Вера стояла у окна и смотрела, как во дворе на детсадовской площадке мальчишка лет пяти упрямо карабкается на горку. Снова и снова. Падает, встаёт, лезет. Мать сидит на лавочке, уткнувшись в телефон. «Димке тоже было пять, когда он вот так же лез на эту горку», — подумала Вера и отвернулась.
— Господи, как жить-то теперь? — не сдержавшись, старушка заплакала. — Ребят чем кормить? 12 тысяч ведь унесла, почти всю пенсию! Клавдия Андреевна дрожащей рукой утирала набежавшие слёзы. Всего 3 дня назад она получила пенсию, а сегодня, заглянув в тайник, денег пенсионерка не обнаружила. Они исчезли!
— Лен, да разве это реабилитационный центр? — спрашивала Ольга, — это тюрьма самая настоящая! Здесь нет ни психологов, ни врачей, нас не лечат ни физически, ни ментально. Нас заставляют зимой лезть в прорубь, мы тяжело работаем каждый день! Лен, что это за терапия такая?
