— Опять эти твои подружки звонили! — Виктор швырнул телефон на диван. — Третий раз за вечер!
— Витенька, это же работа, — Алла устало потёрла виски. — У нас завтра показ, они волнуются.
— Работа! — передразнил Виктор. — А почему тогда смеются так громко? И шепчутся? Думаешь, я дурак и не понимаю?
— Господи, ну что ты понимаешь? — Алла села рядом. — Мы обсуждали ткани для новой коллекции!
— Ткани! — Виктор вскочил. — А почему тогда ты телефон прячешь? Почему переписку удаляешь? Я же вижу!
Алла тяжело вздохнула. После десяти лет брака она знала — когда Витя входит в этот режим, переубедить его невозможно.
— Хочешь, покажу все сообщения? — предложила она.
— А толку? Ты же всё почистила! — Виктор отвернулся к окну. — Знаешь что? Если тебе кто-то другой нужен, так и скажи! Не мучай меня!
— Витенька, родной, — Алла обняла его сзади. — Ну какой другой? Ты же моё всё! Моя жизнь!
— Тогда почему вчера домой в час ночи пришла? — голос Виктора дрогнул. — И от тебя табаком пахло! Ты же не куришь!
— В ателье курят девчонки, я же объясняла…
— Всё ты объясняешь! — Виктор резко развернулся. — А мне каково? Я тут сижу, жду, места себе не нахожу! А ты… а ты…
Он отвернулся, но Алла успела заметить слёзы в его глазах.
— Витюш, ну прости меня, — прошептала она. — Я больше не буду так поздно. Обещаю.
— Обещаешь? — Виктор повернулся. — А на прошлой неделе что обещала? Что в выходные никуда не поедешь! А сама? На дачу к Ленке умотала!
— Так у неё день рождения был…
— Можно подумать, без тебя не справились бы! — Виктор махнул рукой. — Ладно, иди спать. Я на кухне чаю попью.
Дверь на кухню закрылась. Алла осталась одна.
— Ну что, сработало? — Ленка налила подруге коньяку. — Давай, рассказывай!
— Как по нотам, — Алла устало улыбнулась. — Полтора часа истерики, потом обиды, потом я виновата. Теперь минимум неделю будет дуться и доказывать свою любовь подарками.
— Гениально! — Ленка подняла рюмку. — За твоего Костика! Без него бы мы точно с ума сошли!
— Не говори, — Алла пригубила коньяк. — Если бы не он, я бы Витьку уже придушила. Десять лет этих сцен ревности! На пустом месте!
— А мой как? — поинтересовалась Ленка. — Всё играет влюблённого юношу?
— Ещё как! — Алла рассмеялась. — Вчера такой спектакль устроил! Цветы бросал, на коленях стоял! Оскар ему дать надо!
— Это точно, — согласилась Ленка. — Хорошо, что мы его нашли. А то я уже думала — всё, развод и никаких вариантов.
— И не говори. А так хоть жить можно.
История началась два года назад, когда терпение Аллы окончательно лопнуло. Виктор всегда был ревнивым, но с годами это превратилось в манию.
Проверки телефона, допросы о каждой минуте, проведённой вне дома, слежка через геолокацию — Алла жила как в тюрьме. При этом поводов для ревности она никогда не давала. Просто Витя с детства был неуверенным в себе, а красивая успешная жена только усиливала его комплексы.
Развестись? Алла думала об этом. Но они вместе строили бизнес — небольшое ателье, которое стало их общим детищем. Делить его означало всё потерять. Да и любила она Витьку, несмотря ни на что. Когда он не ревновал, он был замечательным — заботливым, нежным, внимательным.
Решение пришло неожиданно. На одном из показов к Алле подошёл молодой человек.
— Извините, — сказал он. — Меня зовут Константин. Я… это может прозвучать странно, но мне нужна работа. Любая.
— У нас нет вакансий, — автоматически ответила Алла.
— Я не про ателье, — Константин замялся. — Видите ли, я… актёр. Точнее, хочу им стать. Но пока приходится крутиться. Я могу сыграть любую роль. Любую, понимаете?
Алла не сразу поняла. А когда поняла, чуть не рассмеялась. Но потом задумалась.
— Любую роль? — переспросила она.
— Абсолютно, — кивнул Константин. — Могу быть вашим поклонником, можем случайно встречаться, я буду оказывать знаки внимания… Многие дамы пользуются такими услугами, чтобы приревновать мужей.
— А если наоборот? — вырвалось у Аллы. — Если нужно… отвлечь мужа?
Константин понимающе улыбнулся:
— Это даже проще. Главное — правильно выстроить сценарий.
