– Слушай, ты чемодан-то собрал? – Света отложила телефон и посмотрела на мужа, который сидел на кухне и тупо пялился в окно. – Денис, ау! Через три часа поезд, а ты сидишь как неживой!
– Да собрал я, собрал, – Денис потёр лицо ладонями. – Блин, месяц в этой Калуге торчать… Как я там один, без тебя?
– Ой, да ладно тебе! – Света подошла, потрепала мужа по плечу. – Не в тайгу едешь. Гостиница там нормальная, завтраки включены. И платят хорошо – семьдесят тысяч за месяц, плюс суточные по восемьсот рублей. Мы как раз на ипотеку накопим и ещё останется.
Денису тридцать пять, работает прорабом в строительной фирме. Обычно на объектах в Москве и области, но тут подвернулся контракт в Калуге – ремонт старого ДК переделывают под торговый центр. Начальство пообещало премию, если уложатся в сроки.
– Светка, а может, ты со мной поедешь? – Денис притянул жену к себе. – Возьмёшь отпуск за свой счёт?
– Ага, конечно! – Света высвободилась. – Мне Ирка, директриса наша, такой отпуск устроит, что потом год расхлёбывать буду. И вообще, кто за Максимкой смотреть будет? Мама? Так она с утра до ночи в своей «Пятёрочке» на кассе сидит.
Максимке девять лет, третий класс. После школы – к бабушке, та живёт в соседнем подъезде.
– Ой, вспомнила! – Света хлопнула себя по лбу. – Моя подруга там живёт, Ленка Воробьёва! Помнишь, на свадьбе у нас была? Которая потом в Калугу переехала, муж у неё там какой-то бизнес открыл. Правда, они потом развелись, но она осталась. Работает в салоне красоты, стрижёт.
– Не помню никакую Ленку.
– Да как же! Полненькая такая, рыжая. Она ещё тогда с Колькой, твоим дружком, танцевала. Ты ещё ревновал.
– А, эта… Помню вроде.
– Вот! Я ей напишу, она тебе поможет освоиться. Покажет, где нормально поесть можно, не за бешеные деньги. А то ты у меня на одних пельменях из «Магнита» месяц протянешь.
– Свет, ну что я, маленький?
– Не маленький, но готовить не умеешь. Яичницу пожарить – и то проблема. Всё, решено, пишу Ленке.
***
На вокзале в Калуге Дениса встречала Лена. Он её сразу узнал – да, полненькая, но уже не рыжая, а крашеная блондинка. В джинсах и яркой розовой куртке.
– Денис! – она помахала рукой. – Ну что, приехал покорять нашу провинцию? Светка мне уже все уши прожужжала, какой ты у неё мастер на все руки. Пошли, подвезу до гостиницы.
В её старенькой «Приоре» пахло ванильным освежителем и сигаретами. На зеркале болталась ёлочка, хотя до Нового года ещё три месяца.
– Куришь? – спросил Денис.
– Бросаю вечно, – Лена завела машину. – То брошу, то опять начну. Стрессы, знаешь. После развода как начала, так и не могу остановиться. Ты куришь?
– Нет, бросил, когда Максимка родился.
– Молодец. А я вот безвольная. Ладно, поехали. Гостиница у тебя прямо в центре, рядом с тем ДК, который вы ремонтировать будете.
По дороге Лена болтала без умолку – про свой салон, про бывшего мужа-козла, про цены на продукты, которые опять поднялись.
– В «Магните» теперь курица по двести тридцать, представляешь? А была сто восемьдесят. Я теперь только по акциям покупаю, в «Пятёрочке» или в «Дикси».
Гостиница оказалась обычной – трёхзвёздочная, с обшарпанными коридорами. Номер маленький, но чистый.
– Ну вот, устраивайся, – сказала Лена. – Если что – звони. А вечером, если хочешь, приходи ко мне. Я борщ сварила, большую кастрюлю. Одной не съесть, протухнет.
– Спасибо, но неудобно как-то…
– Да брось! Какие неудобства? Я одна живу, скучно. Хоть поговорю с живым человеком. Адрес щас скину в WhatsApp. Часов в семь жду.
***
Лена жила в панельной пятиэтажке на окраине. Двушка, стандартная планировка. На стенах – обои в цветочек, на полу – линолеум под паркет. В зале – стенка из девяностых, диван с подушками в виде сердечек.
– Не смотри, что бардак, – Лена засуетилась. – Я после работы только успела борщ разогреть и салат нарезать. Оливье, любишь?
– Люблю, – Денис сел за стол, накрытый клеёнкой с фруктами.
– Это ещё от мамы осталось, клеёнка-то, – заметила Лена его взгляд. – Всё руки не доходят новую купить. После развода как-то на всё забила. Работа-дом, дом-работа.
За ужином выпили водки – Лена достала из морозилки «Пять озёр».
