— Опять холодный ужин, — сказал Вадим, не отрывая взгляда от планшета. Анна стянула в прихожей сапоги. Пальцы на ногах онемели — автобус пришлось ждать минут сорок, а зима в этом году выдалась злая, с колючим ветром.
Аня, конечно, не помнила, когда именно это началось. Наверное, не в один день. Просто в какой-то момент оказалось, что в этой квартире у нее нет своего угла, а все ее решения невидимым ластиком стирает чужая рука.
Люба узнала про Костю от своей двоюродной сестры Тамары, которая работала в той же поликлинике. — Слушай, к нам мужик один ходит, на массаж записан. Вдовец, с мальчишкой. Приличный такой, тихий. Мальчишке лет семь-восемь. И никого у них нет, представляешь?
Света разложила на кухонном столе бумаги — так, чтобы Костя увидел сразу, как войдёт. Договор с графиком платежей и план квартиры с карандашными пометками: тут детская, а в углу — стеллаж для его удочек. Костя пришёл в половине восьмого, скинул ботинки прямо у порога, прошлёпал на кухню. — Это что?
— Да? Почему мои-то родители должны за всё это платить? — возмущался Марк, — Неля, мы с тобой как договаривались? Свадьба будет скромной. Да, в ресторане. Да, в белом платье… Тебя куда понесло? Завтра ты что, потребуешь, чтобы у нас на свадьбе выступала какая-нибудь звезда мирового масштаба?
