Супруга покрылась алыми отметинами – благоверный с трудом привёл её в чувство: эти слова долетели и до жены.
– Твоя матушка прямо как престарелая баронесса из старинного романа: бродит и пророчествует! – проговорила Алиса, приняв успокоительное. – В общем, либо она уйдёт, либо я!
– Так что, место для празднования уже определила? – осведомился Пётр Николаевич.
Супруга его Алиса собиралась праздновать тридцатый день рождения. Муж прилагал максимум усилий, чтобы торжество его обожаемой половинки удалось на славу.
Пётр всегда считал себя баловнем судьбы в семейной жизни: он словно выиграл главный приз в лотерее!
Прежде всего, белокурая Алиса обладала не только привлекательной внешностью, но и острым умом: для природной блондинки это нечастое явление.
Кроме того, она осчастливила его появлением замечательного сыночка Серёжи: малыш появился на свет, когда Петру стукнуло сорок восемь.
Разве это не предмет для радости?
К тому же между супругами была значительная возрастная дистанция: ему приближалось к полувековому юбилею, ей исполнялось лишь тридцать.
Петра тешило осознание того, что среди множества поклонников очаровательная женщина остановила выбор именно на нём – довольно заурядном и неброском мужчине.
– Протри очки, Петруша! – твердила проницательная матушка Елена Михайловна. – Ей что-то от тебя требуется!
– С чего это обязательно что-то требуется? – без энтузиазма возражал отпрыск. – Неужели в меня невозможно по-настоящему влюбиться?
– Возможно, но только не для неё: я бы десять раз всё взвесила!
Однако он не стал взвешивать: девушка ответила ему симпатией!
Алиса приходилась дочерью его сослуживице, пригласившей Петра на домашнее торжество. Девушку явно польстило расположение седеющего вдовца, занимавшего высокий пост.
Пётр словно потерял голову, завоёвывая благосклонность красотки: с покойной супругой подобного не случалось.
Чувства в первом союзе, безусловно, присутствовали. Однако, вопреки молодости – они сочетались браком ещё в институте – отношения были намного размереннее.
Здесь же – настоящий вулкан страстей и переживаний.
Дочка уже стала самостоятельной и обосновалась с мужем в другой стране. Пётр принял решение о женитьбе, игнорируя возражения обеих сторон: сослуживицы, вскоре прекратившей с ним общаться, и родной матери.
Мол, вам не суждено быть вместе.
Однако какое понимание может быть у семидесятипятилетней матери, воспитанной в советские времена, когда дамы носили гофрированные причёски и трудились на стройках века?
А здесь – такое волнующее и захватывающее очарование!
Вскоре Пётр Николаевич превратился в счастливейшего человека на земле: они оформили отношения, и красавица перебралась в его трёхкомнатную квартиру.
На церемонию мать не явилась: это объяснили возрастными странностями. Хотя женщина сохраняла ясность рассудка.
Через некоторое время супруга произвела на свет прелестного младенца: Серёжа появился несколько преждевременно. Восторг «позднего» папы был безграничен: у меня наследник!
Однако даже рождение внука не побудило бабушку изменить отношение к невестке: Алиса не пришлась по душе матери супруга с самого начала.
Это не воспрепятствовало приглашению на первую годовщину внука: малышу исполнился год.
Елена Михайловна пришла, но повела себя необычно: особой нежности к симпатичному карапузу не выказала и словно постоянно что-то изучала.
– Благодари судьбу, что не нюхает! – прошептала супругу привлекательная Алиса и прибавила: – Держится, будто на пограничном контроле! А ты уверял, что у неё с головой порядок!
Сыну стало неловко: и правда, что с ней такое? Да, годы всё же берут своё, как ни крути!
Мать, не разделявшая всеобщего умиления, провела час и удалилась. На прощание обронила:
– На твоём месте я бы провела генетическую экспертизу.
Вслед за этим Алиса покрылась алыми отметинами – благоверный с трудом привёл её в чувство: эти слова долетели и до жены.
– Твоя матушка прямо как престарелая баронесса из старинного романа: бродит и пророчествует! – проговорила Алиса, приняв успокоительное. – В общем, либо она уйдёт, либо я!
Стоит ли упоминать, что в дальнейшем мать предпочитали не звать на семейные сборы.
И правда – так унизить человека беспочвенными подозрениями: Пётр и Серёжа же как две капли воды!
Мудрая пожилая мать не докучала: сын уже определился с выбором. На юбилейное торжество её тоже решили не звать, сославшись на её слабое здоровье: теперь они лишь периодически созванивались.
За пару суток до торжества на мобильный Петра поступило изображение от матери с лаконичной припиской:
– Протри очки.
Что способна отправить мать, погружённая в деменцию? Конечно, очередную гадость: старческое слабоумие не дремлет!
Пётр даже не собирался разбираться, а сразу хотел стереть эти «происки недоброжелателей».
Однако любознательность победила. И, как выяснилось позднее, не напрасно: на снимке была его Алиса с незнакомым типом.
