— Знаешь, сколько раз мне приходилось выдумывать, куда ты опять подевался? Школьные спектакли, выпускной, защита диплома — тебя нигде не было. Удивлюсь, если Ксюша вообще помнит твоё лицо!
Восемнадцать лет Марина прожила замужем за человеком, который строил империю. Что это означает на практике? Растить ребёнка одной, тащить на себе весь дом, а мужа видеть урывками — где-то между командировками и бесконечными переговорами. Деньги вроде есть. А человека рядом — нет.
Марина терпела. Ради дочери, ради того светлого будущего, которое муж обещал каждый год, как по расписанию. Терпела молча, достойно, без жалоб подругам и родственникам.
Когда Ксения получила диплом и устроилась на работу, Марина зашла в кабинет мужа и закрыла за собой дверь.
— Виктор, я ухожу. Хочу пожить нормальной жизнью — хотя бы теперь. Устала врать дочери, почему папа снова не пришёл. Ты пропустил всё подряд — от утренников до вручения диплома. Ксюша выросла без отца, хотя отец был жив.
Виктор сидел за массивным столом из морёного дуба. За спиной тянулись книжные полки, забитые папками и справочниками. Галстук он давно ослабил, верхняя пуговица рубашки расстёгнута.
— Погоди… Ксюха же взрослая уже, — растерянно проговорил он.
— Вот именно. Свой долг я выполнила. Теперь хочу жить.
— Кого-то нашла? — голос Виктора стал колючим.
— Пока нет. Но найду. Такого, которому нужна буду я сама, а не приложение к бизнесу. Думай обо мне что хочешь. Я честно тянула эту семью все годы. Теперь хочу получить своё.
По закону Марине полагалась половина совместно нажитого. Да и по справедливости тоже. Но делить бизнес — детище, которому Виктор отдал всего себя, — он не собирался.
Чтобы сохранить фирму, пришлось отдать всё остальное: загородный дом, трёхкомнатную квартиру на Тверской, три машины, все накопления. Плюс обязательство переводить содержание бывшей жене и дочери каждый месяц.
Развод, дележ имущества и ледяное молчание дочери — всё это ударило по Виктору сильнее, чем он ожидал. Впервые в жизни прихватило сердце, пришлось вызывать скорую прямо из офиса. Сам он оправился довольно быстро — работа не давала раскисать. А вот мать после всех этих событий слегла надолго.
***
— Думаю, пора открывать филиалы в регионах, — Виктор развернул на столе карту с пометками.
Митя — друг, компаньон, совладелец — покачал головой:
— Уверен, что сейчас? Год у тебя выдался тот ещё. Может, возьмём паузу?
— Работа меня сейчас и держит на плаву. Без неё я бы точно свихнулся.
— Ладно, хватит о делах. Как мать? Как Ксения?
Виктор откинулся в кресле. За окном кабинета серело декабрьское небо, по стеклу ползли капли начинающегося дождя.
— Мать лечится. Врачи говорят — прогноз хороший, но нужно время. Деньги, слава богу, есть. А с Ксюхой — глухо. Пробовал через Маринку выйти на контакт, но той теперь всё равно. Своё получила — и до свидания.
— Невесёлая история, — Митя вздохнул.
— Сам виноват, знаю, — Виктор махнул рукой с напускным равнодушием. — Главное — фирму сохранили. С Маринкой делиться не пришлось — уже победа.
***
Новый год начался с неприятностей.
Сначала пришлось срочно менять поставщика сырья — прежний сорвал сроки. Производство простаивало полторы недели, а зарплаты рабочим всё равно начислялись. Потом выяснилось, что крупнейший клиент переметнулся к конкурентам.
— Товар лежит на складе мёртвым грузом, — докладывал начальник отдела продаж на совещании. — Без этого заказчика мы в минусе по кварталу.
Виктор вышел с совещания мрачнее тучи.
«Хорошо, что филиалы не стали открывать, — думал он, стоя у окна в пустом коридоре. — Митька ведь предупреждал. Говорил — повременить надо».
Через несколько дней в почтовом ящике у квартиры обнаружился конверт без обратного адреса. Внутри — листок, отпечатанный на принтере:
«Враг рядом. Ищи среди тех, кому доверяешь. Если не хочешь потерять всё — смотри внимательнее».
Виктор перечитал записку трижды. Смысл был ясен: кто-то целенаправленно разрушает его бизнес. И этот кто-то — из ближнего круга. Неприятности не сыпались случайно. Их подстраивали.
В тот вечер он долго сидел на кухне, глядя в тёмное окно. Чайник давно остыл. Сигаретный дым плыл к потолку.
— Неужели Митька? — произнёс он вслух. — Сначала жена. Потом дочь. Теперь друг? Что дальше-то?
Жену ещё можно понять — устала, имела право. Дочь обижена — тоже объяснимо. Но Митя? Они начинали вместе, с нуля. Делили один стакан лапши быстрого приготовления, когда не было денег на обед. Вместе ночевали в цеху, когда шёл первый крупный заказ.
Сейчас у Мити — всё. Зарплата огромная, дивиденды капают, при желании мог бы яхту купить. Зачем ему предавать?
Виктор решил присмотреться…
***
Утром он приехал в офис раньше обычного. Небо едва посерело, охранник на входе клевал носом. Однако на парковке уже стояла знакомая серебристая «Ауди».
