроки и даже на ночёвки ходили друг к дружке.
Алёна предложила записать девочек в студию танца в соседнем доме. И теперь на втором этаже частенько был слышен мерный топот ног — девочки разучивали новые движения.
В их кафе охраны не было. Не собирались шумные компании, да и отделение полиции было неподалёку.
И вот в одну из ночей Марина скучала за стойкой. В углу доедали свою ночную солянку два шофёра-дальнобойщика. Ещё один посетитель неспешно попивал кофе, как вдруг к ним ввалилась компания молодёжи, явно нетрезвой и жаждущей приключений.
— Эй, тётка, спим? — заорал один из них с рыжими волосами. — Харчи на стол мечи! Не видишь — денежные клиенты!
— Что вы хотели? — спросила Марина вежливо, стараясь умерить свой гнев.
— Да что тут есть-то? Пошли лучше в ресторан! — заорали рыжему друзья. — Скукотище для пенсионеров!
— Да ладно тебе, тётя сейчас нас вкусненько накормит, — нехорошо ухмыльнулся рыжий. — А если откажется, разнесём эту шарашкину контору. Ну что, тёть, давай по-быстрому. Что там у тебя есть? Можешь заодно и выручку из кассы прихватить.
— А больше ничего не надо? — уставилась Марина на наглеца. — Я сейчас кнопку нажму, и полиция очень быстро окажется здесь.
— Не успеешь!
В руке нахала блеснуло лезвие ножа, и тут произошло что-то странное. Сидевший в углу мужчина в пару движений оказался за спиной у рыжего. А ещё через секунду тот уже лежал на полу с неестественно вывернутой рукой, крича от боли.
Спаситель с улыбкой посмотрел на Марину, а затем на прижавшуюся к стене молодёжь: — Ну что ж вы встали? Самое время вызывать полицию. Жмите уже кнопку.
— Это вы! — Марина узнала охранника из офиса Виктора.
На шум спускался Дима. В его руке был топорик для рубки мяса. Впрочем, хозяин кафе быстро оценил, что этот инструмент уже не понадобится.
Поблагодарил Василия, и вместе они передали хулигана полиции. Охранник уехал в отдел вместе с дебоширом, но довольно быстро вернулся и улыбнулся Марине, словно старой знакомой.
— Кажется, мой кофе остыл. Не сделаете новый?
— Для вас бесплатно! — повернулся к нему Дмитрий. — И вообще, не хотите у нас поработать в ночь? Хотя бы в выходные, когда такие компании приходят.
— А почему нет? — улыбнулся Вася. — Работа вроде непыльная, а деньги не лишние.
Дима ушёл наверх, а Марина до утра просидела с Василием за разговорами.
Оказалось, он был человеком с непростой судьбой. В юности Василий мечтал стать военным. Отслужил в армии, остался, потом отучился в военном вузе, хотел стать офицером. Получил отличную квартиру, отслужив двадцать лет, но потом случилось ЧП на полигоне. На учениях один из новобранцев случайно схватил боевую гранату и не придумал ничего лучше — а может, просто растерялся — в итоге кинул её в сослуживцев.
К счастью, никто не погиб, но были травмы. Начальство обвинило во всём Василия. Его отдали под трибунал, затем отправили в военную дисциплинарную часть. Отбыв наказание, он уволился со службы и устроился охранником.
— А как же семья, дети? — поинтересовалась Марина.
— Никого. Я вообще детдомовский, — вздохнул Василий. — Так всю жизнь и промотался по казённым квартирам, а свою не обустроил. Живу как в казарме — только всё самое необходимое. Хотя квартира неплохая, двухкомнатная. Несмотря на то, что я одинокий, командир пожалел и выделил, сказав, что это на будущее.
— Ну и как она, гражданская жизнь?
— Сложно привыкать не вскакивать по команде «подъём», — рассмеялся Вася. — Да нормально. Скучновато, правда. Всё время приходится придумывать, чем бы заняться.
— А вы здесь давно?
— Я вроде как завсегдатай, но вот только по ночам редко сижу.
— А я как раз вечернюю смену. Вот как от мужа ушла, так и работаю. Но ещё днём в магазине товары выкладываю. Трудновато, правда, совмещать. Бывает, что падаю от усталости.
— Конечно, тяжело. А вам прямо сильно деньги нужны?
— Виктор вообще ничего не платит и даже не собирается. Дочку обозвал приёмышем, когда в последний раз ругались.
