– Моя роль – родитель, а вовсе не кассовый аппарат. Финансы можешь получить через кредитную организацию, коли возникли затруднения.
Рекомендацию мог бы предложить, однако какая в том польза, раз постоянно поступаешь вопреки моим словам и действуешь самостоятельно.
К чему привели твои самостоятельные решения? Твои братья же…
– Больше не выношу подобного, Алиса, – сетовал Тимофей подруге вслед за последним посещением родного гнезда. – Лишь поведал родителю о своих намерениях, поделился замыслами – он немедленно начинает критиковать и мои решения, и мой путь.
Ничто его не устраивает, ничто не подходит! Более того – даже когда действую согласно его наставлениям либо требованиям – неизменно оказываюсь неудачником, бесполезным и ничтожным.
Вслед за подобными беседами у меня пропадает желание не только действовать – существовать не хочется.
– Твой родитель не состоит ли в родстве с моей родственницей? Признаки совпадают, – усмехнулась Алиса и, размешав сахарный песок в напитке, попробовала немного.
Сделав глоток, довольно кивнула – и придвинула к Тимофею вторую чашку.
– Выпей кофе, все образуется.
– Конечно, образуется при подобном родителе. Старшие братья действуют аналогично, словно близнецы-двойники. Присутствуют рядом, лишь соглашаются с его речами…
– Их позицию можно осознать – покуда ты играешь роль жертвенного барашка, твой родитель их оставляет в покое. Исчезнешь ты – начнет терзать их.
– Откуда тебе известно?
– Через кузину. Когда я прервала контакты с родственницей – она принялась выискивать новые мишени среди родни.
Моя двоюродная сестрица принадлежит к категории людей, которые на слово отвечают грубостью, ей наставления не прочтешь.
– Хотелось бы обрести подобный характер, чтобы отправить подальше и не позволять читать себе морали. Однако ты знакома с моим нравом.
– Существует возможность либо умалчивать информацию, либо притворяться несчастным.
– Каким образом?
– Послушай, твой родитель начинает выступления, когда ты делишься каким-либо успехом или удачным замыслом.
Попытайся действовать наоборот. Говори, что обучение никуда не годится, наставники цепляются, напрасно туда поступил…
И он подтвердит сверху, дескать, следовало прислушиваться к нему – и все было бы прекрасно. Больше добавить ему нечего, ни убрать, ни приложить.
Истинное же положение дел не раскрывай, дабы не предоставлять основания для порчи настроения.
О чем вы беседовали сегодня?
– Поведал о намерениях. Говорю, служба достойная, оплата приличная. Следует накопить средства и спустя несколько лет приобрести строение в селе.
Полсотни километров от мегаполиса – а стоимость недвижимости совершенно иная.
Он принялся объяснять, насколько трудно и тяжело существовать в сельской местности.
– Погоди… Сам-то он проживал в селе когда-либо?
– По моим сведениям, никогда. Однако в его речах присутствует здравое зерно.
Собственное строение – это постоянные расходы на различные нужды. То кровля, то вход, то хозпостройка…
– Скажу как уроженка села, что кровельные работы производятся единожды за два-три десятилетия.
Современные технологии и материалы таковы, что при качественном исполнении ее не сносит ураганом, не продавливает снежными массами, не пронизывает ливнем.
Конечно, существуют поклонники натуральной соломы и подобной ерунды, однако настоящее покрытие из профлиста два десятилетия служит без проблем.
Утверждают даже, что волнистые листы, при всей своей бюджетности, полтора десятка лет функционируют исправно.
С входной группой, между прочим, аналогичная ситуация.
Конечно, если приобретаешь разрушенное строение, полученное кем-либо по наследству от престарелых родственников, тогда очевидно – труда предстоит множество изначально.
Однако ты осознаешь, что приобретаешь и планируешь предварительно: либо экономнее и дольше заниматься ремонтом, либо дороже, однако избежать трудностей хотя бы первые несколько лет после приобретения.
– Понимаю, – невесело усмехнулся Тимофей. – Однако родитель, даже если выскажешь ему все прямо, неизменно отыщет повод для критики.
– Не предоставляй оснований. Повторяю – либо «все ужасно», либо «нормально» и без деталей.
Твои нервная и сердечная системы еще потребуются в дальнейшем существовании, поверь.
– Понимаю, – вновь выдавил невеселую усмешку юноша. – Благодарю за поддержку.
– Мы же союзники, разве не так? Вроде как, долг поддерживать друг друга в сложный период.
Между прочим, разъясни мне один момент, наш преподаватель юриспруденции вновь запутал формулировки и я не могу разобраться…
Методику Алисы Тимофей испытал спустя полмесяца, когда вновь направился в отчий дом с визитом учтивости.
Матери, традиционно, не было дела ни до Тимофея, ни до пары старших наследников.
Ее безразличие Тимофею было привычным, особенно после откровения, что матушка потомства вовсе не желала, однако супруг настоял, потому пришлось производить на свет и воспитывать.
И что она давно покинула бы мужа, будь у нее возможность. Когда-то в прошлом Тимофей огорчался из-за отсутствия материнской любви, теперь же ему было абсолютно безразлично. Он бы, по правде, все отдал, лишь бы безразличным стал родитель.
