Дарья стояла на перроне в ожидании электрички. После почти двух месяцев пребывания в больнице свежий воздух казался по-особенному прозрачным и прекрасным. Она глубоко вдохнула запах осенних листьев и тёмного, почти предзимнего неба, но тут же сильно закашлялась.
— Боже, скорей бы уже выздороветь окончательно, — невольно вырвалось у неё.
Даша поправила повязанный на тонкую нежную шею тёплый шерстяной шарф. Одновременно с этим вдалеке раздался громкий сигнал электропоезда, возвещающий о приближении состава к станции.
Несколько минут спустя молодая женщина уже сидела в вагоне, наблюдая за проносящимися мимо осенними октябрьскими пейзажами. Она ехала на дачу к свекрови, где планировала остаться ещё на пару недель до долгожданного выздоровления.
Три дня назад Даша вернулась из больницы домой после длительного лечения пневмонии, полученной в результате сильного переохлаждения. И причиной тому стал её героический, но опрометчивый поступок.
Гуляя по набережной городского пруда в один из выходных, Даша случайно заметила в воде тонущего мальчика. Парнишке было около семи лет, и он отчаянно бил по водной глади маленькими ручонками. Ребёнок захлёбывался, пытался просить о помощи, однако, похоже, совсем не умел плавать. Всего через несколько секунд он резко ушёл под воду.
С другого берега раздавались испуганные крики остальных детей — видимо, друзей этого бедного мальчика.
Даша быстро огляделась по сторонам. Помощи просить было не у кого — в парке в это время почти не было людей. Понимая, что нельзя терять ни секунды, молодая женщина быстро скинула обувь и верхнюю одежду, после чего прыгнула в воду.
Холод пронзил её тело, словно тысяча ледяных игл. Даша не ожидала, что вода окажется настолько студёной, и сама чуть не задохнулась от шока. Но осознание того, что где-то рядом может погибнуть ребёнок, придавало сил.
Превозмогая боль и онемение, Даша открыла глаза под водой и поплыла в том направлении, где в последний раз видела мальчика. Вода была мутной, но, к счастью, ей удалось отыскать несчастного малыша — ярко-зелёная курточка отчётливо выделялась на фоне ила и водорослей.
Схватив парнишку за воротник, Даша изо всех сил потянула его наверх. Добравшись до берега, она вытащила ребёнка на каменистую землю и сразу же принялась проверять пульс и дыхание. Оказав первую помощь, женщина с облегчением выдохнула, когда тот, выплюнув изрядное количество воды, наконец задышал.
Скорая приехала быстро, забрав в больницу обоих.
О дальнейшей судьбе ребёнка Даше узнать не довелось. У неё самой стремительно поднялась температура, и врачам потребовалось перевести её в интенсивную терапию с круглосуточным наблюдением. Почти неделю она провела в горячечном бреду — настолько сильным оказалось влияние ледяной воды на хрупкий организм.
Последствия переохлаждения были серьёзными. Дарья потеряла голос, и последующие несколько недель проходила специальную терапию. Однако даже она не смогла до конца вернуть способность нормально разговаривать.
В итоге пришлось продлить больничный и, по совету мужа, отправиться в загородный дом к свекрови. Ксения Николаевна собиралась провести для невестки особую природную терапию, основанную на отварах целебных трав и специальном восстанавливающем голос чае.
— Как же здорово, что ты приехала ко мне! — суетливо крутилась вокруг свекровь, помогая снять пальто. — Я уж тебя быстро на ноги поставлю, можешь не сомневаться. Сейчас первым делом супчика горяченького поешь с дороги, а потом я для тебя особый отвар приготовлю на морошке и клюкве — он поможет укрепить связки.
— Спасибо, — благодарно просипела Даша. — Честно говоря, так уже надоело в больнице валяться. Хочется обратно на работу, к ребятам своим. Очень переживаю, как они там без меня.
Даша работала учителем младших классов в обычной городской школе и очень любила свою работу и учеников. Болезнь надолго выбила её из колеи, и она не переставала испытывать тревогу за своих подопечных. Конечно, пока её не было, им назначили нового учителя, но дети привыкли к ней, и неизвестно, как они воспринимают нового преподавателя.
— Да не переживай ты так, — пыталась успокоить её свекровь. — Детишки тебя любят. Никто про тебя не забудет. Подождут, пока поправишься.
Ксения Николаевна на мгновение замолчала, а затем с грустью посмотрела в окно:
— Эх, жалко только, что у вас с Тимофеем никто не родился…
Даша ощутила, как к щекам прилил жар. Ей было неловко беседовать на эту тему со свекровью. Однако обе женщины прекрасно знали, что Даша не может родить не по своей вине.
Год назад, когда супруги всерьёз задумались о детях, они нашли хорошую серьёзную клинику, где прошли всестороннее обследование. К огромному удивлению пары, у Даши оказалось всё в порядке. А вот у Тимофея…
— К сожалению, ваш муж бесплоден, не сможет иметь детей, — сообщил супругам доктор. — Ну, не спешите расстраиваться. Сейчас много способов родить здорового ребёнка даже при таких сложных условиях. Например, можно попробовать ЭКО при участии донорского материала, а можно усыновить ребёнка — младенца из дома малютки.
— Что?! — вспылил тогда супруг. — Вы вообще в своём уме?! Предлагаете моей жене родить от чужого мужика? Я не допущу этого никогда!
В тот день они возвращались крайне расстроенными. Тимофей всю дорогу молчал, а Даша по какой-то совершенно непонятной ей причине чувствовала себя виноватой.
— Тим, ну, может, правда, возьмём малыша из детдома? — робко спросила она. — Многие так делают — и ничего. Живут потом обычными семьями, а некоторые дети даже не догадываются, что они приёмные. И мы можем так поступить. Подберём похожего на нас малыша, и у нас будет семья. Он будет для нас родным.
