— Мама, привет, — Валерий позвонил родительнице, чтобы напомнить той об одной важной дате, — ты не забыла, что у Мишки через 2 недели день рождения? Мы тут с Леной список гостей составляем…
— Ты за кого меня принимаешь?! — в трубке раздался суровый женский голос, — что, считаешь, что я способна забыть о дне рождения единственного внука? Хочешь спросить, придём ли мы? Да, придём. Кстати, Валера, передай своей жене, чтобы больше она на стол салат из крабовых палочек не ставила. Он у неё не получается, отвратительно на вкус, если честно…
Валерий прикрыл глаза, про себя досчитал до трёх и выпалил:
— Мы день рождения Мишки будем отмечать не дома, а в кафе.
Мать тут же разразилась гневной тирадой, Валера слушал молча. Ну почему так? Почему она всё время палки в колёса вставляет? Почему она не может быть обычной среднестатистической бабушкой, которая просто любит и балуется внука, а не указывает, его родителям, как жить.
У Елены со своей свекровью отношения не заладились сразу. Антонина Константиновна много лет проработала директором крупного предприятия, в подчинении были в основном мужчины, поэтому она любого могла заткнуть за пояс. Характер был сложным, от него страдала не только семья, но и окружающие.
Антонина Константиновна и не скрывала того факта, что невестка ей не понравилась — когда Валера привёл свою будущую супругу знакомиться с родителями, она, окинув пассию сына презрительным взглядом, заявила:
— Да, сынок… Ожиданий моих ты не оправдал!
Первые года полтора после свадьбы Лена ещё как-то пыталась наладить отношения со свекровью. Вроде бы это неправильно, они теперь семья, они должны хотя бы делать вид, что друг друга уважают. В открытые конфликты молодая женщина не вступала. А вот Антонина Константиновна не упускала возможности невестку уколоть. Лене доставалось абсолютно за всё: и прибирается она не так, и готовит невкусно, и стирает неправильно, потому что «вон видишь, на простыне пятно осталось!». Воспитанная, тактичная сноха первое время свекрови много прощала, а потом Лене просто надоело. Как-то в ответ на очередную придирку матери мужа она заявила:
— Вы знаете, Антонина Константиновна, а я советов ваших не спрашиваю! Я делаю так, как научила меня мама. И в борщ я кладу свёклу, а не банку томатной пасты, как вы — у Валеры вообще от этого продукта изжога. И сухари панировочные я добавляю непосредственно в фарш, а не обваливаю в них каждую котлету. Да, мне так удобней! А что касается пятен… Да я лучше новые простыни куплю, чем буду несколько часов зубной щёткой, содой или чем бы там ещё советовали, пятнышко это оттирать! Вот при вас сейчас простынь эту и выброшу. Вы довольны?
Антонина Константиновна опешила. Никогда никто с ней не разговаривал в таком тоне. Мужики взрослые, побитые жизнью, и то перед директрисой робели, а эта, без роду без племени, ещё и голос на неё повышает?! Скандал тогда грянул грандиозный. Антонина Константиновна кричала так, что стёкла в окнах на кухне дрожали:
— Ты себе что позволяешь? Ты почему со мной так разговариваешь?!
— Как вы со мной, так и я с вами, — спокойно ответила Лена, — вы же, Антонина Константиновна, выражений не выбираете, когда меня безрукой и бестолковой называете. И вообще, я хочу вас попросить: перестаньте лезть к нам с Валерием! Мы живём отдельно, вас никак не касаемся. Антонина Константиновна, мы рады будем видеть вас у себя в гостях, но пожалуйста, если приходите, то не нужно ни меня, ни моего мужа жизнь учить! Хорошо? И о визите своем желательно предупреждать заранее.
Антонина Константиновна с доводами невестки не согласилась. Как это так? Она, взрослая, мудрая женщина, жизнь прожившая, не имеет права на ошибки собственной невестке указать? Ушла она в тот день рано, и целую неделю на пороге съёмной квартиры сына и невестки не появлялась.
Со временем открытых конфликтов стало меньше, Лена перестала отмалчиваться, и у Антонины Константиновны пропало желание с ней спорить. Но порой, в некоторых вопросах их мнение всё же расходились, и если свекровь закусывала удила, разгорался скандал. Такой же, как и назревал сейчас.
Всяческое общение между Леной и Антониной Константиновной прекратилось три года назад. Мать Валеры перестала к сыну приходить в гости, чтобы «хабалку какую-то бессовестную не видеть». Лена же старательно игнорировала семейные праздники. один раз только пришла на юбилей к свёкру, и то только потому, что его она уважала. Дмитрий Анатольевич и сам страдал от выходки жены, но на развод не решался — всё-таки вместе прожили больше 35 лет, к вздорному характеру супруги он давно привык. Внука Антонина Константиновна видела исключительно на своей территории — сын пару-тройку раз в месяц Мишку привозил в гости к родителям. Валера и сам не очень любил такие вылазки. Мать всегда находила, к чему придраться, но он стоически терпел. Мать
всё-таки, ссориться с ней себе дороже.
