Мать отодвинула стул, но садиться не стала. Прошлась вдоль кухонного гарнитура, провела ладонью по столешнице из искусственного камня. Алина молча смотрела, как мать поправляет идеально висящее полотенце на крючке — по-своему, уголком вниз. Лиза сидела у окна, не снимая куртки, и ковыряла заусенец на большом пальце.
— Квартплата здесь, наверное, конская, — мать наконец села и придвинула к себе пустую кружку.
— Я справляюсь.
— Справляешься, — мать посмотрела на пустую стену над столом. — Одна в трёх комнатах. Убирать только замучаешься.
Алина достала из шкафчика пачку заварки.
— Вам чёрный или зелёный?
— Лизе зелёный нельзя, её тошнит, — мать перевела взгляд на Алину. — Вчера Костик её к врачу возил. Сказали, тонус. Ей лежать надо, воздухом дышать. А у них в студии окно на шоссе выходит. Сажа на подоконнике чёрная. Костик вчера детскую кроватку присматривал, а её там ставить некуда. Если только на кухню, вплотную к холодильнику.
Чайник зашумел. Алина прислонилась бедром к столешнице.
— Что ты предлагаешь, мам?
— Мы ничего не предлагаем, Аля. Мы семья. Костик завтра грузовик наймёт, вещи перевезти. Они в гостиной лягут, там диван широкий. А детскую потом в дальней комнате сделаем, где у тебя эти… тренажёры стоят. Тебе они всё равно ни к чему.
Алина вышла в коридор, принесла ноутбук и развернула экран к матери.
— Вот. Двухкомнатная на Парковой. Окна во двор, рядом поликлиника. Я оплачу полгода вперёд и залог. Плюс найму грузчиков. Вам вообще ничего не придётся делать.
Лиза вытянула шею, разглядывая фотографии светлой гостиной. Мать даже не скосила глаза на экран. Она методично протирала сухой губкой и без того чистую раковину.
— Деньгами швыряешься, — мать бросила губку и вытерла руки. — Откупаешься от нас.
— Я решаю вашу жилищную проблему. Вы просили место — я даю место.
— Я просила не место! — голос матери сорвался. — Я просила сестринского отношения! Чтобы Лизонька знала: у неё есть родная кровь. Ты вцепилась в свои метры, а сестра по чужим углам мыкаться будет?
Алина смотрела на напряжённую спину матери. Всю жизнь она пыталась доказать, что не эгоистка, не жадная, не «в отца». Что заслуживает любви не меньше младшей.
— Ладно, — сказала Алина. Голос прозвучал глухо. — Один месяц. Пока Костя не найдёт нормальный вариант. И вы живёте только в гостиной. В мою спальню и кабинет не заходить.
Мать обернулась. Лицо её мгновенно разгладилось.
— Ну вот. Я же говорила Лизе, что ты у нас умница. Давай ключи, мы Костику дубликат сделаем.
***
На работе Алина вливала в себя третью чашку кофе. Эксель-таблицы на мониторе сливались в серые полосы. Вера, начальница отдела логистики, прислонилась к её столу и покрутила в пальцах карандаш.
— Они не съедут через месяц, Аля.
— Я поставила условие.
— Условие, — Вера хмыкнула и бросила карандаш на стол. — Кого ты через месяц на улицу выставишь? Женщину с пузом? Да мать тебя со свету сживёт. Ты извиняешься за то, что хорошо зарабатываешь.
— Ты не понимаешь, — Алина раздражённо отодвинула клавиатуру. — Это семья. Я не могу выставить их за дверь.
Вера посмотрела на неё сверху вниз, покачала головой и вернулась к своему монитору.
***
В пятницу Алина задержалась в офисе до девяти. Хотелось оттянуть момент возвращения. Родственники перевезли вещи три дня назад, и квартира изменилась. В ванной исчезло место на полках — всё заставили чужими тюбиками. В холодильнике её йогурты задвинули к стенке, уступив место кастрюлям с борщом, от запаха которого Алину мутило.
Она повернула ключ в замке. В коридоре было темно, но из её кабинета пробивалась полоса света.
Алина разулась, прошла по коридору и толкнула дверь.
В кабинете не было беговой дорожки. Зато стоял широкий компьютерный стол, за которым Костик резался в онлайн-шутер. На спинке ортопедического кресла висела его спортивная кофта.
Костик стянул наушники на шею.
— О, привет. Мы тут немного перестановку сделали. В гостиной телик работает, Лиза сериалы смотрит, мне сосредоточиться сложно. А у тебя тут роутер близко.
Алина перевела взгляд на пустой угол.
— Где моя дорожка?
— На балкон вынесли. Там всё равно места полно. Слушай, Аля, — Костик почесал затылок. — Мы с тёть Леной посоветовались… Из гостиной детскую делать — бред, там проходной двор. Мы решили кроватку сюда ставить. А тебе кабинета и на работе хватает, правда?
Из кухни вышла мать, вытирая руки полотенцем.