В ответ на это муж лишь презрительно фыркнул:
— Вот ещё чего не хватало — сироту воспитывать! Да мало ли какая у него генетика? Ты же знаешь, что в приют сдают детей в первую очередь алкоголики и прочий сброд. Нет, мне такого счастья, даже если приплатят, не надо.
Даша отвела взгляд, пытаясь сдержать слёзы. Тимофей вдруг как-то подозрительно посмотрел на неё:
— И вообще, мне кажется, этот доктор какой-то шарлатан. Специально навязывает нам это платное ЭКО, да ещё и с донором. Это, вообще-то, огромные деньжищи. Наверняка он сам, и вся их клиника сидят на приличном проценте с этого.
Даша не стала переубеждать мужа — ведь это означало бы признать его несостоятельность как мужчины, а ей совершенно не хотелось этого. Она любила его и действительно хотела полной семьи. Но Тимофей был категорически против.
Сейчас Даша многозначительно посмотрела на свекровь, а та понимающе кивнула. Ксения Николаевна была в курсе проблемы и тоже не понимала сына, наотрез отказывающегося подарить жене радость материнства, пускай даже путём усыновления.
— Прости меня, милая, — смахивая слезу, проговорила Ксения Николаевна. — Не хотела я на больное давить. Пойдём лучше поужинаем.
Даша кивнула и, достав из сумочки таблетки, которые ей прописали при выписке, пошла за свекровью на кухню.
Следующим утром Даша собралась осмотреть участок. Ксения Николаевна уехала на фермерский рынок в соседнюю деревню, и появилась возможность изучить усадьбу как следует.
Гуляя по саду, она набрела на небольшой крепкий сарай, где, как помнила, мать мужа раньше держала садовый инвентарь. Войдя туда, Дарья обнаружила не только лопаты и пилы, но и несколько больших картин, прислонённых к стене.
— Надо же! — с любопытством разглядывая полотна, произнесла она. — Интересно, откуда это здесь? Неужели Ксения Николаевна настолько увлекается живописью?
Женщина с улыбкой рассматривала картины. В основном это были масштабные пейзажи местной деревни, выполненные в разные времена года. Высокие церкви с позолоченными куполами и маленькие уютные домики с сидевшими перед ними на крыльце жителями. Всё выглядело очень достоверно и почти живо.
Конечно, это были не супер выдающиеся работы, но было видно — художник писал картины с душой и старался запечатлеть малейшие детали деревенского быта и особую красоту первозданной сельской природы, нетронутой приметами города и больших денег.
— Ух ты! — вдруг воскликнула Дарья, замерев над одной из картин. — А ты как здесь оказался, малыш?
Она осторожно прикоснулась к небольшому портрету, выполненному с особой точностью и любовью. На нём был изображён тот самый мальчик, которого она недавно спасла.
Находка показалась ей просто невероятной. Как могла оказаться в этой глуши картина, главным героем которой стал ребёнок, живущий совершенно точно в городе?
Парнишка на портрете был запечатлён в уютной домашней позе, в пол оборота, глядя при этом на живописца. Позади него виднелся стол с компьютерным монитором. На экране даже была видна часть какой-то стрелялки, что только подтверждало городское происхождение модели.
После спасения загадочного ребёнка к ней в палату никто так и не пришёл. Лишь врач скорой помощи, приехавший в тот день на вызов, навестил её однажды, решив узнать, как дела, и был искренне восхищён её поступком.
— Знаете, если бы не вы, мальчик вряд ли бы выжил, — честно сказал он. — Сердце могло остановиться в любой момент от переохлаждения, от страха. И то, как вы прыгнули за ним, не испугавшись, стоит дорогого. Лично я считаю, за такое вообще стоит давать медаль.
— Да бросьте вы, — прошептала ему в ответ Даша, не в силах ещё много говорить. — Обычный поступок. Просто не смогла пройти мимо. А вообще, что с ним? Как он?
Однако медик лишь пожал плечами и растерянно посмотрел на неё:
— Честно говоря, не в курсе. Мы потом сразу же на следующий вызов поехали, а позже как-то закрутилось и совсем забыл. Ну, надеюсь, что родители забрали ребёнка домой. Во всяком случае, в больнице его больше нет.
Даша вынырнула из воспоминаний, услышав во дворе голос Ксении Николаевны. Та звала её, прося помочь донести купленные на рынке продукты.
— Иду! — крикнула Даша в ответ и бросила последний взгляд на портрет малыша, так внимательно смотревшего на зрителя.
Гадая, откуда в сарае свекрови взялись все эти картины, Даша вышла наружу и заметила на себе вопросительный взгляд хозяйки.
— А что ты там делала? — спросила та.
Даша рассказала о необычной находке.
— А, это! — улыбнувшись, сказала свекровь. — Это мне передал во временное хранение наш местный художник Игнат. Он тут последние года три живёт на болоте, отшельничает, особо с людьми не знается. Однако наша деревня постоянно видит его в окрестностях. То он храм областной рисовать примется, то природу здешнюю. Иногда люди просят у него попозировать, но с этим у нас не очень — не любят деревенские, когда их портреты рисуют. Суеверия боятся.
— А почему он их отдал именно вам? — удивилась Даша.
— Так сказал, мол, негде ему хранить. У него здесь избушка совсем маленькая, да и сыро там, в лесу-то. Вот и попросился у меня в сарае поставить. А что? Места много. Я о них сухость поддерживаю и чистоту. Сначала хотела эту красоту в доме повесить, но Игнат попросил не делать этого. Вроде как он их скоро заберёт. Может, покупатель какой присматривался, не знаю. Но вот с тех пор так и стоят.
