Блин, ну вот опять эта Ксюха лазает по шкафам. Чё она там ищет? А, печеньки нашла с шоколадом. И из холодоса шоколадку достаёт, ломает.
– Так, нормально вроде.
Чай себе бухнула с какой-то травой – типа успокаивает, хрен знает. Всё это добро на поднос накидала и к дочке потащилась.
– Кать, я тут… ну это… чай принесла. Садись давай, попей. С травками он, полегче станет вроде.
– Мам, отстань, не хочу ничего, – Катька сидит, сопли размазывает.
– Да хорош уже! Блин, девятнадцать лет тебе! Ещё этих Димок… да их вагон будет! И получше найдутся, чё ты как… ну в общем, чё ты на нём зациклилась?
– Не надо мне других! Он нужен мне. Мам, ну как так можно было? Как он мог? – и опять ревёт Катька во всю глотку.
– Да чё с него взять-то? Пацан обычный, девятнадцать лет. Ещё не нагулялся просто.
– Мы ж про семью говорили! Про будущее! А тут – не нагулялся! Все они, блин, одинаковые! Побегать только и надо!
– Не, ну ты того… не все такие. У всех свои тараканы. Кому семью рано хочется, а кому ещё погулять. Главное – найти того, у кого тараканы в твою сторону смотрят. Ну, типа того.
– Я ж видела! Видела, как он на эту Машку пялился! Мы когда все тусили – она подойдёт, он сразу такой весь из себя! Внимание на себя тянет! И она… подруга, блин! Всё мне «ты самая-самая», а сама… сама за спиной с моим… – Катька уже вроде поспокойнее, чай хлебает, шоколадку грызёт.
– Кать, ну смотри… Да, обидно, понятно. Но вот представь – вы б поженились, детей нарожали. А потом бы – бац! – выяснилось, что он с этой Машкой или ещё с кем… того. Так что считай – легко отделалась даже. Выиграла типа. Так что давай, хорош сопли жевать. Завтра пойдём шмотки покупать. Помнишь то синее платье? Которое я хотела, а ты – не-не-не? Вот завтра померяешь. Зайдёт тебе, я знаю.
Ещё посидели, поболтали о всякой фигне. Когда она вроде отошла, я свалила оттуда.
Блин, я ж себя помню в эти годы! Девятнадцать лет! Любая хрень кажется – всё, конец света, жизни нет. Первая любовь там, первые отношения. Прикольно же вроде. Но обычно всё это… ну как обычно заканчивается? Расходятся, сердце типа разбито, и кажется – всё, больше никогда, никого, вообще.
Но это всё туфта полная. Потом опять будет. И симпатия всякая, и интерес, и любовь даже. Но уже не такая дурацкая. Поумнее будет, поглубже. Когда уже хоть примерно понимаешь, чего от мужика хочешь. Ну, запросы там, границы всякие.
Дальше мы это… лечили Катькино разбитое сердце усиленно. По магазинам таскались, в кино ходили. Даже, блин, в массажный салон зарулили – во как!
Ей вроде полегче становилось. Хотя иногда из универа придёт – опять ревёт, ноет:
– Они там… они на переменах за ручки! Обжимаются, целуются! При мне, блин! А сегодня, представь, иду мимо – Машка мне такая: «Привет, Кать! Чё не здороваешься?» Совесть вообще потеряла! И Димка стоит, лапает её и ржёт!
– А ты здоровайся! Не, серьёзно, подойди к Машке и спасибо скажи!
– Чего? Мам, ты вообще в своём уме?
– А я серьёзно! Подойди и поблагодари от души!
– За что это?
– За то, что Димку увела! Хорошо ж, что ты с ним семью не завела. Если человек раз изменил – изменит и второй, и третий. Ты себе нормального найдёшь. А она пусть… пусть всю жизнь трясётся – на работе он или к кому заехал?
Катька аж вся засияла. Улыбается.
– Мам, круто! Ха-ха! Я так и сделаю! Пусть думает. А то ходит такая довольная, как будто… ну не знаю… клад нашла.
Я пошла посуду мыть. Катька в телефоне сидит, довольная.
Да, понимаю… вся эта возня – фигня полная. Пять месяцев всего встречались. И то – в универе рядом сидели, вечером с компашкой гуляли. Ерунда, а не трагедия. Но это я так думаю – мне 42. А для неё – конец света, понимаешь?
