— Дин, ну ты сама подумай головой. Кому ты нужна в этом техникуме? Руками работать надо, а не книжки листать. Дина молча ковыряла вилкой холодную гречку. Есть не хотелось. Хотелось встать и уйти, но идти было некуда — за окном моросил октябрь, а в кармане лежало сорок рублей.
— Макс, сегодня ты никуда не поедешь. Максим оторвался от ноутбука. Вера стояла в дверях кухни с телефоном в руке, какая-то бледная. — Что случилось? — Сатурн в оппозиции к твоему Солнцу. Я трижды проверяла.
— Всё, Катерина, кончилось наше счастье, — хмуро заявил Пётр Игнатьевич, вернувшись с ночного дежурства на ферме. — Что такое, Петь? Ты что, пугаешь? — отозвалась Катерина Васильевна, продолжая месить тесто.
Вчера в кафе за соседним столиком сидела женщина лет сорока пяти. Красивая, ухоженная, с дорогой сумкой и точёными чертами лица. Она листала телефон, периодически поглядывая на входную дверь. Ждала кого-то. Через полчаса к ней подошла подруга —
— Сын, так не бывает, понимаешь? Не бывает, — твёрдо заявил Юрий Евгеньевич. — А я говорю: бывает, — не сдавался Игорь. — Знаешь, почему ты так держишься за этого Николаевича? Потому что он убедил тебя в том, что так не бывает.