Даша была поражена услышанным. Всё звучало крайне интригующе, и она решила навестить этого таинственного живописца. Тем более было интересно узнать, откуда на картине появился мальчик.
— Ксения Николаевна, а как бы найти этого Игната? — спросила она. — Очень хотелось бы пообщаться с ним по поводу его работ.
Свекровь удивлённо посмотрела на неё, но рассказала, как пройти к избушке.
— Только будь очень осторожна, — предупредила она. — Там, неподалёку, болото. Хитро оно спрятано — так-то сразу, на первый взгляд, от простой полянки не отличишь, но один шаг неверно сделаешь — и сгинешь.
Ксения Николаевна с тревогой посмотрела на невестку, а та, поблагодарив, начала собираться.
— А может, ну его, от греха-то подальше? — попыталась отговорить её от опасной затеи свекровь. — Места там глухие, а ты, городская, запросто заблудиться сможешь. Дался тебе этот художник!
— Всё будет нормально, — успокоила её Даша. — Я навигатор в телефоне включу, и он мне правильное направление покажет. А болото обойду.
Ксения Николаевна лишь глубоко вздохнула, поняв, что невестку не остановить. Она бы и сама пошла с ней проводить, да очень устала с дороги. А ещё и спина, на сырую погоду, давала о себе знать.
— Ладно, только ты уж телефон не отключай, — попросила свекровь. — Связь тут плохонькая, но ты мне тогда сообщение отправь, когда до Игната доберёшься, а то на сердце неспокойно как-то.
Даша кивнула и, обняв её на прощание, направилась в лесную чащу.
Дело было днём, и Даша полагала, что времени впереди предостаточно. Единственное, чего она не учла — в глубоком лесу было гораздо темнее. На подходе к дому художника она всё же сбилась с пути.
— Нет, нет, не отключайся, прошу тебя! — молила она свой смартфон, но сотовый сигнал в этих местах был действительно очень слаб.
Мигнув несколько раз, экран окончательно потух. Даша осталась совершенно одна в густом лесу, без карты и какой-либо связи.
— Ещё и батарейка разрядилась, — тяжело вздохнула Даша, лишь в последнюю минуту осознав собственную глупость.
Она забыла зарядить телефон у свекрови, а переносную зарядку попросту не взяла. Между тем вокруг начинало стремительно темнеть, и Даша, боясь, что не успеет дойти, быстро направилась в том направлении, которое указала ей по памяти Ксения Николаевна.
Однако стоило пройти пару десятков метров, как ноги вдруг вступили во что-то мокрое и холодное.
— Не может быть! — только и успела выдохнуть Даша, как тут же почувствовала, что её с невероятной скоростью стало засасывать.
То самое болото, о котором предупреждала свекровь.
— Помогите! — закричала что было сил женщина.
Но от лишней нагрузки на связки голос, и без того слабый, едва начав пробиваться сквозь хрип, сразу же оборвался. Через пару минут она была уже по пояс в воде. Ещё через две трясина поглотила её почти до шеи.
Даша отчаянно тянулась руками вверх, стараясь не шевелиться, но одновременно держать голову над водой. И с каждой секундой это давалось всё труднее.
— Держите! — кто-то резко схватил её за руку, а затем потянул на себя.
Болото не хотело отпускать свою жертву. Слёзы и грязная вода застилали Даше глаза. Она не сразу смогла рассмотреть своего спасителя.
— Хватайтесь за палку! — крикнул мужской голос.
В следующий момент Даша изо всех оставшихся сил уцепилась за длинный сук, протянутый ей незнакомцем.
Несколько минут спустя она приходила в себя, лёжа на твёрдой земле. Над ней склонилось мужественное лицо человека, только что спасшего ей жизнь.
— Как себя чувствуете? Сможете идти? — спросил молодой мужчина.
Даша только отрицательно покачала головой и показала рукой на горло. Из-за лёгкого переохлаждения и стресса она снова потеряла голос. Вдобавок не осталось никаких сил даже просто подняться.
— Понятно. Ну, тогда держитесь, — коротко произнёс незнакомец, а затем подхватил её на руки и понёс куда-то в темноту сгущавшихся сумерек.
— Так вы и есть Игнат? — полушёпотом, полухрипом спросила его изумлённая Даша. — Я вас представляла по-другому.
— Наверное, думали, что похож на старого лохматого лешего, живущего вдали от людей? — усмехнулся тот, после чего прошёл на маленькую уютную кухоньку своего крепкого бревенчатого дома, стоявшего в стороне от болота.
К тому моменту, как гостья более-менее пришла в себя, художник успел выдать ей сухую одежду, в которой она смогла переодеться, а также накинул ей на плечи тёплый флисовый плед. Согрев на маленькой походной плитке чай, Игнат подал ей большую кружку с ароматным напитком.
— Пейте, не бойтесь, — улыбнулся он. — Здесь только сам чай и травки местные. Я сам собирал под руководством нашей знаменитой травницы Ксении Ивановны.
Даша кивнула и, сделав большой глоток, призналась, что это её свекровь.
— Я увидела в сарае ваши картины. Они такие профессиональные — там прямо чувствуется любовь ко всему, — начала издалека Даша.
Художник, посмотрев на неё, печально кивнул:
— Рад, что понравилось. Когда-то я даже неплохо зарабатывал на своём творчестве, сотрудничал с разными известными компаниями и даже делал роспись в одном из храмов в Москве. Мне нравилось в городе, но это было ровно до того момента, как один из коллег по ремеслу подставил меня. Попросил переписать для него несколько известных картин — ну, якобы кому-то в подарок. А как позже выяснилось, он продал мои подделки под видом оригиналов, а затем скинул на меня всю вину и исчез. Сбежал из города.