Короче, не зря старалась. Катька быстро забыла про всё. Опять с подружками по выходным стала выбираться. С какими-то пацанами гулять начала. Сначала не признавалась, но я в окно увидела – кто-то её провожал. Потом сказала – да это так, друзья типа. Ничего серьёзного.
Через пару месяцев от Димки и воспоминаний не осталось. Они даже общаться стали – и с ним, и с Машкой. Но по-дружески. Без обид там, ревности.
А потом Катька как-то… расцветать начала, что ли. Юбки стала чаще носить – раньше в штанах вечно ходила. Утром краситься ярче, духами обливается.
Вроде ничего такого – молодая девка, за собой следит. Но я ж… ну понятно же – завёлся кто-то у дочки.
Пыталась выведать – фиг там.
– Да нет никого, мам. Просто тепло сегодня, я вчера в штанах упарилась – юбку надела. С духами перестаралась просто. И тени… ну палетка два года валяется, надо ж использовать!
Я делала вид, что верю. Не стала торопить – сама расскажет, когда время придёт.
– Мам, я сегодня задержусь. Виктор Семёнович – ну, философия у нас – допы перед экзаменом решил провести. Материал закрепить типа, – говорит как-то утром Катька.
– Да-да, конечно. Позвони только как выйдешь. – Опять делаю вид, что верю. Ещё бы! Юбку носит, потому что жарко зимой в штанах – это я ещё могу поверить. Но чтоб у неё любовь к учёбе проснулась? К философии? Чтоб сама на допы ходила? Да ну нафиг.
Вечером, часа через три после пар, звоню:
– Кать, ты ещё там? На занятиях? – прям с усмешкой спрашиваю.
– Мам, да, но уже всё, освобождаюсь. Домой пойду щас.
– Кать, хорош маму дурить. Это тупо. Бери своего «Виктора Семёновича» и валите домой. Философы, блин!
– Ну… эм… ну щас, мам…
Меньше часа прошло – звонок в дверь.
Ну, думаю, наконец-то познакомит с парнем!
Открываю дверь. Стоит Катька с… с мужиком лет пятидесяти, блин! В пальто таком строгом, костюме. Портфель кожаный в руках.
– Ээээ… Семён… Викторович? – я вообще в ступоре.
– Мам, это Виктор Семёнович. Мой препод по философии.
– А… э… здрасьте! Блин, неловко как. Я думала… а вы и правда… – бормочу что-то.
– А это моя мама – Ксюша.
– Вы заниматься будете? – спрашиваю.
– Мы на чай пришли, ты ж сама звала! – смеётся Катька.
– Я думала… ну ладно. Чай так чай.
За столом сидим, я у препода спрашиваю:
– Как у Кати с философией? Сложная же штука. Успехи есть?
– Конечно! Катя очень способная! Успехи есть! – смеётся и по плечу Катьку гладит.
Я решила не заострять внимание.
– Устали, наверное? Занятия, потом ещё допы для студентов…
– Да что Вы. Мы с Катей в кино ходили. Отдохнули.
– В кино? Вдвоём? – вырывается у меня.
– Ну да, вдвоём!
– А допы? Экзамен же…
– Катеньке не стоит переживать за экзамен. Да и фильмы она любит. Девушек развлекать надо.
У меня в голове всё перемешалось. Кто передо мной – не понимаю. Но для препода слишком близко он с Катькой.
Когда чай допили, он ушёл. Катька проводила.
– Кать, нам поговорить надо!
– Давай, мам!
– Этот Виктор Семёнович – он тебе кто?
– Ну… мой парень!
Я чуть со стула не упала.
– В смысле?
– Ну мам… Не знаю, как назвать. Мужчина, который старше. Ну, мой мужчина.
– Кать, он старше меня! В отцы тебе годится!
– Мам, ему 46. На 4 года старше тебя всего!
– Кать, это мало. Но ты с ним встречаешься, не я! Он в отцы тебе годится! Вокруг пацанов полно твоего возраста. Что тебя с ним связало? Какие интересы общие?
– Мам, я с ровесником пробовала. Хватит. С ними скучно, непонятно. Сегодня любовь, завтра с другой. А с мужчинами – другое. Надёжно. Знаешь, что будет завтра. Разве не круто?
