Крики разносились по всему торговому центру, заставляя покупателей оборачиваться:
— Вот она, хищница! Моего мальчика решила обобрать до нитки! — громко выкрикивала Валентина Андреевна. — Еще и чужих детей ему на шею вешает. Только моих денег ей и надо!
— Валентина Андреевна, прошу вас, угомонитесь. Иначе придется вызвать охрану, — спокойно обратилась к неухоженной пожилой даме Алина. — Никаких чужих детей не существует. И денежных накоплений у вас никогда не имелось.
— Чтоб ты сгинула! — выкрикнула в ответ ее практически бывшая свекровь, демонстративно сплюнула в сторону Алины и растворилась среди покупателей.
За Романа Алина вышла замуж пять лет назад. Состоявшийся, зрелый мужчина владел в городе крупной торговой сетью. Долгие годы жил в мегаполисе, затем вернулся в родные края.
Супруг рассказывал, что юность прошла именно здесь, поэтому решил развивать дело на малой родине. Плюс его мать, Валентина Андреевна, категорически отказывалась покидать насиженное место.
Для матери Роман был единственным и очень долгожданным ребенком. Родила она его в тридцать семь лет от случайного приезжего ухажера. Берегла сына как зеницу ока.
Роман материнские надежды оправдал — стал преуспевающим предпринимателем. Только вот дам рядом с ним Валентина Андреевна не выносила.
Алину возненавидела с первого взгляда. Роман вообще долго откладывал знакомство невесты с матерью.
Они уже съехались. А к матери он по-прежнему наведывался ежедневно в одиночестве. Знала бы Алина тогда, чем обернется эта встреча, никогда бы не настаивала.
Их союз с Романом напоминал сказку про Золушку. Алина трудилась в центральной городской библиотеке, а Роман финансировал один из культурных проектов.
Они встретились, разговорились, поделились впечатлениями о творчестве современных авторов, а затем Роман, владелец торговой империи, начал приходить к ней за литературой.
Их литературные предпочтения совпадали. Алина даже первой прочитывала отобранные для Романа произведения, а после обсуждала с ним прочитанное.
Роман умел красиво ухаживать. И Алина тоже не смогла устоять — он достал билеты на закрытую выставку, когда их уже нигде нельзя было найти. Свозил на книжную выставку в столицу, накупил редких изданий, а она смогла встретиться с любимыми писателями.
Словом, эту крепость Роман покорял по всем канонам, с красивыми жестами и романтикой. Алина — воспитанница детского дома, выпускница библиотечного института, богатого опыта романтических отношений не имела.
Одевалась без претензий, но обладала утонченными чертами лица и стройной фигурой. В ее лице Роман обрел настоящее сокровище.
— Алин, давай оформим отношения? — однажды предложил он. — Очевидно же, что мы созданы друг для друга!
— Без встречи с твоей матерью ничего не выйдет, — настаивала Алина. — Ладно, у меня нет родных. Но твоя мама здесь, совсем рядом живет. Разве меня стыдно ей представить?
— Дело не в этом, — отвечал Роман. — Мать — человек в возрасте, со сложным характером. К чему нам ее беспокоить и огорчать?
— Чем огорчать, свадьбой? — изумилась Алина. — Ты что, планируешь обойтись без нее?
— Нет, — выдохнул Роман. — На торжество придется пригласить, она мне этого не простит. Но зачем тебе предварительное знакомство?
— Ну, так принято, — смущенно проговорила Алина. — Что у тебя там за секреты?
Спустя неделю Роман предупредил, что на ужин заглянет его мать, Валентина Андреевна. Алина кинулась готовить свой коронный пирог. Но вечер превзошел все ее представления.
Мать Романа оказалась не просто немолодой — очень пожилой на взгляд двадцатитрехлетней девушки. Разумеется, женщине уже стукнуло семьдесят пять.
Одета Валентина Андреевна была в теплую юбку в пол, шерстяную кофту и мягкие тапочки на меху. Внешне выглядела вполне миловидной старушкой в очках.
Но слова она произносила совершенно не соответствующие облику.
— Кого опять в дом притащил, Ромка? — набросилась женщина на сына. — У этой на физиономии все написано, вижу — ветреная она, ни одного мужчины не пропустит!
— Мам, это Алина, — представил любимую Роман. — Очень порядочная, скромная девушка.
— И имя какое-то неподходящее, у твоих родителей что, фантазии не хватило для дочери имя подобрать? — рявкнула на Алину Валентина Андреевна. — Ну-ка отвечай, что тебе надо от моего сына?
— Мам, мы собираемся пожениться, — терпеливо, словно малому ребенку, объяснил Роман. — Вот, решили тебя в известность поставить.
— Ааа! Ну все понятно, молодую супругу в дом, а меня вон? — завопила Валентина Андреевна. — Решили оставить на старости лет без крыши над головой?
Ой, что творится, родной сын со света сживает, а всем наплевать!
— Мам, да что ты такое говоришь, никто тебя не выгоняет. Алина хорошая, меня любит. Внуков тебе подарит.
— А сколько их? — оживилась старушка.
— Кого, мам?
— Так внуков сколько? Ты говоришь, дети незаконные у нее имеются. Сколько? Я же говорю, легкомысленная, ты погляди, успела народить. А такая молоденькая.
Вечер знакомства для Алины превратился в сплошное недоразумение.
Валентина Андреевна любую фразу интерпретировала по-своему. Когда Роман отвез мать домой и вернулся, Алина как раз накрывала остывший пирог салфеткой, чтобы не засох. За стол в тот вечер так никто и не сел.
— Ну что, довольна? — раздраженно бросил девушке Роман. — Встретилась с будущей свекровью? Какие впечатления?