Даша слушала, широко распахнув глаза.
— В результате я оказался в тюрьме на долгих три года, — продолжал Игнат. — К счастью, удалось выйти по УДО через полтора, но это не отменило того, что ни одна мастерская в городе больше не хочет со мной работать. Моя репутация разрушена, так что единственное, что оставалось — переехать сюда, подальше ото всех.
Даша искренне ему сопереживала. Однако её всё ещё волновал главный вопрос.
— Скажите, а вот на одной из ваших картин я видела мальчика лет восьми. Это кто-то из ваших знакомых? — спросила Даша.
Мужчина сначала посмотрел с невыразимой грустью в глазах, а затем и вовсе опустил взгляд с выражением сильного смущения.
— Нет, — тихо ответил Игнат. — Это Костя, мой сын.
— Что?! — шёпотом переспросила шокированная гостья.
— Да, сын, — произнёс Игнат. — Когда меня посадили, Алла, бывшая жена, сразу подала на развод. Не нужен ей был муж-сиделец, да и она понимала, что мне больше не будут платить, как раньше, так что почти сразу начала искать себе кого-то.
— А какое это имеет отношение к вашему сыну? — не понимала Даша.
— Она считала, что Косте не нужно общаться с отцом-зеком, мол, дурной пример заразителен, и сделала всё, чтобы убедить суд передать ей единоличную опеку. С того момента я больше не могу видеть своего ребёнка. И вряд ли кто-то знает, как это тяжело.
Опустив голову, Игнат ещё раз тяжко вздохнул. Даша тем временем пыталась осознать услышанное.
— То есть вы даже сейчас не в курсе, где он живёт? — схватив его за руку, переспросила Дарья.
— Увы, известно только, что Алла и её новый мужчина живут где-то в городе, — покачал головой Игнат. — Но своё место жительства она тщательно скрывает. Боится, что я могу приехать.
И тут Даша не выдержала и, уже почти теряя голос, рассказала Игнату, как познакомилась с его сыном.
— Возможно, он поскользнулся на ступеньках набережной, когда играл с другими ребятами. Мы особо не успели пообщаться…
Глаза Игната вспыхнули страхом и праведным гневом:
— Да как же она могла допустить такое?! — воскликнул он в сердцах. — Хотя чему удивляться — она и раньше-то не особо следила за ребёнком, но это в голове не укладывается! Как можно оставить сына-второклассника одного у воды?!
Он с благодарностью взглянул на неё и нежно взял за руки:
— Спасибо вам огромное, — срывающимся голосом произнёс мужчина. — Даже представить не могу, что бы произошло, если бы не вы. Костик ведь совершенно не умеет плавать.
Игнат едва мог сдержать слёзы. Даша не знала, что можно ответить на такие слова, но понимала — Игнат любит своего сына больше жизни.
— Послушайте, Даша, — вдруг обратился он. — А могу я предложить вам написать ваш портрет?
— Портрет? — удивлённо переспросила она. — Даже не знаю, как-то неловко.
— Да ерунда, — покачал головой художник и с мольбой посмотрел на неё. — Поверьте, это будет замечательная картина. Вы очень фотогеничны, и возможность вас написать будет тем малым, чем я мог бы отблагодарить.
Даша смущённо улыбнулась, но затем, немного подумав, согласилась. В конце концов, никто и никогда не делал для неё ничего подобного.
Следующим утром Игнат проводил её домой и заверил потерявшую её и перепуганную насмерть Ксению Николаевну, что всё в порядке.
— Она вымокла, так что пришлось оставить на ночь, чтобы обсохла и не простыла ещё больше, — объяснил мужчина. — Но вы не волнуйтесь, всё в рамках приличий. Я спал на кухне, Даше постелил в гостиной. Это гораздо лучше, чем тащить её обратно через лес посреди ночи.
Когда свекровь успокоилась, а Игнат ушёл, Даша, находясь в радостном волнении, рассказала, что этот человек — отец того самого мальчика.
— Да, он хороший и очень честный мужчина, — кивнула Ксения Николаевна.
Однако в её глазах читалась нешуточная тревога.
— Дашенька, тем не менее тебе следует вести себя аккуратнее. А что, если бы Игната не было поблизости? Ты же могла утонуть!
Женщина крепко схватила её за плечи:
— Ты даже представить себе не можешь, как я перепугалась. Ты ведь мне как родная дочка. Я уж не говорю о том, что ты можешь вновь остаться без голоса. Тебе же ещё сколько восстанавливаться!
Даша, глубоко вздохнув, согласилась. Ей тоже было жаль, что она своим безрассудством так расстроила Ксению Николаевну.
Что же до свекрови, она весь прошлый вечер места себе не находила. И, увы, это было связано не только с тем, что не вернулась Даша. Взволнованная её пропажей, Ксения Николаевна позвонила сыну в надежде, что тот попытается до неё дозвониться. Она не знала, что у Даши разрядился телефон, но сердцем чувствовала, что случилось что-то плохое.
Однако, позвонив Тимофею, мать к своему огромному огорчению услышала на заднем фоне смех — женский смех. И хотя она давно подозревала, что сын мог изменять Даше, ничего ей не говорила. Однако это вовсе не значило, что мать собиралась смотреть на это сквозь пальцы.
— Тимош, не стыдно тебе? — с укором спросила она. — Вместо того чтобы о больной жене переживать, ты в городе с чужой девицей развлекаешься? А если ей хуже станет? Или тебя её здоровье вообще не волнует?