– Светка не обидится? – спросила она, разливая по рюмкам.
– Да не, она нормально относится. Сама иногда выпивает, по праздникам.
– Везёт тебе. Мой бывший как напьётся, так сразу скандал. То я не так готовлю, то не так одеваюсь, то денег много трачу. Достал, короче. Ушла от него. Квартиру эту мама оставила, так хоть есть где жить.
– А дети?
– Не получилось. Пытались пять лет, по врачам ходили. У него проблемы оказались. А потом он нашёл себе молодую, двадцать три года. Она ему через полгода родила. Видать, со мной проблемы были, не с ним.
Лена усмехнулась, но в глазах мелькнула боль.
– Да ладно, что о грустном. Расскажи лучше, как вы со Светкой живёте. Она счастлива?
Денис задумался. Счастлива ли Светка? Вроде не жалуется. Работа у неё в магазине косметики, зарплата тридцать пять тысяч плюс процент с продаж. Ипотека съедает двадцать пять тысяч в месяц, коммуналка – восемь. На жизнь остаётся немного, но справляются.
– Нормально живём. Квартира своя, ну, ипотечная. Сын растёт. Светка работает, я работаю. Обычная жизнь.
– Обычная… – Лена налила ещё по рюмке. – А любовь?
– Какая любовь? Одиннадцать лет женаты. Привычка уже.
– Грустно это. Я вот думаю иногда – неужели всё? Тридцать шесть лет, и всё? Работа, телевизор, сон. И так по кругу.
Денис смотрел на неё и думал, что она симпатичная. Не красавица, как Светка была в молодости, но милая. И глаза добрые, усталые.
– Не грузись, – сказал он. – Ещё встретишь кого-нибудь.
– Ага, принца на белом мерседесе, – Лена хмыкнула. – В нашей Калуге таких днём с огнём не сыщешь. Все нормальные мужики либо женаты, либо в Москву уехали.
***
Недели шли одна за другой. Денис с утра до вечера пропадал на объекте. Работы было навалом – старое здание разваливалось, приходилось укреплять стены, менять перекрытия. По вечерам он часто заходил к Лене. Она кормила его домашней едой – то щи сварит, то котлеты нажарит, то пирожки напечёт.
– Ты меня раскормишь, – смеялся Денис, уплетая очередную порцию жареной картошки с грибами.
– Ну и хорошо! А то худой какой-то. Светка тебя что, не кормит?
– Кормит, но она всё на диетах. То гречка без соли, то куриная грудка на пару. Следит за фигурой.
– А я вот не слежу, – Лена погладила себя по животу. – Какая есть, такая есть. Всё равно никому не нужна.
– Не говори так.
– А что? Правда же. Тридцать шесть лет, разведёнка, без детей, с лишним весом. Кому я такая нужна?
Денис не знал, что ответить. Он смотрел на неё и понимал, что ему с ней хорошо. Спокойно. Она не пилит его, как Светка, не требует денег на новые сапоги, не закатывает истерики из-за того, что он пришёл поздно.
– Знаешь, что самое обидное? – Лена налила чаю из старого заварочного чайника. – Я ведь хорошая жена была. Готовила, стирала, дом содержала в порядке. А он всё равно ушёл. К той, которая даже яичницу пожарить не умеет.
– Дурак твой бывший.
– Может, и дурак. А может, я скучная. Вот Светка твоя – яркая, энергичная. А я – серая мышь.
– Ты не серая мышь, – Денис взял её за руку. – Ты… уютная.
Лена посмотрела на него, и что-то изменилось в её взгляде. Она не отняла руку.
– Денис, не надо. Ты женат. У тебя семья.
– Знаю.
Но руку не отпустил.
***
Светка звонила каждый вечер, рассказывала про работу, про Максимку, жаловалась на цены.
– Представляешь, школьная форма теперь восемь тысяч стоит! За обычные брюки и рубашку! Хорошо, мама помогла, дала три тысячи.
– Угу, – Денис слушал вполуха.
– Ты к Ленке-то заходишь?
– Захожу иногда. Она меня кормит.
– Ну и молодец она. Одинокой женщине хоть какая-то радость – гостя накормить. Ты там не обижай её.
Денис чуть не поперхнулся. Если бы Светка знала, что он уже неделю ночует у Лены. Что они любовники. Что он врёт про поздние смены, а сам сидит с ней на кухне, пьёт чай и думает о том, как не хочет возвращаться домой.
– Денис, ты слушаешь?
– Слушаю. Устал просто.
– Ну потерпи, осталось две недели. Скоро дома будешь. Я тут, кстати, диван новый присмотрела в «Хофф», по акции. Двадцать пять тысяч вместо сорока. Возьмём?
– Зачем нам новый диван? Старый нормальный.
– Какой нормальный? Ему десять лет! Пружины торчат. Всё, решено, покупаем.
