Василиса смотрела в потолок. Она не шевелилась, ничего не говорила — просто лежала и смотрела в одну точку.
Дверь тихонько скрипнула. По шагам Василиса определила: санитарка.
— Не спишь, милая? — раздался тихий голос. — Приберусь у тебя.
Василиса промолчала. Санитарка передвигалась по палате медленно, почти бесшумно, и в какой-то момент снова заговорила:
— Ты бы поплакала, немножко полегче станет. У меня вон в своё время не получилось. Времена тогда тяжёлые были. Работать приходилось много и тяжело. Две беременности сорвались. Муж ушёл от меня. Думала, помру, но ничего, выжила. Правда, доктор сказал, что больше попыток не будет. Не смогу я, значит. А я решила: раз хочу быть матерью, значит, буду. Через два года взяла ребёночка в детском доме, через три — ещё одного. И знаешь, я счастлива. Я воспитала семь прекрасных людей. Не побоюсь этого слова — прекрасных. Все они знают, что я им не родная, но говорят, что я им роднее родных.
Женщина тяжело вздохнула, протирая тумбочку.
— Сейчас разъехались, разлетелись по свету. Приезжают только на дни рождения, ну и на Новый год. А я не обижаюсь. Им свою жизнь надо устраивать. Меня не забывают: деньги шлют, подарки. Ругаются всё, говорят, чтобы не работала в таком возрасте. Ну а как дома-то сидеть? Да и по таким, как ты, сердце рвётся. Это я к чему? Всё в твоих руках, милая. Ты же замужем. Ну вот, поддержка уже есть, да и с деньгами-то нет проблем — вон в какой палате лежишь. Главное, поверь в себя. Реши, чего ты хочешь.
Пожилая женщина удовлетворённо осмотрелась.
— Ну вот и всё. Всё чистенько. Дальше пойду. Отдыхай, милая.
Санитарка вышла, а Василиса почувствовала, как по щекам потекли обжигающие слёзы. Ей уже тридцать шесть, и это была третья попытка. Вряд ли есть смысл продолжать.
Может, стоит задуматься над словами бабули? Ведь она во многом права. Она одна смогла, а у Василисы есть Саша, муж.
Саша был серьёзным человеком. С ним было непросто. Но Вася всегда умела подстраиваться под него: где промолчит, где согласится, даже если внутри с этим совершенно не согласна. Со стороны могло показаться, что Василиса — просто бессловесная тень своего мужа. А она никого в этом и не переубеждала, просто тихо помогала ему в работе. Правда, об этом тоже никто не знал. Никто не догадывался, что все выгодные сделки их фирмы находила и подготавливала именно Василиса.
Все считали, что делает это Александр Васильевич, да и сам он всегда называл их «мои сделки». Василиса не спорила, ведь именно муж должен быть добытчиком, а она — хранительницей семейного очага. Так говорил ей Саша с первого дня их знакомства. И она была с ним согласна.
Она всегда была с ним согласна.
Василиса наплакалась от души. Вроде и правда немного полегче стало. Завтра позвонит мужу. Сегодня не будет — слишком тяжело говорить. Даже страшно как-то. Внутри зияла глухая пустота.
Утром она умылась, расчесалась, взяла в руки телефон. «Сейчас немного подумаю и позвоню», — решила она.
Саша был просто помешан на ребёнке. И, конечно же, на мальчике. Говорил, что ему обязательно нужен наследник, чтобы передать свою бизнес-империю. Дело у них было большим, но до империи, конечно, далековато. Василиса только кивала и уверяла, что всё именно так и будет.
Внезапно в коридоре послышался шум. Дверь распахнулась. В палату стремительно вошёл муж в сопровождении водителя их фирмы. Шофёр тащил тяжелые сумки.
— Сюда поставь, — Саша указал на место у дверей.
Василиса медленно встала. Муж смерил её ледяным взглядом.
— Вот твои вещи. Из больницы вали, куда хочешь. Тебе уже тридцать шесть, и ты снова ничего не смогла. Я найду нормальную женщину, которая наконец-то родит мне ребёнка.
