Пластиковый электрический чайник стоял на газовой конфорке. Нижняя его часть уже начала плавиться, оседая на металлическую решетку. Анна молча выключила газ. Сняла испорченный прибор за ручку и опустила в металлическую раковину.
В четверг Нина получила посылку от матери. Коробка стояла у двери — почтальон оставил у соседки, та поставила под дверь и написала в мессенджер. Нина внесла коробку в квартиру, поставила на кухонный стол.
— Опять холодный ужин, — сказал Вадим, не отрывая взгляда от планшета. Анна стянула в прихожей сапоги. Пальцы на ногах онемели — автобус пришлось ждать минут сорок, а зима в этом году выдалась злая, с колючим ветром.
— Аня, ну хватит уже! — Димка стоял в дверном проёме кухни и смотрел, как жена швыряет тарелки в раковину. — Что опять? — А то ты не знаешь! Тамара твоя приходила. Борщ принесла. И заодно объяснила мне, что я лук неправильно режу. Лук, Дима! Мне тридцать один год! — Ну, она от сердца…
Визг дрели ударил по ушам резко, без предупреждения. Марина дернулась всем телом и выронила наушник на клавиатуру. На экране ноутбука застыло недовольное лицо начальника отдела маркетинга. — Марина Сергеевна, у вас там ремонт?
— Ань, только попробуй, — пригрозил супруге Виктор, — если я узнаю, что ты что-то сделала с моим ребёнком, то я сразу же от тебя уйду. В тот же день. Я с убийцей жить не буду! — Вить, она мне условие поставила, — рыдала Анна, — сказала, что общаться с нами перестанет, что внучку никогда […
— Толя, папу нужно искать! — кричала в трубку Маргарита, — куда он из больницы мог деться? Вот куда, скажи мне?! Я всех друзей его обзвонила, нашла номера бывших сослуживцев-афганцев — его нигде нет! Никто его не видел. В больнице папу навещала какая-то особа, и… — Какая особа?