Марина сидела в машине возле музыкальной школы и смотрела, как восьмилетняя Лиза тащит тяжелый футляр от виолончели. Дочь занималась уже третий год, и инструмент пришлось покупать свой — детский размер быстро стал мал.
— Мам, а Андрей Петрович сказал, что через полгода мне нужна виолончель побольше, — сообщила Лиза, устраиваясь на заднем сиденье. — И еще он говорит, что я могу поступить в музыкальное училище, если буду хорошо заниматься.
— Посмотрим, доченька, — улыбнулась Марина. — Главное, чтобы тебе нравилось.
А нравилось. Лизе нравилось так, что дома она репетировала по два часа в день, совмещая это с обычной школой и домашними заданиями. Марина работала в банке кредитным менеджером, муж Олег — инженером на заводе. Семья жила скромно, но на музыкальное образование дочери денег хватало.
Зазвонил телефон — звонила двоюродная сестра Анна.
— Маринка, слушай, ты же на музыку водишь свою Лизку? — начала она без предисловий. — А сколько это стоит? Мой Максим тоже хочет на гитару ходить.
— Ну, в месяц около пяти тысяч выходит с педагогом, — ответила Марина. — А инструмент свой нужен.
— Ого, дороговато, — вздохнула Анна. — А ты не могла бы за нас заплатить первые месяцы? Мы потом отдадим, просто сейчас туго с деньгами.
Марина хорошо знала финансовое положение сестры. Анна с мужем работали неофициально — она парикмахером на дому, он таксистом. При этом числились безработными и получали пособия как многодетная семья. В их квартире стояла новая мебель, огромный телевизор, а на кухне красовалась дорогая встроенная техника.
— Ань, ну давай ты сама разберешься со своими расходами, — мягко отказалась Марина. — У нас тоже все расписано по копейкам.
— Вот же ты! — возмутилась Анна. — Живете припеваючи, а родной сестре помочь жалко. Мы-то на пособие и случайные заработки перебиваемся!
— Анечка, если хочешь, могу номер хорошего педагога дать, который недорого берет, — предложила Марина.
— Нет уж, раз ты такая жадная, сами разберемся! — бросила трубку Анна.
Через неделю позвонила их общая тетя Галина Михайловна.
— Маринуша, что за безобразие? — начала она строго. — Анечка рассказала, что ты ей отказала в помощи. Как тебе не стыдно? Она ведь в такой нужде!
— Тетя Галя, при чем тут я? — удивилась Марина. — У Ани своя семья, свои доходы.
— Какие доходы? Они еле концы с концами сводят! — возмутилась Галина Михайловна. — А ты с Олегом хорошо зарабатываете, могли бы и поделиться. Родня же!
— Мы работаем официально, налоги платим, кредит за квартиру выплачиваем, — терпеливо объяснила Марина. — И на дочкины занятия тоже копим.
— Да что за занятия такие дорогие? — проворчала тетя. — Ерундой страдаете! Лучше бы сестре помогли.
Марина устала объяснять и просто попрощалась. Но на этом история не закончилась.
Буквально на следующий день в музыкальной школе ее ждал неприятный разговор с директором Еленой Владимировной.
— Марина Сергеевна, у нас к вам вопросы, — сказала она, пригласив в кабинет. — Ваша родственница записала сына на занятия и сказала, что оплачивать будете вы. Но денег мы до сих пор не получили.
— Простите, что? — опешила Марина. — Какая родственница?
— Анна Сергеевна Коновалова. Сказала, что вы сестры и договорились об оплате ее сына. Мальчик уже месяц ходит, а денег нет.
— Елена Владимировна, я никого не соглашалась оплачивать! — возмутилась Марина. — Это какое-то недоразумение.
— Но она представилась вашей сестрой и очень убедительно говорила о семейной поддержке, — растерялась директор. — Мы поверили…
— Она действительно моя двоюродная сестра, но я никого оплачивать не обещала! — Марина чувствовала, как закипает от злости. — Это обман с ее стороны.
— Понимаю… Тогда нам придется исключить мальчика, если до конца недели деньги не поступят, — вздохнула Елена Владимировна.
— Исключайте! — твердо сказала Марина. — И впредь, пожалуйста, ничего не оплачивайте с моих слов без письменного подтверждения.
Вечером она позвонила Анне.
— Ты что себе позволяешь? — сразу же набросилась на сестру Марина. — Как ты могла использовать мое имя для обмана?
— Да ладно тебе, — нагло ответила Анна. — Ты же все равно могла заплатить. Подумаешь, несколько тысяч! А теперь довела дело до того, что Максима выгнали из школы.
— Я его туда не записывала! — кричала Марина. — Ты солгала директору!
— Не солгала, а просто немного приукрасила, — хмыкнула Анна. — Думала, ты поймешь намек и заплатишь по-тихому. А ты такая принципиальная оказалась.
— Все, Аня! — Марина почувствовала, что больше не может сдерживаться. — Больше никогда не смей использовать мое имя! И вообще забудь мой номер!
— Да ладно, остынешь — сама позвонишь, — засмеялась Анна. — Мы же родственники, никуда не денешься.
Но Марина не остыла. Она рассказала обо всем мужу, и тот поддержал ее решение прекратить общение с нахальной родственницей.
— Правильно делаешь, — сказал Олег. — Такие люди садятся на шею и свешивают ноги. Один раз заплатишь — потом всю жизнь будешь содержать.
На семейном празднике у бабушки Анна изображала обиженную невинность. Она жаловалась всем родственникам на жадную сестру, которая бросила семью в беде. Некоторые тети и дяди качали головами, глядя на Марину с укоризной.
— Как ты можешь так поступать с родной кровью? — шептала бабушка Зоя. — Анечка такая несчастная, а ты отвернулась от нее.
— Баба Зоя, она меня обманула, — тихо объяснила Марина. — Использовала мое имя без разрешения.
— Ну и что? Семья важнее этих формальностей, — махнула рукой бабушка. — Ты же знаешь, какие у них трудности.
Марина больше ничего не объясняла. Она понимала, что Анна успешно играет роль жертвы, а правда мало кого интересует.
Через полгода Лиза действительно переросла свою виолончель, и пришлось покупать новую. Инструмент стоил немалых денег, семье пришлось затянуть пояса на несколько месяцев. Но когда Марина видела счастливые глаза дочери во время выступлений, она понимала — каждая потраченная копейка того стоила.
А Анна так и продолжала жаловаться родственникам на жестокосердную сестру. Максим музыкой так и не занялся — видимо, желание у него было не такое уж сильное. Зато у семьи появился новый автомобиль и дача в пригороде.
Марина иногда встречала сестру в магазинах или на улице. Анна делала вид, что не замечает ее, а Марина спокойно проходила мимо. Она не жалела о своем решении. Некоторые люди считают, что родственные связи дают им право жить за чужой счет. Но настоящая семья строится не на обмане и вымогательстве, а на взаимном уважении и честности.
Лиза продолжала заниматься музыкой и через три года поступила в музыкальное училище. На выпускном концерте в музыкальной школе, слушая, как дочь исполняет сложную пьесу Баха, Марина понимала — она сделала правильный выбор. Деньги, потраченные на образование ребенка, никогда не бывают потрачены зря. А вот деньги, выброшенные на удовлетворение чужой наглости, — это всегда напрасная трата.