— Саша… — Вася смотрела на него в животном ужасе. — Что ты такое говоришь, Саша?
— Ты же и сама понимаешь, что ты — отработанный материал. И будь добра, обойдёмся без сцен. Просто сделай так, чтобы я тебя больше не видел.
Он вышел из палаты и с силой хлопнул дверью. Этот хлопок будто ударил её по сердцу наотмашь. Дальше она всё помнила урывками. Врач суетился возле неё, потом она спала.
Когда проснулась, рядом тут же возникла медсестра. Посмотрела на неё сочувственно.
— Вы извините, пожалуйста, — тихо сказала девушка. — Но ваш муж с сегодняшнего дня больше не оплачивает палату.
— Я поняла. Через час уеду.
Медсестра с явным облегчением выдохнула:
— Хорошо, спасибо.
Она тут же исчезла, а Василиса, упрямо сжав губы, стала собираться. Нет, так просто она не сдастся. Правда, пока совершенно не понимала, как жить дальше. Она даже не знала, куда ей пойти, потому что все эти годы практически ни с кем не общалась, отдавая всё своё внимание Саше. Но она что-нибудь придумает.
Выйдя из больницы, она остановилась у ворот.
— Ну, куда двинем? — спросила саму себя и горько усмехнулась.
Сумки были тяжеленными. Ручки больно оттягивали пальцы, да и нельзя ей было пока таскать тяжести.
— Василиса, ты?
Она удивлённо уставилась на окликнувшего её мужчину. Плохо одетый, помятый, с резким запахом перегара. Он смотрел на неё, приподняв брови. И всё же что-то невероятно знакомое проступало в его чертах.
— Олег? Быть не может…
— Что, не признала? — он криво усмехнулся. — Эх, никто меня не узнаёт. Вот так может опуститься человек.
— Что случилось-то? Ты же так хорошо учился. Тебе такие перспективы пророчили!
Мужчина безнадёжно махнул рукой.
— Всё так, Василиса, всё так. Сам виноват. Слабаком оказался, не смог пережить смерть жены. Пить начал по-чёрному. Дочку потерял. Конченый я человек. А ты чего тут с сумками? Такси, что ли, ждёшь?
— Дочку? А что с дочкой-то случилось?
— Не могу рассказать. Стыдно, сил нет. Да нет, она жива вообще, не пугайся. С ней всё в порядке. Ну, относительно.
У Василисы в голове словно сработал невидимый переключатель. Она серьёзно посмотрела на Олега.
— А квартиру свою тоже пропил?
— Ну нет, это же дочкина. Ей потом жить-то где? Я, конечно, гад, но не до такой степени.
— А можешь приютить меня?
Олег уставился на неё так, будто у неё на лбу вырос рог.
— Тебя?
— Ну да. Я платить буду. Готовить.
— Не понял. Шутишь, что ли?
— Да нет, Олег. Давай я потом всё расскажу.
— Ну… пошли. Тут недалеко.
Он подхватил её сумки и зашагал по тротуару. Василиса едва поспевала за ним. Через пятнадцать минут они были уже в квартире. Вася тяжело дышала. Олег внимательно на неё посмотрел:
— А ты чего бледная такая? Погоди, ты что, из больницы?
— Ну да. Выкидыш у меня был. Муж прогнал. Вот как-то так.
Олег с досадой хлопнул себя по лбу.
— Вот я осёл! Нёсся как ненормальный. Слушай, ты ложись. Сейчас… где-то у меня покрывало было чистое.
Он накинул на старый диван плед, помог ей присесть.
— Может, чаю сделать? Заварка у меня есть. Глядишь, даже сахар найдётся.
— Если не трудно. И себе сделай. Посидим, поговорим.
— Себе чаю? — он снисходительно улыбнулся. — Ну ладно, только ради тебя.
Они сидели в захламлённой комнате, пропахшей табаком, с давно немытыми полами, и разговаривали. Вася рассказала ему всю свою историю.
— Да за такое рожу бить надо, вот гад, — протянул Олег.