— Мам, не начинай, а? — процедил Тимофей. — Я к тебе эту нудную курицу специально отправил, чтобы ты её своими травками подлечила как следует. Думал, хоть немного отдохну, а ты вот звонишь…
В трубке вновь послышался фривольный женский смех, после чего сын грубо закончил разговор:
— Подержи её ещё у себя, а я, как все дела закончу, сам приеду и заберу. Ну всё, давай!
Ксения Николаевна даже возразить ничего не успела. Ей совершенно не нравилась эта история, и она чувствовала себя перед Дашей виноватой. Она решила навестить своего непутёвого сына вместе с невесткой, напомнить ему лишний раз о том, какая помощница и хозяюшка его Даша. «Может, хоть это его вразумит», — в отчаянии подумала его мать.
— Даш, а почему бы нам с тобой на денёк не съездить к Тимоше в город? — предложила свекровь чуть позже. — Я бы с собой вареников захватила, да и всего, что в этом году на нашем участке уродилось. Можно было бы устроить осенний пир. Как тебе идея?
— Почему нет? — согласилась Даша, чей голос начинал понемногу восстанавливаться. — Соскучился там, наверное.
Собрав в несколько корзин лучшие дары с огорода, они отправились в городскую квартиру. Собираясь сделать сюрприз, Даша бесшумно повернула ключ в замке, зная, что в этот день у мужа выходной и он, наверняка, ещё отдыхает.
Вот только когда они прошли в комнату, выяснилось, что Тимофей отдыхал далеко не один.
— Предатель! — вырвался из горла Дарьи отчаянный крик, и корзины, полные домашних снедей и вкусностей, выпали у неё из рук.
Тимофей, соскочив с кровати точно ошпаренный, с ненавистью глянул на мать:
— Ты что наделала?! — заорал он на неё. — Я же просил не беспокоить, просил дождаться меня на даче!
— Сынок, — чуть не плача, вздохнула свекровь и схватилась за сердце.
Она и представить не могла, что её Тимофей обнаглеет до такой степени, что оставит любовницу переночевать.
— Так вы знали?! — обернувшись к ней, спросила Даша.
Голос снова упал до хрипа.
— Знали и молчали?! И позволяли ему и дальше меня обманывать?! Какая же я дура!
Не выдержав потрясения, Даша закрыла лицо руками и горько заплакала.
— Прости, милая, я клянусь, — начала Ксения Николаевна. — Я не знала, что он здесь не один, и в мыслях такого не было!
Она обратила взгляд, полный гнева и презрения, в сторону сына:
— Если бы я только знала, какую подлость ты задумал, отправляя ко мне жену, никогда бы не согласилась тебе помочь!
Даша же, сказав, что с неё хватит, молча собрала сумку с вещами и ушла из квартиры. Свекровь пыталась её остановить, но поняла — всё это бесполезно. Даша теперь не верила и ей, считая, что они с сыном заодно.
— Лучше бы я утонула там, на болоте, чем узнать, что у меня такая семья, — в отчаянии произнесла молодая женщина напоследок и переступила порог квартиры.
На дачу, естественно, Даша возвращаться не собиралась. Вместо этого она позвонила хорошей подруге и попросила приютить её на пару дней.
На следующий день, несмотря на проблемы с голосом, который пока так и не восстановился, Даша пришла в школу и объявила директору, что готова приступить к работе, даже несмотря на не самое лучшее состояние.
— Что ж, рад вас видеть, — довольно проговорил начальник. — Давайте-ка я подумаю, как будет лучше вас поставить в расписание. Не хотелось бы, чтобы в первый день сразу потеряли голос.
Пообещав Даше отправить на электронную почту облегчённое расписание, пожилой директор отпустил её домой.
А уже на следующий день Даша стояла у доски, преподавала второклассникам литературу и русский язык. В тот же день выяснилось, что в классе, который она вела, появился новый ученик. Но Даша даже представить себе не могла, кем окажется этот мальчуган.
— Дарья Викторовна, это вы! — радостно воскликнул мальчик и, нисколько не стесняясь, вскочил со своего места.
Затем бросился к ней и крепко обнял.
— Костя, поверить не могу! Так ты что, теперь учишься в нашей школе?
— Ну да, — не выпуская её из своих объятий, проговорил малыш. — Мама сюда недавно перевела.
Новеньким учеником в её классе оказался никто иной, как тот самый сын Игната. Мало того, Костя тоже узнал свою спасительницу.
— Ой-ой-ой, смотрите, Полонцев в училку влюбился! Эй, Ромео, цветы-то будешь дарить? — рассмеялся главный хулиган класса.
Остальные тут же прыснули со смеху, и всего через мгновение класс заполнился издевательским хохотом и гоготанием.
— Чудик! — кричал кто-то другой. — С первого дня себя ведёшь как чокнутый! Всем рассказываешь, что у тебя фея крёстная. Надо же, полный бред!
— И ничего не бред! — прижимаясь к учительнице, сказал Костя. — Вы же моя фея крёстная, вы меня спасли!
Мальчишка тёр кулачками свои глаза, чтобы Даша не видела, как он плачет.
Мягко отстранившись, она грозно посмотрела на Димку и всю его банду:
— А ну-ка хватит! — постучала она длинной указкой по своему столу. — Что вы тут устроили? Что за травля? Вы хоть можете себе представить, что пережил ваш одноклассник?
Не вдаваясь в подробности, она сказала, что маленький Костя — настоящий герой. Класс притих, и некоторым даже стало стыдно.
Даша предложила им подумать над своим поведением и задала в качестве наказания двойное домашнее задание. Да, и Димке она не забыла вписать в дневник, чтобы родители пришли для разъяснительной беседы.
На перемене она отвела Костю в сторону и стала аккуратно расспрашивать, нравится ли ему в школе и знает ли его мама о проблемах с одноклассниками.
