— Она тебе не подходит, родной, — настаивала мать. — Сразу видно, какая она хищница. А ты поддался чарам, влюбился, мечтаешь о свадьбе. Она проглотит тебя с потрохами и даже не заметит!
— Мама, что ты такое говоришь о Даночке, — возразил Эдуард. — Она из тех девушек, которых обожают и балуют. Настоящая принцесса. Мне больше никто не нужен.
— Ещё вспомнишь мои слова! — воскликнула Любовь Викторовна. — Только будет уже поздно. К нам жить не приводи, даже не мечтай об этом.
Дана и Эдик познакомились в северной столице. Оба получали там высшее образование, затем начали карьеру, пересекались в дружеской компании. Молодые люди обнаружили много общего в своих увлечениях и взглядах на жизнь.
Однако их финансовое положение кардинально различалось. До получения диплома Дану обеспечивали мама с папой — у девушки был собственный автомобиль премиум-класса и комфортабельная съёмная квартира, где постоянно собирались друзья.
Банковская карта девушки никогда не пустовала, в её гардеробе были модные вещи, а холодильник ломился от деликатесов, о которых многие сокурсники могли только мечтать.
В студенческие годы Эдуард даже не рассматривался Даной как потенциальный партнёр. Да и романтических связей она тогда не заводила — родители мгновенно перекрыли бы денежный поток.
Однако после получения диплома, когда пришло время строить карьеру, Эдик неожиданно оказался весьма интересным вариантом.
Красный диплом открыл перед ним двери престижной компании с достойным окладом.
Одним словом, Дана благосклонно отнеслась к молодому человеку. Вскоре они стали жить вместе.
Дана не устраивалась на работу, занималась домом и, по её собственным словам, делала жизнь Эдика прекрасной. Его такое положение дел вполне устраивало.
К окончанию учёбы родители подарили девушке недвижимость в Петербурге. Арендная плата им была не нужна. Дана, не уставая на службе, пребывала в отличном расположении духа. Конфликты между ними случались редко.
В новогодние праздники Эдуард уговорил свою возлюбленную познакомиться с его семьёй. Однако чуда не произошло.
Лев Эдуардович и Любовь Викторовна остались недовольны потенциальной невесткой. Об этом они прямо заявили сыну. Ни подарки, ни попытки Даны поддержать светскую беседу не принесли результата.
После возвращения в Петербург Эдуард стал задумчивым и грустным. Он много времени проводил в раздумьях. И однажды предложил Дане кардинально всё изменить.
— Здесь слишком уныло и однообразно, Питер мне уже приелся за время учёбы. Может, найдём что-нибудь поинтереснее?
А пока временно перебазируемся в мой родной Нижний Новгород. Поживём там, а я параллельно поищу варианты в южных регионах.
— Договорились, но имей в виду — ты будешь полностью меня обеспечивать. И никаких возражений я не принимаю.
Я не собираюсь переезжать из культурной столицы в глубинку, чтобы потом выслушивать упрёки по поводу каждой потраченной копейки.
— Конечно, это же временно. Я прекрасно понимаю, что твои потребности выше среднестатистических. Не переживай, я справлюсь с этой задачей. Правда, жить нам придётся у моих родителей. Так будет экономнее и удобнее.
— Ты точно уверен? — уточнила у Эдика Дана. — Мы с твоими родителями не особо ладим. А ты предлагаешь поселить нас под одной крышей на несколько недель.
— Скорее, на несколько месяцев, Дэн, — уточнил Эдик. — Мне нужна стабильность. Здесь я совсем измотался и потерял энтузиазм.
— Хорошо, попробуем, — согласилась Дана. — Я готова рискнуть.
Они переехали в город, где вырос Эдуард. Его родители тоже без восторга отнеслись к перспективе совместного проживания с Даной. Они прямо заявили ей о своём недовольстве.
— Послушай, дорогуша, не надейся, что здесь тебя ждёт райская жизнь, — заявила Любовь Викторовна. — Обеспечивать мы тебя не собираемся. И будь добра, изучи наши традиции и устои.
Мы рано ложимся спать, много работаем. Видимся нечасто. Но это не значит, что мы тебе не рады. Это исключительно ради Эдика.
— Мне всё равно, — парировала Дана. — Это всё равно временная мера. Потом мы переберёмся куда-нибудь на побережье.
— Ещё неизвестно. И вообще, не питай иллюзий насчёт моего сына. Свадьбы я точно не допущу, — уверенно произнесла Любовь Викторовна. — Такие особы нашему семейству не нужны.
— Какие именно? — прищурилась Дана. — Любопытно, чем я вам не угодила. Мы ведь встречались всего один раз. И Эдичка ваш не наследный принц.
Да и вы не британская монархиня, чтобы рассуждать о достоинстве своего рода.
Когда Эдик жил в моей квартире в Питере, вас это устраивало, никто не возражал. А теперь откуда-то взялись претензии.
***
Противостояние продолжалось, мать постоянно упрекала Эдуарда за то, что он привёл Дану. А девушка не спешила менять привычный уклад жизни.
Она просыпалась ближе к обеду, затем неторопливо завтракала в кофейне, гуляла и возвращалась домой под вечер.
Свою недвижимость она сдавала бывшей однокурснице и теперь не зависела в финансовом плане от Эдика. Это ещё больше раздражало потенциальную свекровь.
Эдуард, похоже, расслабился в родных пенатах. Он без особого энтузиазма искал вакансии и, кажется, совсем забыл о планах на дальнейший переезд.
Мать пристроила его через знакомых, но доход Эдика существенно уменьшился. Теперь денег едва хватало на личные нужды.
К счастью, коммунальные платежи вносили родители. А холодильник всегда был полон продуктов, купленных ими.