А потом разговор незаметно перешёл на него. Его история оказалась ещё страшнее. Жена умерла, когда дочке было всего пять. Он очень любил её — и сломался. Начал пить. С работы попёрли, запил ещё сильнее. А потом дочку забрали в приют. И чтобы вернуть её, нужно было завязать с выпивкой, отмыть квартиру, устроиться на работу и забить холодильник едой.
— А я не могу, понимаешь? Слабак я.
— Ты не слабак, — твёрдо сказала Василиса. — Просто тебе нужно подняться. Давай попробуем? Хочешь помочь мне? Я очень хочу тебе помочь, и хочу, чтобы ты тоже мне помог.
— Я-то чем тебе помогу? Ты же видишь, какой я.
— Очень во многом. У тебя светлая голова. Да мы с тобой таких дел наворотим! У меня столько мыслей… Только нужен мой ноутбук из дома, где я жила. Понятия, правда, не имею, как его можно оттуда забрать.
— Так, а вещи-то ты смотрела? — нахмурился Олег. — Может, муж бросил его тебе в сумки? Там вообще что-то ценное?
— Там очень много ценного. Только муж об этом не знает. Думает, что я там исключительно в соцсетях сижу.
Василиса открыла одну сумку, затем принялась за вторую.
— Есть! Вот он! Ох, спасибо тебе, Саша, за то, что ты меня никогда за человека не считал.
Олег рассмеялся:
— У меня такое ощущение, что мы прямо сейчас готовимся к парашютному прыжку.
— Можно считать и так. Сейчас выведу деньги. У тебя есть карта? Напишу тебе список, нужно сходить в магазин.
Олег не давал ей делать почти ничего. Разве что посуду помыть да пыль протереть. Сам мыл, скрёб, развешивал бельё. К вечеру в квартире появился свежий воздух. Олег весь день не пил, сходил в душ, откопал где-то чистую белую футболку и джинсы. Потом задумчиво посмотрел наверх.
— Где-то я всё новое для ванной покупал… Купил и бросил. А там все краны текут. Точно, на антресолях!
Василиса улыбнулась, сделала чай с бутербродами и засела за ноутбук.
Через два дня она открыла онлайн-клининговую компанию, наняла сотрудников, а через неделю уже выдала двум девчонкам-студенткам первую зарплату, попросив их найти ещё пару-тройку человек.
Олег наблюдал за ней с изумлением.
— Ну ты даёшь. Деньги из воздуха делаешь?
— Вовсе нет. И ты тоже так сможешь, — она похлопала по стулу рядом с собой. — Садись. Нам нужно найти человека или бригаду, чтобы здесь у тебя поклеить обои. Выбирай внимательно: чтобы и профи были, и заказов у них пока было немного. А после того, как мы посмотрим их в деле, я сделаю им предложение. Мы ищем им клиентов, договариваемся о сумме и берём с этого процент. Кстати, на вторую фирму нужен директор. Думаю, пора тебе уже быть официально трудоустроенным. Ещё нужно найти мобильных уборщиков территорий. Тогда можно будет арендовать небольшой офис и запускать процесс возвращения твоей дочери.
Олег присел рядом с ней и вдруг закрыл лицо руками. Его плечи задрожали.
— Василис… Я даже не знаю, что сказать. Простого «спасибо» тут явно мало.
Она с улыбкой погладила его по руке:
— Ты просто не выгоняй меня на улицу. Я же знаю, какой у тебя мегамозг. Мы с тобой многое сможем.
Сотрудницы опеки недоверчиво осматривали квартиру.
— Как-то вы за три месяца, с нашего последнего визита… — Ну, чудеса случаются, — развёл руками Олег.
Квартира сияла свежим ремонтом. Новый телевизор, чистый холодильник. В комнате Марины — игрушки, новая кровать и удобный письменный стол. Ну и главное — официальная работа с хорошей зарплатой.
Прошёл год.