— Рома, ну как… я все понимаю. Но такого точно не ожидала.
— Не называй меня этим уменьшительным именем. Мать терпеть не может, когда кто-то меня так зовет. Только Роман и никак иначе.
— Хорошо. Слушай, может, ей к специалистам обратиться? Должны же существовать какие-то препараты, улучшающие ее состояние?
— Да не дается мать докторам. И вообще, она всю жизнь такая, просто с годами это усугубилось. Что, уже передумала за меня выходить при такой генетике?
Но Алина не передумала. Через три месяца они расписались. Алина продолжала трудиться в библиотеке, Роман занимался делами.
Свекровь торжество проигнорировала. Как посчитала Алина — к лучшему. Неизвестно, какое представление было заготовлено у Валентины Андреевны к этому празднику.
Свои способности свекровь ей совсем скоро продемонстрировала во всей красе — заявившись к невестке на работу.
— Где эта распутница? — раздавался крик от входа в библиотеку. — Пусть оставит в покое моего сына! Нам такие не нужны!
Вишь ты, на богатство мое позарилась. Нечего тут облизываться на чужое добро. Ромочка мамочку обожает, а не этих особ…
По спине побежали мурашки. Алина бросилась в холл. А там уже собралась толпа.
В центре внимания была ее свекровь, Валентина Андреевна, почему-то с плетеной сумкой и в летней шляпке и босоножках глубокой осенью.
— Вы ко мне? Пойдемте, чаем угощу, — попыталась разрядить обстановку Алина и приобняла свекровь за плечи.
— Не прикасайся ко мне! Сын рассказывал, какие ты хвори себе нажила по молодости. Не хочу такой заразы! — завопила Валентина Андреевна. — Люди добрые, ведь она у сына моего требует, чтобы мать родную он из дома выставил!
Вот, хожу в чем есть. Двое суток крошки во рту не было. Морят они меня голодом!
Алина, пунцовая от стыда, дрожащими пальцами набрала номер Романа. Тот примчался быстро и мать увез.
Но коллектив после того инцидента к ней заметно охладел. А через месяц директор сообщила, что Алинину ставку сокращают, а ее увольняют.
Дома молодая женщина, не скрывая досады, высказала все супругу:
— Ну спасибо твоей матушке! Теперь меня иначе, чем носительницу неведомой хвори, и не воспринимают. Позор-то какой!
И как я теперь? Любимой работы нет. Да я уверена, ни в одну библиотеку меня не примут после этого.
— Я тебе собственную открою, персонально твою, — утешал супругу Роман. — Хочешь?
— Твоя мать и туда заявится, чтобы все разрушить, — устало ответила Алина. — Можно мне побыть одной?
С этого дня Алина стала домохозяйкой. И тут выявилось то, что она раньше не замечала.
Свекровь появлялась в их доме ежедневно. В первый раз, встретив ее на кухне, девушка удивилась. Во второй — возмутилась.
— Валентина Андреевна, вы бы хоть предупреждали, — попросила она. — Появляетесь внезапно, пугаете.
— А что, из библиотеки выгнали-таки тебя? — вполне здравым голосом вместо приветствия ответила ее свекровь. — Не понравились им мои слова? Запомнились?
— Да уж, настолько, что меня уволили, — сердито ответила Алина.
— А это еще только начало. Что, думаешь, ты первая? Третья ты супруга у него, и всех я отвадила, — похвасталась свекровь. — Это вас может быть множество. А мама у сыночка моего единственная.
Ты, наверное, рассчитываешь, что мужа состоятельного заполучила и сама с этого что-то хочешь поиметь? Так вот, ничего не получишь.
Бизнес сына и имущество — все на меня оформлено. Не станет мамы — он унаследует. А пока все я контролирую, крепко так. И не пикнет Ромка против матери.
— Вы нарочно все это делаете? — ахнула Алина. — Ну конечно, как же я сразу не поняла!
— Вот сейчас позвоню, скажу Роме, что ты старушку беспомощную из дома выставила — он и поверит. Тебе не скажет, не таков он, мой сын, но запомнит это. А вода камень точит!
Алина лишь вздохнула. Она поняла, что счастья ей в этом доме не видать. Но продержалась еще пять лет.
За эти годы Валентина Андреевна успела обвинить ее и в попытке отравления, и в том, что та ее с лестницы столкнула.
Но последней каплей стал момент, когда свекровь набросилась на Алину с кулаками. Случилось это на юбилее мужа — Роман праздновал сорокалетие.
Пока Алина произносила тост в его честь, желала гармонии и спокойствия в семье, Валентина Андреевна смотрела на нее с неприкрытой злобой.
А после подскочила и вцепилась невестке в волосы, порвала наряд, разметала украшения.
— Мой это сынок, и только мой! — кричала женщина. — Не получишь ты его, как ни старайся! И нечего тут мутить воду! Спокойствия ей надо в семье… Не будет тебе покоя, пока я жива!
— Да забирайте его себе, — вдруг устало произнесла Алина. — С днем рождения, Роман. Будь счастлив.
Она развернулась и покинула зал. Муж предсказуемо остался утешать мать. За Алиной он не последовал.
А она собрала свои вещи и переехала в квартиру, которую получила после детского дома.
На следующий день Алина подала на развод. От мужа она ничего не требовала. Уговаривать Алину остаться с ним Роман не стал.
Свекровь продолжала выкидывать фортели — ее уже воспринимали как местную чудачку.
Доверие партнеров и знакомых к Роману постепенно таяло. После очередной встречи со свекровью в торговом центре Алина была уверена — совсем скоро тот потеряет последние остатки уважения окружающих.
Но теперь ей было на это абсолютно все равно.