Родители радовались возвращению Эдика в родные края. Дана вообще удивлялась, как они столько лет обходились без него.
Мать вовлекала Эдуарда во все дела. Будь то поездка на дачу, техническое обслуживание автомобиля или выбор новой посуды в магазине.
Выходные он теперь проводил только с матерью, иногда к ним присоединялся отец. Вместе они ездили на дачу, устраивали пикники, посещали торговые центры.
Дана жила словно в параллельной реальности. При этом её партнёр уверял, что у них всё прекрасно.
Спустя пару месяцев такого существования Дана решила серьёзно поговорить с Эдиком:
— Когда же мы наконец переедем? Ты вообще что-нибудь подыскиваешь? Ходишь на собеседования?
— Дан, а что тебе здесь не нравится? — поинтересовался возлюбленный. — Живём спокойно, напрягаться не нужно, всего хватает. Отличные же условия, чего тебе не хватает?
— Чего не хватает? — изумилась Дана. — Выполнения обещаний! Хоть бы для видимости обеспечивал меня. А то каждый раз, открывая холодильник, я чувствую себя воровкой, которая крадёт продукты у твоей матери.
— Да ладно тебе, вы привыкнете друг к другу, это естественный процесс адаптации. Когда мы поженимся, тебе всё равно придётся находить общий язык с моей матерью. Считайте это тренировкой.
— По-моему, я просто трачу время впустую, — задумчиво произнесла Дана. — С чего ты взял, что мы поженимся? Я просто отдыхаю после долгих лет учёбы.
И раз уж такая особа обратила на тебя внимание, мог бы постараться. С твоим дипломом мы бы запросто могли обосноваться в Дубае или хотя бы на Кипре.
Но мы застряли здесь и даже не можем выбраться в столицу на выходные. Потому что твоя мама каждые выходные тащит сыночка на дачу.
— Конечно, я помогаю родным, — огрызнулся Эдуард. — А ты вообще ничего не делаешь. Даже постель не заправляешь, мама делает это за тебя. И полы моет, и посуду.
— Разумеется, моет. Я ведь пыталась делать это сама. Но так и не смогла достичь высочайшего уровня твоей матушки.
Поэтому я доверила это важное дело ей. И вообще, с каких это пор ты стал предъявлять мне претензии по поводу ведения домашнего хозяйства?
Эдик молча хлопнул дверью, демонстрируя своё недовольство. А вечером Дану пригласила на беседу Любовь Викторовна.
Отец Эдика, Лев Эдуардович, традиционно дистанцировался от конфликта. Он вообще избегал контактов с Даной. Предпочитал делать вид, будто девушки в их доме просто не существует.
Зато мать Эдуарда такая ситуация не устраивала. Она твёрдо решила выдворить незваную гостью из своего дома.
— Скажи-ка, милая, — нараспев произнесла Любовь Викторовна, — ты надолго планируешь остаться без дела? Или всё-таки найдёшь себе занятие?
— А зачем? — поинтересовалась Дана. — Ваш сын изначально согласился меня обеспечивать. В моей семье женщины не работают, они украшают мир. А мужчины обеспечивают им достойную жизнь.
— Понимаешь, деточка, — Любовь Викторовна упорно избегала называть Дану по имени, — в нашей семье другие порядки. И если ты намерена здесь остаться, тебе придётся подчиниться другим правилам.
Кстати, я хотела попросить тебя вносить плату за проживание. Ты ведь занимаешь спальное место, пользуешься постельным бельём, берёшь продукты из холодильника.
В общем, я выяснила стоимость проживания в хостеле за месяц. И хочу, чтобы ты ежемесячно вносил двадцать тысяч за моё полное пансионное обеспечение.
— А Эдик знает о вашем коммерческом проекте? — с улыбкой спросила Дана. — Вы же понимаете, что не получите ни рубля. К чему этот разговор?
— Просто пришло время расставить все точки над «i», — ответила Любовь Викторовна. — Я хочу, чтобы ты исчезла. Навсегда.
— Меня сюда пригласил ваш сын. Пусть он сам мне это скажет, — настаивала Дана.
— Прекрасно, — повысила голос Любовь Викторовна. — Эдик, сынок, подойди сюда.
— Что случилось, мама? — на кухню вбежал растрёпанный Эдуард.
— Скажи этой особе, что ей пора исчезнуть. Она хочет услышать это от тебя, — надменно произнесла Любовь Викторовна.
— Мам, что происходит? — закричал Эдик. — Что за цирк ты устраиваешь? Я не собираюсь ничего подобного говорить.
— Будешь, я больше не намерена терпеть здесь эту наглую особу, — ответила мать.
— Хорошо, только уедем мы вместе. Собирайся, Дана, мы возвращаемся в Питер, — Эдуард явно пытался казаться решительным.
— Не позволю, — завопила его мать и повисла на шее у сына. — Эдичек, не бросай меня. Неужели эта особа настолько вскружила тебе голову?
Дана с изумлением наблюдала за этой сценой, затем усмехнулась и успокоила Любовь Викторовну:
— Не волнуйтесь, в Питер я действительно вернусь, но одна. Вашего драгоценного сыночка можете оставить себе. С меня хватит общения с этим человеком, который не может жить без мамочки.
— Но, Дана, мы могли бы снова жить вместе, — крикнул ей вслед Эдик.
Но Дана уже не слушала бывшего партнёра. Она уверенно и методично собирала чемодан.
Впервые за долгие месяцы девушка почувствовала себя по-настоящему счастливой и свободной. Квартира в Петербурге ждала её возвращения, а впереди открывались новые горизонты. Она понимала, что сделала правильный выбор, избавившись от человека, который так и не смог стать взрослым и самостоятельным. Родители всегда учили её ценить себя, и теперь она наконец поняла, насколько они были правы.