— Да ей всё равно, — грустно отозвался парнишка. — Целыми днями где-то ходит, оставляет меня то на няню, то на соседку, бабу Люду.
— Это как? — Даша с трудом сдержала нервную дрожь. — А твой отчим, он о тебе не заботится?
Мальчик удивлённо на неё посмотрел:
— Отчим? А, — сообразил паренёк. — Это вы про дядю Виталика? Мама с ним давно разошлась. Сказала, он слишком бедный, и нужно искать того, кто зарабатывает больше трёх лямов в месяц, — повторил Костя слова матери.
Даша сидела перед мальчуганом, застыв в немом изумлении. Получалось, Алле было плевать на ребёнка. Она ходила на свидания, устраивала личную жизнь, в то время как Костик, только что переживший тяжёлое потрясение, был вынужден справляться со стрессом самостоятельно.
Даша была возмущена этой ситуацией, поэтому, посмотрев на ребёнка, тихо спросила:
— Слушай, а ты хотел бы встретиться со своим родным папой, Игнатом?
Мальчик на миг даже перестал моргать — настолько он был удивлён.
— А разве это возможно? — тихо спросил он. — Я его очень давно не видел. Мама сказала, он нас больше не любит и не хочет со мной общаться.
Говоря об этом, мальчишка снова опустил голову, и Даша увидела, как по его щекам потекли горючие слёзы.
— Что ты? Это неправда! — наклонилась она к нему. — Папа очень тебя любит, и, я уверена, очень ждёт встречи с тобой.
Пытаясь успокоить расстроенного ребёнка, она пообещала, что организует их встречу. Преисполнившись восторга, мальчишка вновь назвал её феей и пообещал, что станет самым лучшим учеником класса, если действительно они встретятся с папой.
У Даши оставался телефон художника. Вот только после своего переезда в город она так с ним и не созвонилась, но, решив, что сейчас самый подходящий момент, набрала своему знакомому.
Счастье Игната, когда он увидел сына, сложно было описать словами. Он подхватил его на руки и долго кружил, не в силах отпустить ни на секунду.
— Ох, если бы вы только знали, как я вам благодарен, — говорил он чуть позже, когда все трое сидели в кафе на центральной улице.
Костик с воодушевлением уплетал мороженое и восхищёнными глазами смотрел на папу.
— Кажется, вы сделали меня самым счастливым человеком на свете, — улыбаясь Даше, продолжал Игнат. — Не только сына спасли, но и устроили нам встречу.
Не успела она ответить, как в кафе влетела разъярённая, точно фурия, мать Кости.
— Вот ты где! — закричала она, подбегая к столику и с силой вытаскивая своего сына. — Совести нет! Я с ног сбилась, ищу тебя по всему району, а ты ешь мороженое с чужими людьми?!
— Я не с чужими, — обиженно сказал мальчик и с мольбой взглянул на отца. — Меня папа из школы забрал.
Игнат растерялся от такого поведения бывшей жены:
— Алла, побойся Бога! Мы просто разговаривали. Ты же изолировала меня от ребёнка…
Молодая женщина, ухоженная, в дорогом платье и с новеньким маникюром, грозно топнула своей длинной шпилькой:
— Ты должен был исчезнуть из нашей жизни навсегда, зек проклятый! — выкрикнула она ему в лицо. — Забыл, что я оформила запрет приближаться к моему ребёнку? Что, снова на зону захотелось?
Лицо мужчины моментально помрачнело:
— Вообще-то это и мой сын тоже. И ещё мне рассказали, как ты о нём заботишься.
Игнат перевёл взгляд с неё на Дарью, и Алла, заметив учительницу, едко ухмыльнулась:
— Что, получше себе никого найти не смогла? — издевательски протянула она. — Но оно и понятно: серая закомплексованная мышь… к такой только всякие утырки, как мой бывший, липнут.
— Не обзывай папу! — вступился за отца Костя. — Он мне всё рассказал, его подставили! А когда он вышел, ты запретила нам общаться. Это ты его не любишь, а он нас не бросал!
Лицо Кости покраснело, и Даша поняла — у мальчика сейчас случится истерика.
— Посмотрите, что вы сделали со своим сыном! Да вы же калечите его психику! — возмутилась Даша. — Ваш бывший муж прав. Вы чудовищная эгоистка!
Брови Аллы взметнулись под самую линию роста волос:
— Да ну, милый, ты обнаглел! Свою училку на меня натравить вздумал? — повернулась она к мужу. — Слушай сюда. Моли Бога, что у меня на телефоне был установлен маячок на сына, чтобы определить, где он находится. А если бы его не было, я бы тебя уже в международный розыск объявила! В общем, ты больше не увидишь Костю. Никогда!
Мальчик забился в плач и крики. Даша попыталась успокоить его, но Алла грубо её оттолкнула:
— И скажи своей шавке тоже не приближаться к моему ребёнку. Усёк? Я ещё поговорю с её начальством. Такие твари, что детей натравливают против матерей, в школе работать не должны!
— Ты не посмеешь, — проговорил Игнат низким рокочущим голосом. — Ты не посмеешь отнять у меня сына и лишить работы женщину, которая спасла ему жизнь. Ты ведь даже не поблагодарила за это!
Алла смерила их презрительным взглядом:
— А то что ты сделаешь? Ну, ударь меня, давай, не стесняйся! Пусть все видят, что зеки бывшими не бывают, и тогда отправишься за решётку ещё быстрее.
Игнат едва сдерживался. Он чувствовал, что попал в безвыходную ситуацию. Ему хотелось раз и навсегда забрать сына у этой эгоистки, но он прекрасно понимал — сделав это, он лишится не только Кости навсегда, но и шанса начать новую, после тюремных стен, жизнь.