– Не круто, Кать. Да, не повезло с последним. Но жизнь начинается! Не все как Димка!
– Не хочу как Димка. И других не хочу. Мне с мужчиной лучше. Всё, мам! Либо принимаешь, либо не говорим об этом! – хлопнула дверью, ушла.
Сижу на кухне. Давление, блин, скакануло.
Почему она выбрала мужика вдвое старше? Почему ровесников мало? Да, серьёзности от них не дождёшься, но не обязательно же сразу жениться. Погуляют, отучатся, потом о будущем думать.
Всем по 19 было, у всех отношения заканчивались слезами. Но люди ж дальше живут, новые строят. А не в крайности кидаются – раз не повезло, все такие.
Лезу в телефон: «дочь встречается с мужчиной старше».
Начиталась всякого. Короче – нельзя запрещать. Испортишь отношения. Может, для разнообразия. Перебесится, поймёт, что молодой нужен.
Ладно, жду. Набегается – бросит. А если буду ныть, что он не пара – меня потом обвинит.
Недолго ждала. За ужином Катька:
– Мам, мы расстались с Виктором Семёновичем! – ковыряет котлету.
– О, класс! То есть… почему? Ты как?
– Нормально. Друзьями остались. Он классный собеседник, болтали часами. Но мы разные. Приоритеты, цели. Ты ж говорила?
– Да, помню! Отлично! Не грусти, всё впереди!
Хотя она и не грустила особо.
Две недели прошло. День рождения близится. Просила телефон на 20 лет. Я весь год копила. Чуть-чуть не хватало.
– Мам, поговорить хочу… – за завтраком Катька.
– Слушаю.
– У меня ухажёр. Игорь. Чтоб ты знала и детектива не изображала.
– Хорошо, спасибо за доверие!
– И про телефон. Можешь другое подарить. Игорь подарит!
– Игорь? Телефон? Дочь, это дорого. Вы только начали встречаться. Откуда у двадцатилетнего деньги?
– Мам, Игорю не двадцать. У него есть деньги, сам предложил!
– Сколько Игорю? Не 46? Работает? Родители богатые?
– Родители на пенсии давно. Мам, Игорю 49…
– Катя! Зачем ты мужиков выбираешь, которые в отцы годятся?
– Мам, я думала, мы понимаем друг друга! Мне интересно! Одинаковые взгляды! Понимаем с полуслова!
Опять вспомнила психологов.
– Кать, ты молодая. Какие одинаковые взгляды с разницей в ТРИДЦАТЬ ЛЕТ? В 19 и 49 – разные жизни. Разные интересы. Что ты в них находишь?
– Мам, пойми просто. Не знаю, как объяснить. Мне с Игорем хорошо! Мы как одно целое! Несмотря на возраст – похожи!
Опять не стала давить. «Подождите» – сказали психологи. Жду.
День рождения отметили. Катька к Игорю убежала. Вернулась с букетом и телефоном новым.
Игоря видела пару раз. Чай пили. Умный мужик, интересный. Но чтоб с Катькой серьёзно – я против.
У Катьки дорогие подарки появились. Телефоны, сумки, шмотки. Понимаю – нравится роскошь. Ровесники такого не подарят. Но неужели только из-за этого с мужиками старыми встречается?
Я ж учила доброте, душевным ценностям. Деньги не главное. Неужели только из-за денег?
С отцом Катьки разошлись, когда ей два было. Характерами не сошлись – это точно про нас. Личную жизнь не смогла устроить. Были мужики. Но или ребёнок не устраивал, или просто разные.
Но Катька без мужского внимания не была. Мой отец с ней до последнего возился. К родителям ездили часто, она с дедом время любила проводить.
Брат выручал – брал Катьку, когда со своими куда-то ехал. У него два пацана, в Катьке души не чаял – дочку хотел.
Недавно Катька сказала – рассталась с Игорем. Потом про Михаила – 52 года. Летом на курорт летят.
Михаил – умный, интеллигентный. Но я другого хотела для дочери.
Выхожу от психолога.
«Принимайте дочь такой. Наиграется – бросит. Нотациями испортите отношения. Так хоть знаете, где и с кем».
Иду домой. Жду, когда Катька с дядьками наиграется… Как я пережила развод и снова поверила в любовь…