Антонина Константиновна, когда узнала о том, что сын с невесткой день рождения внука собираются отмечать в кафе, тоже встала в позу. По её мнению, заведение общественного питания — не подходящее место для детских праздников. Валера ещё в первый раз, когда матери позвонил напомнить о предстоящем торжестве, выслушал кучу претензий.
— Вы вообще в своём уме? — бушевала Антонина Константиновна, — вы хотите, чтобы гости травились салатами, приготовленными неизвестно из чего? Я не пойму, почему в кафе? У вас квартира большая, в гостиной стол поставить, и всё. Все нормальные люди так делают!
Валера свою позицию до мамы пытался донести.
— Мам, это неудобно. Мы пригласили четыре семьи: вы с папой, тёща с тестем, Семёновы в полном составе — а это 4 человека — и Петровы. Их тоже четверо. Нас трое. Вот и посчитай. 15 человек! Разве такое количество народа уместится в нашей гостиной? Детям захочется побегать, развлечься. После ухода гостей придётся долго наводить порядок, мыть посуду. Да и к празднику ведь тоже, мам, готовиться нужно. Лена одна такое количество еды за вечер не приготовит — попросту не успеет. Мы ведь оба работаем.
— Ну и что? — взвилась Антонина Константиновна, — я хоть раз твой день рождения в кафе отмечала? То-то же! И накануне всю ночь тратила на то, чтобы к празднику подготовиться! И салатики резала, и горячее. И торт сама даже пекла! Всё к утру уже лежало в холодильнике. А жена просто у тебя лентяйка! Ей лишь бы поспать лишние три часа. Совсем о здоровье ребёнка не думаете! А если он отравится или гости ваши? Ты почему никогда о будущем не думаешь?!
Договорится с матерью не удалось. Сообразив, что переубедить сына не получится, Антонина Константиновна рявкнула:
— Раз вы такие упёртые, значит, мы с отцом на праздник не придём! Отмечайте где хотите. Если передумаете — позвонишь.
Валера положил трубку и протяжно вздохнул. Если сказала, что в кафе не пойдёт, значит, не пойдёт. Переубеждать бесполезно. И что делать? Отмечать праздник с одним «комплектом» бабушек и дедушек? Наверное, нужно с Леной посоветоваться. Может быть, она что дельное предложит…
Лена слушала супруга, не перебивая.
— И не знаю я теперь, Лен, как быть. С одной стороны, мы с тобой родители, и мы решаем, где и как праздновать день рождения нашего сына. А с другой стороны… Неправильно, если мама на него не придёт. Она обидится, до конца своих дней потом мне это припоминать будет! Вот что делать?
Лена мягко улыбнулась. Пожалуй, вот эта вот зависимость мужа от мнения мамы была главной его отрицательной чертой — во всём остальном супруг её полностью устраивал. Лена не хотела, чтобы из-за неё Валера бросал своих родителей, поэтому никогда она не требовала от мужа отказаться от близких.
— Валера, ты же прекрасно понимаешь, что если мы пойдём на поводу твоей мамы, то праздника вообще не случится. В квартире мы столько человек не разместим, значит, Петровым и Семёновым нужно давать отбой. Мы их уже пригласили, выйдет некрасиво. Они — наши хорошие друзья, нас просто не поймут. Моя мама, да и я сама с твоей мамой не ладим. Если стол я накрою дома, будет какой-нибудь скандал — мама твоя не упустит возможности или меня, или моих родителей подколоть. Мы ведь это уже проходили. Ты просто попробуй с ней поговорить ещё раз. Объясни, что ради ребёнка мы должны забыть о наших конфликтах. Он ведь ни в чём не виноват. Это мы с твоей мамой ссоримся, а для Мишки Антонина Константиновна так и останется любимой бабушкой. Ну неужели она только из-за того, что я в очередной раз на поводу у неё не пошла, захочет испортить детский праздник?
— Не знаю, — вздохнул Валерий, — с возрастом вообще всё только хуже становится. Раньше с мамой ещё как-то можно было договориться, а сейчас… Не переспоришь.
— А ты вот что ей предложи, — немного подумав, сказала Лена, — пусть она еду для себя и для папы с собой возьмёт. Я персонал предупрежу. Ну доплатим мы там им за неудобства немного. Если вдруг Антонина Константиновна не захочет деньги тратить на продукты, то тоже не проблема. Пусть напишет список, всё сами купим. Ей останется только приготовить так, как она привыкла. Может быть, удастся хотя бы так компромисс найти…
Валера повеселел.
