Марина проснулась от звука капающей воды. Кран на кухне снова подтекал — третий раз за месяц. Она посмотрела на часы: половина шестого утра. Через час нужно будить Артёма в школу, а до этого успеть приготовить завтрак, погладить форму и проверить домашнее задание по математике.
— Мам, ну зачем ты привезла столько банок? — Егор стоял посреди кухни, разглядывая батарею трёхлитровых банок с соленьями, которые его мать только что выгрузила из сумок. — У нас холодильник маленький, это всё просто не поместится.
— Только святая вода поможет, — шептала знахарка, — привезите из трёх церквей, я над ней молитву прочту. И денег дайте на свечи особые, без них ритуал не сработает… — Мам, ну сколько можно? — Виктор устало потёр виски.
– Тебе не холодно в этой кофточке? – Валентина Петровна окинула меня оценивающим взглядом, когда я вошла в гостиную. – У нас в семье женщины одеваются поскромнее. Я машинально одёрнула совершенно обычную блузку и села на край дивана.
Когда Алексей проснулся в больнице, первое, что он заметил — это движение губ медсестры. Она что-то говорила, улыбалась, но звука не было. Совсем. Будто кто-то выключил звук у телевизора, оставив только картинку.
— Папа, ну пожалуйста, — умоляла Лена по телефону, — мне правда очень нужна твоя помощь. У Максима температура под сорок держится третий день, а денег на лекарства нет совсем. — Леночка, дорогая, — голос отца звучал устало и отстраненно, — ты же знаешь, как я к тебе отношусь.
— Мам, а почему у папы есть ключ от твоей комнаты? Вера замерла с чашкой кофе на полпути ко рту. Дочь стояла в дверях кухни, держа в руках связку ключей. — Какой ключ? О чём ты, Настя? — Вот этот, — девушка указала на небольшой латунный ключик. — Я случайно уронила папины ключи, когда брала […
