— Недвижимость записана поровну на меня и ребят. Виктор позаботился обо всём задолго до нашего расставания. Неужели не знала об этом? — Это ложь! — вскрикнула молодая женщина. — Какой смысл мне обманывать, если любой юрист может это подтвердить?
— Ты даже не подумал со мной посоветоваться? — голос Алины дрожал, но не от крика — от того, что сдерживала его. — Просто пошёл и оформил на себя. Как будто я тут ни при чём вообще. — Алин, ты чего начинаешь? — Денис стоял у кухонного стола, держал чашку чая двумя руками. — Я […
Юлия приплелась домой без ног — устала, как собака. Опять пришлось подежурить на работе подольше, а дома ждал Антон, настроенный говорить про ребёнка. Уже который месяц он приставал с этой темой. — Ну сколько можно тянуть, — проговорил муж, не поднимая глаз от тарелки.
Марина, сидя на кухне, посматривала на часы. Уже полдень, а она так и не собралась. Волосы растрёпанные, халат застиранный, да и сама вся какая-то помятая. Дочка малая в своей кроватке посапывала, а после болезни всё никак не поправлялась.
Павел сидел на работе и подкашливал. Работа-то работой, а тут разворот такой. Потряс полный! Шестнадцать лет — и всё под откос. Работёнка его не радовала, просто отсиживал. Раньше, бывало, работал — пахал как работяга, а теперь — так, помаленьку.
— Мам, я есть хочу! — Вика просунула растрёпанную голову в спальню. — Иду, солнышко. На кухне пахло утром и надеждой. Марина машинально готовила завтрак, а в голове крутились цифры. Всегда крутились — такая уж работа.
Марина смотрела на недостроенный второй этаж. Серые блоки, арматура, торчащая из бетона, брезент вместо крыши. Четыре года назад они с Вадимом выбирали этот участок — тихое место в пригороде, березы по краю, речка в получасе ходьбы.
