— Значит, всё? Ты уходишь? Алёна смотрела на Максима с недоумением. В её глазах читалось непонимание происходящего. — Сколько раз мы говорили об этом? Сколько можно повторять одно и то же? Максим складывал свои вещи в сумку, не поднимая взгляда. — Стой! Не смей никуда идти! Слышишь меня?
Крушение семьи Василия Андреевича началось после того, как скончалась его жена. Это стало большим горем и для него, и для детей — уже взрослых Виталия и Алины. Поначалу Василий Андреевич смотрел на сына и дочь как на свою надежду и опору.
Анна стояла у окна, наблюдая, как сентябрьский дождь смывает последние краски лета с московских улиц. В отражении стекла она видела свою кухню — идеально чистую, пахнущую свежей выпечкой, с аккуратно расставленными чашками на полках.