– Вот и пожаловал, позорище нашего семейства. Давай докладывай, что натворил, пока без присмотра болтался, – начал родитель приветственную тираду.
– Ничего особенного, – пожал плечами Тимофей.
– Неужели абсолютно ничего? И ни единой глупой мысли в твою пустую башку не забрело?
– Какие там мысли? Существование – кошмар, все окружающие – мерзавцы, светило – тусклая лампа, – процитировал Тимофей изречение самого родителя. – В учебном заведении достали окончательно, наставники цепляются, Алиса намерена бросить меня ради какого-то субъекта, которого дважды встречала, – его основательно понесло.
И следующие тридцать минут он, сдерживая внутреннее веселье, живописал родителю все свои выдуманные беды и несчастья.
А завершил все внезапно возникшей мыслью.
– Возможно, ты мог бы выделить мне средств, для преодоления тяжелого этапа?
– Моя роль – родитель, а вовсе не кассовый аппарат. Финансы можешь получить через кредитную организацию, коли возникли затруднения.
Рекомендацию мог бы предложить, однако какая в том польза, раз постоянно поступаешь вопреки моим словам и действуешь самостоятельно.
К чему привели твои самостоятельные решения? Твои братья же…
Это оказалось чем-то необычным. Чтобы родитель, да не принялся читать наставления и пытаться очернить его существование, мгновенно переключившись на братьев – это в чаще должно было случиться что-то невероятное.
Забавнее всего, что под конец, когда Тимофей готовился покинуть гостей, родитель изрек, нахмурив брови.
– Послушай, наследник. Пока свои обстоятельства не исправишь – лучше не появляйся. Не хватало еще окружающим узнать, что ты к нам попрошайничать являешься.
Выходит, вот так элементарно? Он не понимал, как тактично отклонить обязательные посещения родителя каждые полмесяца, а требовалось всего лишь…
Он просто обязан теперь сочетаться браком с Алисой. Ведь спутницу с подобным интеллектом он определенно больше нигде не отыщет, а поскольку собственного разума у него недостаточно (ведь до этой тактики не додумался) – правильнее связать судьбу с человеком, который компенсирует его недостатки.
Алиса, которой он сделал предложение спустя четыре недели, дала согласие. Однако попросила оформить союз уже после получения дипломов.
– Я усопшему отцу пообещала, что вначале получу образование, а затем уже регистрация, чтобы не дай бог не уйти вместо декретного в академический.
У него была навязчивая идея на эту тему. Понимаю, что он уже не узнает, однако раз обещание дано – его следует выполнить.
Тимофей согласился. И непосредственно после выпускного, договорившись с Алисой, определил дату бракосочетания.
Родителя с братьями он позвал, однако вместе с Алисой сообщил им, что средств на проезд для них у новобрачных совершенно нет, потому пожалуйте в отдаленное село за собственный счет.
– Так и предполагал, что ты в приемыши пойдешь, – едва не выплюнул родитель. И вновь велел наследнику, чтобы путь в его жилище забыл.
Тимофей, уже покинув прежнее семейное гнездо, довольно усмехнулся. И уже спускаясь по ступеням, был остановлен внезапной репликой Алисы.
– Полагаю, поскольку мы намерены обосноваться поблизости от моей матушки, тебе также следует кое-что узнать.
– Что именно? – мысленно юноша напрягся.
О матери Алиса до этого отзывалась исключительно положительно. Неужели теперь выяснится, что в семействе возлюбленной скрыты свои тайны?
Конечно, покидать ее Тимофей бы не стал, однако было бы досадно выяснить, что будущая свекровь, к примеру, страдает зависимостью от препаратов или не может существовать без спиртного. Либо является последовательницей какого-нибудь культа.
– Ничего особенно ужасного, – немедленно развеяла его тревоги Алиса. – Просто моей матушке не следует сообщать то, о чем ты не желаешь оповестить три соседних поселения.
– Ах, – значит свекровь просто обожает поговорить.
Это Тимофею было не страшно. В сравнении с его родителем это так, мелочи.
Отпраздновав бракосочетание, молодожены занялись обустройством своего семейного очага. С дедушкой внука не знакомили, да и вообще не стремились контактировать.
Он также не звонил целых тридцать шесть месяцев, пока не позвал на погребение среднего наследника.
– Любопытно, что же произошло, что у человека в тридцатилетнем возрасте случился сердечный приступ? – словно в пустоту произнесла вопрос Алиса.
Тимофей содрогнулся, отлично осознавая, что именно произошло.
Как там Алиса говорила еще в студенческие времена? Что родитель станет выискивать новую мишень? Что же, отыскал. Кто следующий в очереди?
Наблюдая, как прямо на погребении отчитывает родитель старшего наследника, Тимофей уже осознал, что быть следующим жертвенным агнцем не ему.
Ему-то что поведаешь или в чем упрекнешь? Он же неудачник… В приемышах у супруги обитает, к горячительному прикладывается, азартными играми вот недавно увлекся, за что супруга грозится из жилища выставить…
А в действительности-то существует в итоге благополучнее братьев. Точнее, теперь уже – благополучнее единственного оставшегося брата. Однако родителю об этом, разумеется, узнавать не следует.