— То, что вы делаете — это провокация, — глядя ей прямо в глаза, произнесла Даша. — И вас можно тоже привлечь к ответственности.
Понимая, что ситуация грозит вот-вот выйти из-под контроля, Алла, схватив плачущего сына за руку, потащила его из кафе. Усадив упиравшегося всеми силами мальчика в машину, она послала им последний, полный надменности, взгляд, после чего, сев на водительское сиденье маленькой красной иномарки, резко дала по газам.
Игнат стоял молча. Он был белый, как простыня. Даша пыталась его поддержать, но мужчина сказал, что хочет побыть один.
— Я перезвоню потом, — пообещал он Даше и быстро вышел из кафе.
В тот же день директору школы поступила жалоба на Дарью — и, естественно, написала её Алла, решившая во что бы то ни стало уничтожить жизнь молодой учительницы любой ценой.
— Вы обязаны реагировать! — кричала она в кабинете директора. — Вы обязаны уволить эту негодяйку! Ей нельзя работать с детьми. Вы только посмотрите, она же довела моего сына до истерики! А у него отец — бывший заключённый — напел этой учительнице сказки в уши!
Наговорив директору массу гадостей, Алла взяла с него обещание, чтобы учитель никогда не пересекалась с её ребёнком.
Стремясь спасти одного из лучших преподавателей от неминуемого увольнения, директор вызвал Дарью в свой кабинет.
— Боюсь, придётся поменять вам смены из-за матери одного ученика, Кости Полонцева, — опустив глаза, произнёс начальник.
Даша поняла, что это месть, и согласилась.
— Хорошо, буду работать с другими учениками. Но, честно говоря, я не жалею о своём поступке, — сказала она.
Ей страшно было обидно, что приходилось бросать любимых учеников и, главное, маленького Костю один на один с неадекватной матерью.
Когда она собиралась выйти из кабинета директора, тот негромко окликнул её:
— Знаете, не следует этого говорить, но Алла Полонцева намекнула, что сыну осталось здесь недолго учиться.
— Что? Как это? — застыла на пороге Дарья.
— Я так понял, она собирается замуж за иностранца и вскоре оформит документы, чтобы вывести ребёнка из страны. Возможно, отцу мальчика стоит знать об этом. Пусть даже он и не сможет уже ничего изменить.
Поблагодарив, Даша сразу набрала Игнату. Он был в шоке и пообещал сделать всё возможное, чтобы не дать увести сына.
В это же время Ксения Николаевна решила помочь Игнату. Ей было искренне жаль, что такие произведения искусства просто пылятся без дела, хотя могли бы радовать кого-то своей красотой.
Сфотографировав полотна, пожилая женщина выложила их на специализированный сайт, посвящённый живописи и народному искусству. Получилась своего рода виртуальная выставка. Ну, не то чтобы свекровь на что-то надеялась, но ей было бы приятно, если бы на работу художника хоть кто-то обратил внимание.
К её изумлению, эффект получился более чем впечатляющий. Всего через несколько дней на неё вышли люди, занимавшиеся поиском уникальных произведений искусства. Они попросили продать им несколько картин для выставки в Санкт-Петербурге и пообещали заплатить за это довольно приличный гонорар.
Обрадовавшись, Ксения Николаевна написала покупателям, чтобы чуть-чуть подождали. И как только те дали добро, она тут же поспешила к Игнату.
К сожалению, Ксения не ожидала, что на дачу в её отсутствие приедет сын. Он хотел поговорить с ней насчёт Даши, разузнать, как та живёт без него, может, скучает и не планирует ли вернуться к нему.
Однако, увидев, что матери нет дома, Тимофей, решив её подождать, отправился прогуляться по участку и по пути случайно забрёл в тот самый сарай. Увидев аккуратно прислонённые к стене картины и с любопытством их изучив, мужчина быстро смекнул, кому из влиятельных знакомых их можно продать.
Посчитав, что автору эти картины не нужны (иначе бы он их давно уже забрал), Тимофей быстренько упаковал их в лежащую рядом мешковину, затем погрузил в багажник внедорожника и уехал обратно в город.
Ксения Николаевна, в тот момент как раз возвращавшаяся из дома отшельника, только и успела разглядеть в клубах пыли удаляющуюся машину сына. Но когда заглянула в сарай, чтобы подготовить полотна к продаже, выяснила, что сын забрал всё.
— Честное слово, даже не думала, что так произойдёт, — чуть позже оправдывалась она перед художником. — Мы же вот-вот разминулись. А Тима-то мой зачем приезжал? Может, помириться хотел? А тут и забрал твои картины… Больше-то некому.
Пожилой травнице было ужасно неловко за случившееся. И дело было даже не в покупателях. Больше всего было стыдно перед автором.
— Вот ведь дура старая, зачем-то решила выставку устроить. Думала, люди потянутся, просмотры пойдут. Ну и вот — сразу вся партия ушла…
— Ну что вы так убиваетесь, — пошутил беззлобный мужчина, но свекровь лишь покачала головой.
— Зря ты так. Я же как лучше хотела. Деньги, кстати, пообещали тебе хорошие, а теперь что? Ай, ни того, ни другого не будет. А я ведь говорила на днях с Дашей. Знаю про твою ситуацию с сыном и надеялась, что на эти деньги ты мог бы адвокатов себе нанять.
Игнат улыбнулся и добродушно погладил её по плечу:
— Да ладно вам так убиваться. Не стоят они того. В конце концов, новые напишу. А пока — ну, правду ж говорят: не жил богато, нечего и начинать.
Игнат угостил её душистым чаем с чабрецом и заверил, что ни в коем случае не держит зла. Да и вообще — что ни делается, всё к лучшему.