Так родился их план. Константин стал тайным поклонником Аллы — присылал цветы без подписи, звонил и бросал трубку, «случайно» оказывался в местах, где бывала Алла. Всё это, разумеется, замечал Виктор.
А потом начинались сцены. Грандиозные, эмоциональные, с обвинениями и слезами. Виктор выплёскивал весь накопившийся яд, Алла клялась в верности, и после бури наступало затишье.
Самое удивительное — это работало. Выплеснув эмоции на воображаемого соперника, Виктор успокаивался. Он становился нежным, заботливым, осыпал Аллу подарками, словно извиняясь за подозрения. Эти периоды затишья становились всё дольше.
А через полгода к их схеме подключилась Ленка — лучшая подруга Аллы, которая мучилась с похожей проблемой. Её муж Серёжа тоже изводил её ревностью, правда, в другом стиле — молчаливой и давящей. Константин успешно играл роли для обеих дам, а они прикрывали друг друга.
— Знаешь, что самое дикое? — сказала как-то Алла. — Мне иногда кажется, что Витька догадывается.
— С чего ты взяла? — удивилась Ленка.
— Не знаю… Иногда ловлю его взгляд, и там такое… понимание, что ли. А потом как ни в чём не бывало — опять сцены, опять ревность.
— Да брось! Если бы догадывался, разве стал бы так убиваться?
— Наверное, ты права, — согласилась Алла.
Но червячок сомнения поселился в её душе.
— Алка дома? — спросил Виктор, забегая к Серёже в гараж.
— На дне рождения у моей, — ответил Серёжа, не отрываясь от мотора. — Твоя туда же собиралась.
— Знаю, — Виктор присел на ящик. — Слушай, надо поговорить.
— О чём? — Серёжа выпрямился.
— О наших жёнах. И о том парне.
Серёжа замер:
— Ты тоже заметил?
— Трудно не заметить, — усмехнулся Виктор. — Один и тот же почерк. Анонимные букеты, странные звонки, случайные встречи. Думаешь, я идиот?
— А я думал, это только моей звонят, — Серёжа вытер руки. — Выходит, у них один на двоих?
— Похоже на то, — кивнул Виктор. — Вопрос — что делать?
— А что ты предлагаешь? Устроить скандал? Выследить? — Серёжа покачал головой. — Толку-то?
— Я думаю, надо подыграть, — неожиданно сказал Виктор.
— В смысле?
— Ну смотри. Они наняли этого… актёра, наверное. Чтобы нас отвлекать. Значит, мы им мешаем жить. Значит, достали их.
— Это точно, — вздохнул Серёжа. — Ленка в последний год как ёж. Слова не скажи.
— И моя такая же. Так может, дать им то, что они хотят? Пусть отдохнут, выпустят пар. А мы… подыграем.
— Ты предлагаешь притвориться, что мы ничего не знаем?
— А разве мы не это делаем последние полгода? — Виктор горько усмехнулся. — Только давай договоримся — меру знать. Если дальше букетов и звонков дело пойдёт…
— Само собой, — кивнул Серёжа. — Тогда вмешаемся. А пока… Пусть играют в свои игры. Может, и правда полегчает.
Прошёл год. Странная игра в четыре руки продолжалась. Аллу и Ленку изредка мучила совесть, но они успокаивали себя тем, что это во благо. Их мужья стали спокойнее, сцены ревности случались всё реже, а периоды затишья становились всё дольше.
Константин исправно отрабатывал свой гонорар, придумывая всё новые способы «ухаживаний». Он даже вошёл во вкус — говорил, что это отличная актёрская практика.
Виктор и Серёжа тоже вошли в роль. Они научились изображать ревность так убедительно, что сами иногда верили в свою игру. А в перерывах между «спектаклями» встречались в гараже и обсуждали семейную жизнь — спокойно, по-мужски, без истерик.
— Знаешь, что самое смешное? — сказал как-то Виктор. — Мне реально стало легче. Как будто правда ревновать начал меньше.
— Угу, — согласился Серёжа. — Когда знаешь, что соперник ненастоящий, как-то спокойнее.
— А может, рассказать им? — предложил Виктор. — Что мы в курсе?
— Не, рано ещё, — покачал головой Серёжа. — Пусть ещё годик так поживут. А там посмотрим. Может, сами признаются.
В канун Нового года случилось непредвиденное. Константин влюбился. По-настоящему. В милую девушку из театральной студии.
— Девочки, я больше не могу, — признался он Алле и Ленке. — Марина начинает что-то подозревать. Эти ваши звонки, встречи… Я не хочу её потерять.
— Костик, ну ты что! — всплеснула руками Ленка. — Ты же нам как родной! Что мы без тебя делать будем?