Парочка расположилась в заведении у панорамного окна – какая беспечность! – и сплела пальцы на столе – совершенная глупость!
«Возможно, кузен?» – с оптимизмом подумал мужчина. Однако у супруги имелись лишь сёстры – братьев не было.
Пётр сам осознал несостоятельность своих предположений. Притом сейчас супруга, согласно версии, занималась в спортзале: с Серёжей остался он.
Это становилось серьёзным. Неужели она ему неверна? И мать окажется права: Серёжа – чужой ребёнок?
– Откуда у тебя это, мама? – упавшим тоном спросил позвонивший сын.
– От кенгуру! – отрезала матушка Елена и прибавила: – Сделай анализ, болван!
Настроение было хуже некуда. При этом заведение уже забронировано, и приглашённые оповещены! Мужчина буквально метался: как поступить?
Затем решил, подобно известной литературной героине, отложить размышления на потом! Вернее, после юбилея супруги.
Торжество удалось на славу: изысканное угощение, развлекательная программа, здравицы и презенты. Алиса радостно хохотала и льнула к супругу: в поздравлениях любящему Пете отводилось важное место.
У него возникла идея: махнуть рукой на этот анализ и продолжить прежнюю жизнь. Однако тревожные мысли уже начали точить душу.
Поэтому мужчина взял образцы, отнёс в клинику и стал дожидаться: это оказалось мучительно.
И старушка с деменцией, как именовала её за спиной невестка, оказалась права: отцовство исключалось. Действительно, Серёжа – не его ребёнок!
Теперь стали понятны алые отметины на лице супруги при упоминании свекровью анализа: удар достиг цели.
Заключение поступило на почту: мужчина изучил и остолбенел – все его чаяния рухнули.
Всё же сохранялась крохотная вероятность, что мать заблуждается, необъективно воспринимая очаровательную невестку из-за материнских чувств.
Как теперь быть? Закатить скандал и выставить изменницу из квартиры? Утаить результаты анализа и сберечь семью? Устроить разборки и простить?
Супруга, очевидно, не только вступила в брак беременной, но и продолжала гулять налево.
Пётр Николаевич осознал, что не сможет притворяться, будто ничего не произошло. Серёжу, разумеется, он не бросит, хоть тот ему и чужой. А как быть с Алисой – пока было туманно.
– Дорогой, ты ещё долго? – заглянула супруга: час был поздний, и прежде он бы всё отложил и поспешил в опочивальню.
– Ты укладывайся, а я ещё доделаю кое-что! – с усилием произнёс супруг: мысль об исполнении супружеских обязанностей была нестерпима.
Какова же она, негодница? Так бесстыдно обманывать! На что рассчитывает?
Впервые они почивали порознь. А Алиса поутру даже не спросила о причине – словно всё в порядке вещей!
Тогда простодушный супруг впервые задумался: возможно, с тем, другим, супруге было куда интереснее?
А у него, Петра, не всё так радужно в жизни? Почти два десятка лет разницы всё же…
К вечеру последующего дня истерзанный раздумьями Пётр Николаевич созрел для беседы.
Сценария не готовил – идей не было: будь что будет.
Собственно, беседы не вышло: он просто предъявил присланный матерью снимок и заключение экспертизы.
Супруга вновь покрылась алыми отметинами и безмолвно стояла, уставившись в экран и закусив губу.
Действительно, всё тайное становится явным! А виновата эта колдунья – мамаша: она первая что-то учуяла!
А как всё складывалось удачно! Эх, нет святой инквизиции – предать бы её огню!
– Тебе нечего мне поведать? – спросил огорчённый супруг.
– А что я могу поведать? – негромко отозвалась Алиса. – Лишь то, что в клинике могли напутать, но ты понимаешь, что это неправда.
Действительно, она была сообразительной, его Алиса. Или уже не его?
Но как могла всё это предвидеть пожилая матушка? Вот уж точно, материнская интуиция – провидица!
Вскоре супруга упаковала пожитки и удалилась с Серёжей: Пётр помог загрузить багаж в машину. Куда именно, супруг не уточнял: было очевидно, что она просто покинула его.
При этом не попыталась что-либо разъяснить, вымолить прощение и остаться. И отказалась, как принято говорить, от «материальных благ».
«Выходит, там ей будет комфортнее!» – подумал Пётр Николаевич и не стал препятствовать.
К чему? Чувств, вероятнее всего, с её стороны не существовало. А что существовало – уже не узнать.
А необходимое – реквизиты её счёта и номер – он знал.
– Мама, ты была права! – Пётр набрал матери сразу после отъезда супруги.
– Обвели вокруг пальца, Петенька? – донёсся из динамика нежный голос Елены Михайловны.
– Обвели! – с горечью подтвердил сын.
– Не горюй: лишняя твёрдость характера не помешает! Да и отпор давать проще будет!
Вот они, матери: умеют поддержать! И откуда всё ведают. Поэтому прислушивайтесь к матерям – дурного не присоветуют.