— Та-ак, — пробормотал Виктор, — ты, значит, уже здесь. Посмотрим, чем занимаешься.
Митю он обнаружил в архиве, среди стеллажей с папками. Тусклая лампа освещала стол, заваленный документами.
— Руки вверх, налоговая! — гаркнул Виктор, распахивая дверь.
Митя подскочил, выронил папку, бумаги веером разлетелись по полу.
— Твою ж!.. Напугал! — он схватился за сердце. — Чуть инфаркт не получил!
— А ты чего тут в такую рань?
— Да вот, — Митя начал собирать листы, — показалось, что цифры в отчётах не бьются. Решил проверить. И чтобы сотрудники лишнего не видели — пришёл пораньше.
— Ясно. Нашёл что-нибудь?
Митя помедлил, отвёл глаза:
— Нашёл. Ошибки есть. Только непонятно пока — случайные или нет.
— Ну, работай тогда. Не буду мешать.
Виктор вышел, но подозрение засело занозой.
Когда появилась секретарша Оля — невысокая девушка с короткой стрижкой и внимательными карими глазами — он позвал её в кабинет.
— Оленька, вопрос неформальный. Как вам Дмитрий Сергеевич в последнее время?
— В смысле — нравится? — Оля подняла брови. — У меня жених.
— Я про работу.
— А-а… — она замялась. — Он же ваш друг.
— Вот по-дружески и скажи.
Оля выпрямилась, поправила блузку:
— Если честно — странный он стал. Суетится, бегает по кабинетам. Папки таскает туда-сюда, то в архив, то обратно. Уезжает куда-то без объяснений. Корпоративным телефоном месяца три не пользуется — только с личного звонит. Я ему документы на подпись, а он — «потом, потом». И взгляд какой-то… бегающий.
— Спасибо, Оля. О разговоре — никому. Премию начислю.
— Поняла, — она улыбнулась на пороге. — А насчёт жениха — там ещё не совсем серьёзно…
***
Виктор ворвался в кабинет Мити без стука:
— Всё! Продаю фирму! У меня контрольный пакет, договор подписан. Надоело! Заберу деньги, увезу мать на юг — и пусть оно всё горит! Хочешь — оставайся директором при новых хозяевах. А лучше — продай свою долю и едем вместе!
Выпалил — и вышел. Сел в машину, уехал домой, выключил телефон.
Расчёт был простой: если Митя что-то замышляет — сейчас запаникует. Одно дело — забрать себе всю фирму. И совсем другое — остаться с жалкими процентами, когда бизнес перейдёт к чужим людям. Если он предатель — начнёт действовать. Тогда его можно будет поймать.
Через четыре дня Виктор появился в офисе.
То, что он увидел, заставило его остановиться на пороге.
По всему помещению — незнакомые люди в дорогих костюмах. Сотрудники жмутся к стенам, компьютеры выключены, в переговорной кто-то громко разговаривает по телефону.
Рейдерский захват.
Виктор набрал номер знакомого из охранного агентства, потом — полицию. И вошёл в свой кабинет.
За его столом сидел Игорь Павлович — владелец конкурирующей фирмы. Мужчина лет пятидесяти, с залысинами, в очках с золотой оправой. Улыбался довольно.
А на полу лежал Митя — лицом вниз, руки за головой.
— Здравствуй, Виктор Альбертович, — Игорь Павлович приподнялся в кресле. — Заходи, располагайся. Хотя это уже ненадолго твой кабинет.
— Что здесь происходит? — Виктор посмотрел на друга.
— Дружок твой оказался умнее, чем я думал, — Игорь Павлович скривился. — Я давно собирал на вас информацию. А он постоянно путал карты — то документы переложит, то отчёты перепроверит. Никак не мог зацепиться. Если бы не твоя дочь…
— При чём тут Ксения?
— Очень даже при чём, — Игорь Павлович откинулся на спинку кресла. — Это она меня нашла. Сама. Сказала — хочет, чтобы ты потерял всё, что любишь. Знала, что бизнес тебе дороже семьи. Вот и решила ударить по больному. Дала мне доступ к вашим серверам, пароли, схему работы.
— Да пошёл ты, — буркнул Митя с пола. — Если бы не эта дура, ты бы к нам близко не подобрался.
В коридоре послышались шаги — много шагов. Через минуту в кабинет вошли крепкие парни в чёрном, за ними — двое полицейских.
Игорю Павловичу и его людям помогли покинуть помещение. Довольно невежливо.
Когда всё закончилось, Виктор протянул руку и помог Мите подняться. Тот отряхнул брюки, потёр шею.
— Давно знал? — спросил Виктор.
— С самого начала. Когда первые странности начались — стал проверять. Вычислил утечку.
— Почему не сказал?
Митя пожал плечами:
— Дочь твоя. Не хотел… Думал, может, она одумается.
— И письмо — тоже ты?
— А кто же ещё? Не Игорь же Павлович тебя предупреждать станет.
Они помолчали. За окном сигналила полицейская машина, увозившая непрошеных гостей.
Виктор посмотрел на друга — помятого, невыспавшегося, но спокойного.
Есть люди, которые рядом не потому что им выгодно. Просто по-другому они не умеют. Таких немного. И когда находишь такого человека — держись за него. На таких людях всё и держится.