Через несколько дней Дарья, возвращаясь со второй смены домой, заметила на обочине дороги маленького щенка со сломанной лапой. Похоже, малыша сбила машина, и вот сейчас он просто лежал рядом с шоссе и жалобно скулил.
— Бедняжка! — всплеснула руками Дарья и, подхватив малыша на руки, поспешила с ним в ближайшую ветеринарную клинику.
Там ему обработали перелом, наложили гипс и, проведя общий осмотр, выяснили, что это девочка. Затем сказали, что пёсик в целом здоров, но потребуется особый уход, так как перелом, пусть и не сильно сложный, имеет риск неправильного срастания кости.
Даша, разумеется, не могла бросить найдёныша, которому даже уже дала имя — Дженни. Но встал вопрос, куда с ним идти. Ведь Даша всё ещё жила у подруги. К тому же муж Ларисы скоро должен был вернуться из командировки, и уж он-то точно не будет рад четвероногому питомцу.
В общем, не оставалось иного выбора, как вернуться на дачу свекрови. Тем более что Ксения Николаевна уже несколько раз уговаривала разместиться пока у неё.
— Ну что ж, принимайте гостей, — со слабой улыбкой произнесла Даша, показывая свекрови маленького пушистого щенка. — Если вы не против, можно, Дженни с нами поживёт? Не смогла её бросить. Она теперь моя маленькая подружка.
Щенок радостно заскулил, ластясь к своей хозяйке. А Ксения Николаевна, глядя на малыша, даже прослезилась от умиления. Она сказала, чтобы жили у неё столько, сколько захотят.
— Между нами ведь ничего не поменялось, милая, — заверила её свекровь. — Хоть мой сын и дурак, но ты мне как была родным человеком, так и останешься до конца моих дней.
Даша поблагодарила и обняла свекровь, но предупредила:
— С Тимофеем я всё равно разведусь. Не обижайтесь, но такой муж-изменщик мне не нужен.
Ксения Николаевна не вправе была её осуждать, к тому же прекрасно понимала вину сына.
Что же до Тимофея, то, украв картины Игната, он тем самым невольно оказал художнику большую услугу. Влиятельные знакомые, которым супруг продал работы отшельника, по достоинству оценили уникальный стиль автора. Они самостоятельно разыскали Игната и предложили ему хорошую работу — роспись загородного особняка. Причём заплатить обещали втрое больше того, сколько стоили его картины по меркам Тимофея.
— Вот видите, Ксения Николаевна, — поделился он хорошей новостью. — Говорил же, что и плохое может обернуться удачей. Главное — с какого ракурса посмотреть.
Вскоре молодого и перспективного художника начали приглашать в различные проекты, в том числе и на телевидении.
Алла же, узнав, что карьера бывшего мужа вдруг резко пошла в гору, решила тоже извлечь из этого свою выгоду. Она хотела распиарить себя за счёт успеха Игната. Мол, это только благодаря ей и её удивительному чувству вкуса и стиля бывший муж смог добиться таких высот.
Но телевизионщики довольно быстро раскусили хитрую пиранью, разузнав, что никакого отношения к таланту она не имеет. К тому же довольно скоро на свет рисковала выплыть нелицеприятная правда о её бурном прошлом, в котором Алла работала в Москве танцовщицей в мужских клубах.
Боясь, что это может помешать её повторному замужеству за иностранцем, женщина решила не рисковать и плавно исчезла в тень, сведя на нет упоминания о своей связи с художником.
Спустя месяц Алла и Игнат встретились в суде, но теперь уже правда была на стороне мужчины. Он, как и хотела свекровь Даши, нанял себе лучших юристов в городе. Те помогли ему добиться пересмотра решения о единоличной опеке над Костей.
Алле был поставлен жёсткий ультиматум: или она остаётся в стране и продолжает воспитывать сына, или выходит замуж за своего немца и уезжает. Но мальчик тогда остаётся с отцом, который теперь снова жил в городе и мог обеспечить ребёнку лучшие условия для жизни и развития.
К сожалению, Алла думала недолго и выбрала богатую сытую жизнь, тем самым предав Костю.
Впрочем, сын особо от этого и не расстроился. Он был счастлив жить с любящим отцом, а ещё дружить с молодой учительницей и её маленькой собачкой по кличке Дженни.
Даша во время судебного процесса Игната сама вовсю готовилась к разводу, но при этом умудрялась поддерживать художника, к которому испытывала искренние и светлые чувства.
Игнат же, которому она понравилась с момента их первой встречи, пригласил Дарью на свидание сразу, как та подписала документы о разводе.
Пара начала встречаться, и вскоре они уже сами подавали заявление в ЗАГС. Всё это время до самой свадьбы Даша продолжала ухаживать за Костей и работала его учителем в школе. Со временем голос полностью восстановился, и она начала работать в полную силу.
Костя же быстро привязался к ней, а после того, как папа и Даша поженились, смог наконец-то назвать её мамой.
Игнат с Дашей и Костей, а также собакой Дженни жили в просторной большой квартире в хорошем жилом комплексе. Игнат был востребованным и высокооплачиваемым дизайнером интерьеров, а также продолжал писать картины — причём не только на заказ, но и для души.
Ксения Николаевна стала работать администратором в созданном ею интернет-магазине, где некоторые из работ Игната время от времени выставлялись на продажу или аукцион. Пожилая женщина была счастлива, что на склоне лет смогла приобщиться к чему-то новому и одновременно настолько прекрасному.
Иногда один героический поступок может изменить судьбу не только того, кого ты спас, но и твою собственную. Даша не просто вернула жизнь тонущему мальчику — она обрела семью, настоящую любовь и доказала, что доброта и самоотверженность всегда находят свою награду.