— Костик, ты Алину не дёргай с порога, она устала. Иди ужинай, Аля. Я котлет нажарила.
— Вынеси стол обратно в гостиную, — сказала Алина.
Костик не услышал из-за игры. Мать нахмурилась:
— Аля, не начинай. Парню работать надо.
— Он играет, мам.
— Он стресс снимает! У него жена беременная! — Мать шагнула вперёд, загораживая дверь в кабинет. — Ни грамма совести. У тебя всё есть, а ты за пустую комнату удавиться готова!
***
Алина проснулась от того, что в коридоре с грохотом упала обувная полка. Часы на тумбочке показывали половину седьмого утра субботы. Она накинула халат и вышла из спальни.
Костик, находясь в прихожей, тихо выражал недовольство, собирая разбросанные кроссовки. Лиза, одетая в куртку, стояла у зеркала, поддерживая рукой живот.
— Извини, зацепил рюкзаком, — Костик выпрямился. — Мы в строительный.
— В семь утра? — Алина стянула пояс халата потуже.
— Там скидки до девяти на ламинат, — из кухни выглянула мать с чашкой кофе. — Я им сказала брать светлый дуб. В детской должно быть светло.
Алина остановилась.
— В какой детской?
— В твоей спальне, — мать сделала глоток. — Ну а где ещё? У тебя южная сторона, солнце до обеда.
— Вы собираетесь перестилать полы в моей спальне?
— Мы собираемся делать ремонт для внука. А ты переедешь в кабинет. Костику скоро на работу выходить, ему за компьютером сидеть некогда будет. Потеснишься.
Алина молча прошла мимо матери на кухню, налила воду в стакан. Спорить было бесполезно. Если она сейчас скажет «нет», мать устроит сцену, у Лизы поднимется давление, придётся вызывать скорую. Виновата будет она.
Мать ушла в ванную, включила воду. Алина приоткрыла окно, чтобы впустить морозный утренний воздух. С балкона этажом ниже — туда Лиза с Костиком спустились покурить перед выходом — донеслись голоса.
— Ты уверен, что она пропишет нас? — голос Лизы звучал капризно. — В поликлинике без временной регистрации на учёт не ставят.
— Тёща сказала — дожмёт, — Костик сплюнул. — Ещё пару недель поноет про твой тонус, и Алка сама документы понесёт. Главное, мне на эту дурацкую стройку не выходить. Тёща обещала, что Алка нам первое время деньгами помогать будет. Сдалась тебе эта поликлиника, в частную пойдёшь за её счёт.
Пальцы разжались, стакан глухо стукнулся о дно раковины. Вода залила металлическую решётку.
Алина вытерла руки о полотенце. Больше она не боялась. Она шагнула в коридор, достала с верхней полки кладовки рулон плотных чёрных мусорных пакетов на сто двадцать литров.
Вошла в гостиную. Сгребла с кресла кофты и джинсы Костика, швырнула на дно пакета. Следом полетела косметика Лизы с комода — банки глухо стукнулись друг о друга.
Из ванной вышла мать с мокрым лицом. Она замерла, увидев пакеты.
— Ты что творишь?!
— Собираю вещи, — Алина оторвала от рулона второй пакет и бросила его к входной двери. — Ремонта не будет.
— С ума сошла? — мать шагнула к ней, пытаясь вырвать пластик из рук. — Лизе рожать через три месяца!
— Пусть рожает. Но не здесь, — Алина посмотрела матери в глаза. Впервые за тридцать лет она не отвела взгляд.
— Как ты смеешь? — мать задохнулась. — Да мы ради тебя… да я ночами не спала!
— Я всё слышала, мам. Про стройку, про деньги, про поликлинику. Хватит.
В замке повернулся ключ — вернулись Лиза с Костиком.
— Мы кошелёк забыли, — начал Костик, но осёкся, увидев чёрные мешки.
— Забирайте, — Алина указала на дверь. — Даю вам час на сборы остального.
— Мама! — Лиза громко, навзрыд заплакала. — Куда мы пойдём? У Кости зарплата только через неделю!
— Пошли вон, обе! — заорала мать на Алину, обнимая младшую дочь за плечи. — Чтоб ты сдохла в этих своих квадратных метрах! Ты мне больше не дочь! Стакана воды от нас не дождёшься!
— Я сама налью, — Алина подошла к входной двери и распахнула её настежь. — Время пошло.
***
Прошло два часа.
В прихожей стояла тишина. На полу остались грязные следы от ботинок Костика. Алина взяла швабру и методично, не торопясь, вымыла пол. Затем открыла окна во всех комнатах. Сквозняк выдувал чужой запах.
На телефон пришло сообщение от Веры: «Ну как ты там? Живая?»
Алина села на подлокотник дивана. Оглядела свою светлую, пустую гостиную. Достала номер мастера по замкам, который сохранила в телефоне ещё месяц назад, но всё не решалась нажать кнопку вызова.
«Живая», — напечатала она.