— Да и не нужен вам такой муж, — сердито сказал Вася. — Виктор вообще в разнос пошёл. Такое в офисе творит! Деньги потратил, секретаршу директора из-за него уволили, да ещё и пьёт, не просыхая.
Марина лишь вздохнула. Разговаривать про бывшего мужа не хотелось, но зато у них с Василием нашлось немало других тем для разговоров в их долгие ночные смены. Охранник добросовестно сторожил самое ценное — её. А в отсутствие посетителей они разгадывали кроссворды, обсуждали кино и книги. С бывшим мужем Марина на такие темы даже не заикалась. С Василием они были словно настоящие родственные души.
Вскоре их романтическую привязанность заметили Алёна и Дмитрий. Тётя Самира же тайком на кухне подкладывала Васе лучшие куски. А Вика с Ксюшей висли на большом и добром мужчине, словно он был новогодней ёлкой.
***
Ещё через месяц Марина официально развелась, получив половину квартиры, как и полагалось ей по закону. А вот денег на совместных счетах семьи уже не было. Виктор недаром так старательно кутил последние месяцы — в итоге умудрился спустить всё. Даже в суд явился едва протрезвевший, с пятидневной щетиной и багровым лицом. Все в зале смотрели на него брезгливо, но Вите было всё равно.
А его мать в коридоре после вынесения решения напала на Марину с претензиями: — Ты только посмотри, до чего моего сына довела!
— Оксана Ивановна, ваш сынок прекрасно сам с этим справляется. Загонять себя в могилу. Вот взяли бы и повлияли на него.
— Витя сказал, у него из-за тебя проблемы на работе!
— У вашего сына проблемы только по одной причине возникают — он штаны на месте держать не умеет. Он, кажется, секретаршу шефа даже обрюхатил. Вы же хотели себе внуков родных. Вот радуйтесь — скоро принесут вам понянчиться.
— Как это с секретаршей? Да она же… — завопила Оксана Ивановна. — Лет двадцать всего! Нет, мне такая невестка и даром не нужна. Слушай, может, ты вернёшься?
— Спасибо, воздержусь. Вы давайте как-нибудь теперь без меня своего драгоценного сына пристраивайте. Мне не до него вообще.
— Конечно! Половину квартиры отсудила! — застонала свекровь, словно ей вонзили иголку под ноготь. — Да ещё и на девчонку алименты потребовала! Я тебе ничего не должен!
— Значит, будет приставам должен. Поймите уже наконец — мне правда всё равно, но свои обязанности ваш сын, как мужчина, по закону всё равно должен выполнить.
Тут подошёл Василий, который приехал её встречать сразу после заседания, обнял её своей могучей рукой и повёл к выходу. Бывшая свекровь молча сверлила их спины тяжёлым взглядом.
В жизни Марины намечались новые перемены. Она решила уволиться наконец из магазина и не мучить себя переработками. Начальство отнеслось к этому с пониманием.
Но вот Люся высказалась в своём стиле: — Что, сбегаешь? Видеть меня невыносимо? Как устроилась в это кафе, больше к себе меня не приглашаешь!
— Да было б куда! У нас на двоих с дочкой одна небольшая комната.
— Нет, я же вижу — брезгаешь теперь мной. Конец дружбе. Думаешь, начну дочери правду рассказывать?
— Люсь, прекрати, на нас уже покупатели смотрят. Ну, бывает такое, что люди перестают общаться.
— Всегда знала, что ты такая двуличная!
Подруга едва не опрокинула стеллаж. Марина, развернувшись, вышла. Говорить им, похоже, было не о чем.
После увольнения она всю себя отдавала кафе, старалась работать как можно лучше. И вскоре у заведения уже появилось приличное количество постоянных гостей. А Алёна с Димой задумались о расширении.
— Ребята, мы хотим открыть новое заведение, — сказал Дмитрий. — А вам предлагаем долю от прибыли и статус владельцев. Вы же всё равно жениться собираетесь, хоть и молчите пока. Видимо, боитесь, что сглазим.
— С моим бывшим мужем вообще лучше следовать поговорке, что счастье любит тишину, — грустно сказала Марина.
— А где это кафе будет?
— Возле бизнес-центра. Там проходимость хорошая.
— Да, точно, я же там живу, — кивнул Вася. — Кстати, Марин, повод съехаться. А детскую для Ксюши я уже почти закончил. Только мебель надо докупить. Но тут, наверное, сама выберешь.
