Глава 3. Встреча с пепелищем Шесть часов за рулем кроссовера вымотали спину до состояния тупой, ноющей боли. Пейзаж за окном плавно деградировал пропорционально удалению от столицы: глянцевые многоуровневые развязки сменились разбитой двухполосной трассой
Глава 2. Иллюзия Две недели слились в один непрерывный, серый отрезок времени, лишенный смены суток и смысла. Вера сидела на нераспакованной картонной коробке с надписью «Кухня/Хрупкое», бессмысленно глядя в стену.
Всё закрутилось настолько быстро, что Алина даже опомниться не успела. Просто вдруг поняла, что они с Лёшкой подали заявление в ЗАГС и ехали на стареньком «Логане» в гости к его родителям. Она расслабилась. Ну чего паниковать?
— Ну что, хозяюшка, принимай комиссию. Красишь? Ну крась, крась. Только слой потоньше размазывай. Краска нынче — как жидкое золото, а ты льешь, будто у нас тут реставрация Эрмитажа, а не гнилой штакетник.
Декабрь в этом году выдался капризным, словно стареющая примадонна: то рыдал ледяными дождями, превращая город в серую акварель, то вдруг сковывал лужи хрустким зеркалом и рассыпал по веткам сахарную пудру инея.
Нотариус перевернул страницу. — Вы уверены, что хотите отказаться? — Очки в тонкой оправе блеснули. — Я не говорила, что отказываюсь. Я сказала, что впервые слышу об этом объекте. Игорь никогда не упоминал недвижимость в области.
В квартире стояла та особенная, ватная тишина, которая поселяется в доме, когда хозяин уходит навсегда. Зеркала, завешенные белыми простынями, напоминали сугробы посреди гостиной. Елена стояла у окна, глядя, как ноябрьский дождь полосует стекло, и чувствовала себя такой же серой и размытой, как этот двор.