— А что? Это неплохая идея! Позвоню маме, спрошу, может быть, и правда мирно всё уладим.
Муж вышел, а Лена закатила глаза. Будь её воля, она вообще свекровь бы на праздник не приглашала! Будет сидеть с кислой миной и гостям настроение портить. Но Миша к бабушке привязан… Слава богу, ненависть, которую Антонина Константиновна испытывает к ней, к своей невестке, на ребёнка не распространяется — бабушка внука любит.
Валера, чтобы спокойно с мамой поговорить, вышел на балкон. Набрал номер, послушал гудки. Мать наконец-то ответила.
— Что, передумали всё-таки? А я говорила, что так будет правильнее всего! Ну подумаешь, народу много пригласили… Как-нибудь потеснимся. Ну, или вообще количество гостей можно сократить. Например, Ленкиных родителей не звать! Всё равно они меня раздражают…
— Мам, послушай меня, пожалуйста, — мягко перебил родительницу Валерий, — мы не передумали. Но к тебе есть довольно интересное предложение. Если ты боишься отравиться в кафе, если ты не хочешь есть блюда, которые мы заказали, то приготовь просто еду для себя.
Антонина Константиновна опешила.
— Что значит «приготовь еду для себя»? Я в кафе должна прийти с лотками, внутри которых будут лежать салаты!? Валера, ты перегрелся что ли? Мне что, делать нечего?
— Мам, пожалуйста, дослушай. Не надо много готовить, будет нарезка, будут фрукты, бутерброды. Ты просто приготовь то, что любишь больше всего. Ну, салат свой фирменный, например. Или грудки утиные запеки, парочку штук себе, парочку штук папе. Да, наверное, на папу можно вообще не готовить, я с ним разговаривал, он не против поесть то, что в кафе предложат. Продукты мы купим, всё по списку. Вот что скажешь, то я тебе сегодня же и привезу!
— Да ещё чего не хватало, — взвилась Антонина Константиновна, — я думала, ты разумный человек, головой думаешь. А нет, каблук жены тебе, наверное, мозг повредил, совсем ничего не соображаешь! Заставить мать готовить для неё же еду вместо того, чтобы просто её послушать и день рождения ребёнка отметить дома… Это… Это я даже не знаю, как назвать! Не звони мне с этими глупостями, больше слушать ничего
Антонина Константиновна бросила трубку. Валера неожиданно разозлился. Он старается как лучше, а его за это подкаблучником называют! Ну и пусть сидит дома, а они, как и запланировали, праздник в кафе отметят. А мать сама пусть потом Мишке объясняет, почему его поздравить не пришла!
Праздник шёл так, как и запланировали: взрослые сидели за отдельным столом, что-то весело обсуждали, детей развлекал аниматор. В разгар торжества в зал вплыла Антонина Константиновна. В новом платье, с роскошной укладкой. Позади неё шёл Дмитрий Анатольевич — свёкор в руках нёс огромную коробку Лего.
— Бабуля, — обрадовался Миша, — ты пришла? А папа сказал, что ты приболела…
— Выздоровела, котёночек, — обнимая внука, Антонина Константиновна метнула осуждающий взгляд на сына, — разве я могу болеть, когда у тебя день рождения? Нет, конечно! А это от нас с дедушкой тебе подарок. Ты же, кажется, о таком мечтал?
Валера был свято уверен в том, что мама на день рождения к его сыну не придёт. Только Лена загадочно улыбалась. Она мужу о том, что ездила к свекрови и беседовала с ней лично, не рассказала. Да, поначалу они опять поссорились, но потом всё-таки удалось мирно договориться. Разговор вышел достаточно откровенным, много нового друг о друге свекровь и невестка узнали. Даже договор устный заключили, решили, что им обеим нужно вести себя спокойнее.
С невесткой Антонина Константиновна поздоровалась вежливо, но сдержанно. За весь вечер она не позволила себе в адрес Леры ни одной колкости. Валера никак своему счастью поверить не мог — по дороге домой он никак не мог успокоиться.
— Интересно, что произошло? Я маму не узнаю! Молчала весь вечер, улыбалась, нас не ругала. Праздник прошёл просто замечательно! Я, если честно, до сих пор в приятном шоке пребываю…
Лена пожала плечами:
— Может быть, твоей маме просто надоело капризничать? В любом случае, Валер, я рада, что именно так всё прошло. Единственный семейный праздник — и без скандала!
Невестка и свекровь учатся понимать друг друга. Пока дело идет со скрипом, но, по крайней мере, Лена в успех своей затеи верит. Может быть, когда-нибудь есть со свекровью даже подружиться удастся? Кто знает…
Спасибо за рассказ!
Спасибо)