Лена читала матери вслух. Буквы расплывались перед глазами от усталости. В комнате пахло лекарствами. На тумбочке стояли флаконы с таблетками. Сегодня она читала «Мастер и Маргарита», хотя знала, что мать предпочитала Чехова.
Кухонные часы мерно отсчитывали секунды. Елена поправила салфетки возле приборов и проверила стол. Сегодняшний вечер должен был пройти особенно хорошо. — Витя, ты готов? — крикнула она. — Маша сказала, они будут с минуты на минуту.
«Ты что вообще о себе думаешь?» Каждое слово Кирилла будто хлестало по щекам. Таня не понимала, что происходит. Ещё двадцать минут назад он был совсем другим. Ласковым, внимательным, весёлым, а потом она не выдержала и сказала ту самую замечательную новость, которую сначала решила приберечь на вечер.
Алина медленно опустилась на стул, не чувствуя ног. Лист бумаги в её руках дрожал, буквы расплывались. Уведомление из налоговой о необходимости подачи декларации о доходах от продажи недвижимости. Продажи.
Июньское солнце безжалостно палило крышу старенького автобуса, который вёз меня в родной городок. Четыре года. Целая вечность с тех пор, как я уехала, поклявшись себе не возвращаться без весомой причины.
У времени есть странное свойство — оно ускоряется, когда его остаётся всё меньше. Людмила Андреевна ощущала это каждое утро в своём дачном домике. Особенно сейчас, когда решение было принято, а дом вскоре перейдёт к новым хозяевам.
— Нина Андреевна, опять задерживаетесь? — Елена Павловна возникла в дверном проеме, брошь на её груди поблескивала. Нина сжала корешок книги, но ответила ровно: — Хочу навести порядок в фонде краеведения. Комиссия…