Денис промолчал. Светка вечно что-то покупала, меняла, переставляла. Не могла жить спокойно, ей нужно было постоянное движение.
***
За три дня до отъезда Денис сидел у Лены на кухне. Она плакала.
– Я знала, что так будет. Знала, что ты уедешь. Но всё равно надеялась…
– Лен, не плачь.
– Как не плакать? Ты уедешь к своей Светке, к сыну. А я опять одна останусь. Как была.
– Лена, я…
– Не говори ничего. Я всё понимаю. У тебя семья, ребёнок. Ипотека эта чёртова. А я так, интрижка курортная. Только курорт у нас – город Калуга.
– Ты не интрижка.
– А кто? Любовь всей жизни? – Лена вытерла слёзы. – Не смеши меня. Иди к своей Светке. Забудь про меня. Так будет лучше для всех.
– А если я не хочу забывать?
– А придётся. Что ты ей скажешь? «Светка, я встретил толстую разведёнку-парикмахершу и теперь хочу жить с ней»? Она тебя на порог не пустит. И правильно сделает.
– Она не толстая. И вообще…
– Иди, Денис. Просто иди.
***
В Москву Денис вернулся в пятницу вечером. Светка встретила его на вокзале, нарядная, в новом пальто.
– Соскучилась ужасно! – она повисла у него на шее. – Максимка тоже ждёт, я ему пообещала, что ты пиццу привезёшь. Зайдём по дороге в «Додо»?
Дома пахло свежей выпечкой. Светка напекла пирожков с капустой – Денис их любил.
– Диван завтра привезут, – щебетала она. – Я ещё и шторы новые заказала, бежевые. И знаешь что? Маринка с работы предложила в Турцию слетать, горящая путёвка. Всего по тридцать тысяч с человека за неделю, всё включено! Максимку маме оставим.
– Свет, мне надо тебе что-то сказать.
– После ужина поговорим. Садись, остынет же! Максим, папа приехал!
Сын вбежал в кухню, бросился отцу на шею.
– Пап, ты пиццу привёз?
– Привёз, в прихожей.
За ужином Светка рассказывала новости, Максимка показывал отметки в дневнике, требовал внимания. Денис смотрел на них и понимал – он не может их бросить. Не может сказать: я полюбил другую. Не может разрушить этот мир, пусть и не идеальный, но свой.
После ужина, когда Максимка ушёл спать, Светка прильнула к мужу.
– Соскучилась я по тебе. Холодно без тебя в постели было.
– Свет, я…
– Что?
Денис посмотрел в её глаза – карие, с зелёными искорками. Красивые глаза. Когда-то он в них влюбился.
– Ничего. Устал просто.
– Ну ладно отдохни. Завтра выходной, выспишься.
***
Прошло три месяца. Денис вернулся к привычной жизни. Работа, дом, семья. По выходным – к тёще, та кормила блинами и жаловалась на здоровье. Максимка подрос, начал хуже учиться – приходилось заниматься с ним математикой по вечерам.
Лена написала один раз, через неделю после его отъезда: «Как ты?» Он ответил: «Нормально». Больше она не писала.
Иногда, лёжа рядом со спящей Светкой, Денис вспоминал калужскую кухню, запах борща, Ленины руки, её усталые добрые глаза. Думал о том, что было бы, если бы остался. Может, был бы счастливее? Или наоборот?
Светка во сне повернулась, обняла его.
– Не спишь? – пробормотала сонно.
– Не сплю.
– О чём думаешь?
– Да так, о работе.
– Не думай. Спи давай.
Она уткнулась ему в плечо, засопела. Денис лежал с открытыми глазами и думал о том, что жизнь – странная штука. Иногда счастье – это не то, что ты выбираешь, а то, от чего отказываешься.
В телефоне пришло сообщение. Он осторожно взял аппарат, посмотрел. Лена: «Выхожу замуж. За клиента из салона. Хотела, чтобы ты знал».
Денис удалил сообщение. Закрыл глаза. Жизнь продолжалась.
***
Через год Светка забеременела. Второй ребёнок не планировался, но она решила рожать. Денис взял подработку – надо было гасить ипотеку и копить.
Лена родила дочку. Денис узнал об этом от общей знакомой, которая приезжала в Москву. Говорят, муж у неё хороший – владелец автосервиса, на десять лет старше. Любит её, балует.
Иногда Денис думал позвонить, поздравить. Но не звонил. Незачем ворошить прошлое.
Светка родила дочку. Назвали Варей. Денис смотрел на крошечный свёрток в роддоме и понимал – вот оно, его счастье. Не яркое, не страстное. Обычное. Но настоящее.
А той калужской осенью была просто усталость и одиночество двух людей, которые на миг согрели друг друга. И правильно, что разошлись. У каждого своя судьба.