— Марин, найдёшь повара и официантов. Никаких больше ночных смен. Будешь работать как управляющая, — сказала Алёна. — Давно уже заслужила и доказала, что способна на большее.
— Господи, ущипните меня! Я, кажется, сплю! — прошептала Марина.
Василий же привлёк её к себе и крепко обнял. Он был уверен в том, что они справятся с любыми проблемами, и был готов на всё ради своих девчонок.
***
Через две недели помещение под кафе было арендовано, а Марина и Василий отпраздновали свадьбу. Именно их торжество стало первым в новом заведении. Алёна своими руками сделала роскошный торт. Но вот шампанское на свадьбе Василий в руки жене не давал — помнил её выступление в офисе.
В танцевальном же кружке, где занимались девчонки, вовсю шла постановка номера. Их пригласили выступить на день города. Так что Марина теперь каждый день слушала рассказы дочки про пайетки, чешки и ткани и работала, чтобы обеспечить ей пошив того самого наряда мечты.
Выступление девочек родители смотрели с замиранием сердца. Ксюша и Вика оказались солистками — хореограф отметил их таланты. Танец удался на славу. Их даже попросили исполнить его на бис, а удачный номер показали по местному телевидению.
Марина не могла этого видеть, но в этот день в больничной палате лежала и смотрела на экран Люся. По её щекам потоком лились слёзы. Она, не отрываясь, вглядывалась в лицо дочери. А когда трансляция закончилась, Люся закрыла лицо руками и сидела так, пока поток слёз не иссяк. Взяла в руки телефон и написала: «Поздравляю с выступлением. Передай ей мои поздравления». Отправила сообщение и снова зарыдала.
***
Марина уже с неделю работала в новом кафе, когда случилась та самая встреча. В заведение вошёл её бывший муж, неожиданно трезвый, гладко выбритый, даже в чистой одежде. Марина за него порадовалась, решив, что он взялся за ум.
А тот вдруг выложил на стойку пачку денег: — Вот алименты на Ксюшу.
— Это с чего вдруг? Осознал, что ли?
— Видел её выступление, — вздохнул бывший муж. — Гордость такая взяла, не представляешь даже. Девчонка-то и правда талантлива. А друг мне рассказал, что костюмы там дорогие, поездки ещё всякие. Вот и подумал — ну что я, не отец? Так что бери, пригодится.
— Даже не думала, что всё так получится. Спасибо. Как-то неожиданно, правда. Но Ксюша будет рада. Ей как раз в Казань на выступление ехать.
— Отлично, — ответил он и вышел из кафе, не прощаясь.
А у Марины отчего-то защемило сердце.
Эпилог
Через два месяца Виктор погиб. Пьяный разбился при падении с высоты. А новая любовница просто сбежала.
У свекрови, разумеется, снова во всём была виновата Марина. И в праве на пенсию по потере кормильца для Ксюши, и в том, что девочка стала наследницей приёмного отца. Марина часами слушала обвинения в корысти и желании нажиться на гибели несчастного сына.
Однажды даже терпеливая Алёна не выдержала: — Да что ты её слушаешь? Заблокируй! Это чокнутая бабка жизни тебе не даёт. Всё время висит на телефоне, даже по ночам звонит. Пусть ею дочь занимается. Ты ведь ей не родственница. Почему должна слушать эту болтовню?
— Да жалко её как-то. Она ведь сына потеряла. Вот и несёт от горя всякую чушь. А кому ещё и высказаться? Думаешь, дочери интересно по десятому кругу? У неё карьера, муж, своя жизнь. Оксана Ивановна никак не вписывается со своим горем.
— Слушай, ты святая или чокнутая? Я бы уже давно всё это прекратила. Нельзя быть хорошей для всех. Ты всё равно никому ничего не докажешь.
— Дам я ей ещё немного времени. Может, придёт в себя.
Алёна лишь покачала головой.
Но спустя время, выговорившись, свекровь переписала свою долю наследства сына на приёмную внучку. Делить им, в принципе, было нечего. Марина же разрешила Оксане Ивановне приходить в гости и жить в их старой квартире.
К тому времени она уже была беременна. И для этого ребёнка Оксана Ивановна увлечённо вязала первые пинетки, показывая Ксюше, как правильно работать крючком и спицами.
А Марина смотрела на них, и слёзы счастья сами текли по щекам.
Читать еще один рассказ: От боли к счастью: история женщины-ветеринара.