— Найдёте другого, — пожал плечами Константин. — Или… может, хватит уже? Сколько можно в игры играть?
Алла и Ленка переглянулись. В словах Константина была правда. Но как отказаться от того, что так хорошо работало?
— Ладно, — вздохнула Алла. — Месяц нам дай. Мы что-нибудь придумаем. А ты пока потихоньку сворачивай активность.
Константин с облегчением согласился.
А через неделю произошло то, чего никто не ожидал.
— Девчонки, беда! — Ленка ворвалась в ателье. — Серёжа с Витькой в гараже сидят и ржут как кони! И твоё имя поминают, и моё!
— Может, выпили? — предположила Алла.
— Да трезвые они! Я подслушала — они про Костика говорят! Что, мол, неплохой актёр, убедительно играет!
Алла побледнела:
— Они знают?
— Похоже на то! И судя по разговору — давно знают!
Подруги сели на диван, пытаясь осмыслить произошедшее.
— Получается, они всё это время… притворялись? — медленно произнесла Алла.
— Выходит, так. Изображали ревность, устраивали сцены… А сами знали, что Костик — подставной!
— Но зачем?!
— А затем же, зачем и мы, наверное, — Ленка нервно рассмеялась. — Чтобы нам легче было. Чтобы мы думали, что контролируем ситуацию.
— Господи, какой же это всё абсурд! — Алла закрыла лицо руками. — Мы им врём, они нам подыгрывают… И все делают вид, что ничего не происходит!
— Знаешь что? — решительно сказала Ленка. — Хватит. Пошли к ним. Сейчас же. И выложим всё начистоту.
— А они?
— А они пусть тоже признаются. И решим наконец, как дальше жить — по-честному или продолжать этот спектакль.
Разговор в гараже получился долгим и трудным. Сначала все молчали, не зная, с чего начать. Потом заговорили все разом. Обвинения, оправдания, упрёки — всё смешалось в один клубок.
Но постепенно эмоции улеглись, и они смогли поговорить спокойно.
— Получается, мы все друг другу врали, — подвёл итог Виктор. — Вы — чтобы от нашей ревности отвязаться. Мы — чтобы вам спокойнее было.
— И что в итоге? — спросила Алла. — Стало лучше или хуже?
— Знаешь что… — медленно сказал Серёжа. — По-моему, стало лучше. Да, через обман, да, через игру. Но мы же все ещё вместе? И ссоримся меньше?
— Это правда, — согласилась Ленка. — Последний год был… спокойнее, что ли.
— Так может, проблема не в нас, а в том, как мы общаемся? — предложил Виктор. — Мы же нормально разговаривать разучились. Только через скандалы и сцены.
— А когда появился внешний раздражитель, пусть и липовый, мы начали объединяться, — добавила Алла. — Вместо того чтобы друг друга пилить.
Они проговорили до утра. О том, как накопились обиды, как ревность отравляла жизнь, как ложь парадоксальным образом помогла увидеть правду.
— Давайте договоримся, — предложил Виктор под утро. — Больше никаких игр. Никаких подставных поклонников. Будем учиться говорить друг с другом честно. Даже если это трудно.
— И к психологу сходим, — добавил Серёжа. — Вдвоём. Может, поможет.
— А Костику спасибо скажем, — улыбнулась Ленка. — Без него мы бы ещё долго мучились.
— Ага, и на свадьбу его позовём, — поддержала Алла. — Пусть со своей Мариной приходит.
Через год они собрались в том же гараже — уже вшестером. Константин с Мариной пришли в гости.
— Ну как вы? — спросил Константин. — Не жалеете, что игра закончилась?
— Знаешь… — Виктор обнял Аллу. — Иногда по старой памяти хочется сцену закатить. Но вспоминаю наш спектакль и смеюсь. Дурацкий же был театр!
— Зато поучительный, — добавил Серёжа. — Мы хоть поняли, до чего можем дойти. И что лучше говорить правду, даже если она неприятная.
— А мы вам благодарны, — неожиданно сказала Марина. — Если бы не ваша история, Костя бы мне не признался в своей… необычной работе. А так мы сразу начали с честности.
— Ну, за честность! — поднял рюмку Виктор. — И за то, чтобы больше никаких спектаклей!
— Только в театре! — добавил Константин.
Они выпили и рассмеялись.
Игра в четыре руки закончилась. Началась настоящая жизнь — трудная, не всегда гладкая, но честная. И оказалось, что это не так уж страшно — говорить правду и слышать её в ответ.
А в гараже на стене до сих пор висит афиша спектакля, на который они все вместе ходили в прошлом месяце. Константин играл главную роль.
И играл блестяще — опыт не пропьёшь.