В дверях роскошного банка на минуту задержался мужчина. Тяжело вздохнул. Выбора не было. Его фирма стремительно шла ко дну: никаких движений, ни одного нового контракта. Кредитов набрано под завязку, новые займы уже не одобряли. Но этот банк открылся совсем недавно, так что Александр надеялся, что здесь ему вполне может повезти.
— Вы записаны? — вежливо поинтересовалась девушка на ресепшене. — Нет, но мне нужно поговорить с кем-нибудь из боссов. У меня крупный бизнес.
Девушка кивнула: — Сейчас генеральный директор на месте. Узнаю, смогут ли вас принять. Ваши фамилия, имя, отчество?
Василиса смотрела на экран монитора. «Нет, этого быть не может. Какого чёрта ему здесь нужно?» Она видела, что к ней пришёл либо её бывший муж, либо его полный тёзка. Но если это он, то он точно не мог знать, кто здесь генеральный. Она слышала краем уха, что дела у фирмы Саши в последнее время идут из рук вон плохо, и ничуть этому не удивлялась.
Василиса быстро открыла базу данных, пробивая информацию о компании бывшего мужа. Ну да, так и есть. Два крупных кредита, по одному из которых уже солидная просрочка.
«Что ж ты, Саша, сделал с нашей компанией?»
Она нажала на зелёную кнопку, одобряя визит посетителя. В массивную дверь робко постучали, и она сразу открылась.
— Здравствуйте. Можно? Василиса неспеша повернулась от окна. — Проходи, Саша. Не стесняйся.
Александр запнулся о порог и едва не упал. — Ты?! Что ты тут делаешь? А где генеральный? — А я и есть генеральный. Я владелец этого прекрасного места. И не только этого, если что.
Александр прошёл вперёд и тяжело опустился на стул. — Интересненько… Ну рассказывай, под кого ж тебе лечь пришлось, чтобы всего этого за год добиться?
Василиса брезгливо поморщилась: — Саш, ну ты ж никогда не был таким дешёвым хамом. Как бы тебе ни было удивительно, но всё сама. — Быть того не может! Значит, это ты вредишь моей фирме! — Снова мимо. Я даже не знала, что у тебя проблемы, пока ты не появился на пороге. — У фирмы нет проблем! — огрызнулся он. — Ага. Я так и поняла, глядя на твои просроченные кредиты.
Александр сглотнул, сбавив тон. — Ну, что-то пошло не так… Но твой же банк даст мне некоторую сумму? Желательно без процентов. Ну, не чужие же люди. — Не чужие? — она холодно выгнула бровь. — А мне казалось, родные так не поступают. — Ой, только не начинай. Ничего такого не произошло.
Василиса посмотрела на него с откровенной насмешкой. — Кстати, а нашёл ты себе женщину, которая тебе родит? — В поиске. Не могу же я заиметь ребёнка от кого попало. Давай к делу уже. Сколько ты готова дать? — Нисколько.
Александр уставился на неё, хлопая глазами. — В смысле — нисколько? — Вот так. Ни без процентов, ни с процентами. Мой банк тебе денег не даст. — Да ты что, совсем уже?! — Саша, не забывайся. Иначе охрана просто вышвырнет тебя на улицу. — Ты не посмеешь! — Ещё как посмею. Ты давно мне чужой человек.
Он зло усмехнулся: — То есть ты будешь спокойно наблюдать, как наша фирма идёт на дно? Василиса медленно кивнула. — Мне бы этого не хотелось. Поэтому предлагаю передать фирму мне, а я, так и быть, оплачу твои долги.
Саша вскочил, опрокинув стул. — Да пошла ты! Он пулей выскочил из кабинета. Василиса, ласково улыбнувшись ему вслед, сняла трубку внутреннего телефона.
— Привет, это я. Слышала, мой бывший сильно задолжал вашему банку. Хочу попросить хорошенько поднажать на него с возвратом долга. Да, спасибо. Сочтёмся.
Через два дня они подписали договор о полной передаче фирмы. Василиса с удовлетворением закрыла папку с документами. — Вот теперь всё. Прости, нужно ехать. Дома ждёт любимый муж и кнопочка-дочка.
Спасибо!