— Марина Ивановна, хватит уже! Вы сказали, что приехали на пару дней, а живёте здесь уже месяц. Собирайтесь и уходите отсюда со своим мальчишкой. — Но, Нина Петровна, нам правда некуда идти. Мишенька ещё такой маленький…
Вера начинала готовиться к туристическому сезону уже зимой. Она работала по вечерам в своей маленькой уютной комнатке, которую снимала вот уже три года с тех пор, как переехала в этот небольшой курортный городок на юге.
Очередной жаркий июльский день подходил к концу. Раскалённое солнце немного поумерило свой пыл и скрылось за деревьями, уступив место прохладным сумеркам. Маша, скучавшая за стойкой регистрации, катала по ней стеклянный шарик.
Утреннее солнце пробивалось сквозь занавески в спальне, где Ольга медленно открывала глаза. Рядом тихо посапывал Андрей, его рука по привычке обнимала её за талию. Тридцать два года — возраст, когда женщина уже точно знает, чего хочет от жизни, и Ольга была уверена: вот оно, её счастье.
Соня осмотрелась вокруг. Все было на своих местах, все так, как она любила. Тишина морга успокаивала ее больше, чем суета больничных коридоров. — Соня Андреевна, пойдемте чай пить, — заглянула к ней Света, девушка, которая выбрала ту же профессию и сейчас проходила здесь практику.
Мира затянула последний болт на батарее отопления и вытерла пот со лба тыльной стороной ладони. Дом культуры постепенно оживал после капитального ремонта, и её работа подходила к концу. Горячая вода теперь текла во всех кранах, система отопления функционировала исправно. — Как успехи?
Анечка сидела за шкафом на чердаке и изо всех сил прислушивалась. На кухне бушевал её пьяный отчим Дима. Она уже по печальному опыту знала: он будет буянить часа полтора, а потом свалится на продавленный диван и заснёт мёртвым сном.
