— Передай своему Сашке, чтобы держался подальше от нашего Женьки! — вспылила Оля. — Раз у вас самих нет денег на велик, нечего ломать чужой!
— Да нам велосипед и не нужен, — огрызнулась Лена. — Мы Сашке мопед купим. И вообще, он и пальцем не тронул ваше барахло. Взяли дешёвку — она и развалилась.
Шум поднялся такой, что соседи из ближних дворов высунули головы. У калитки, прислонившись к столбу, стояли двое: Алексей и Сергей. Мужики молча курили и смотрели. Когда женщины начали носиться по огородам кругами, как встревоженные вороны, мужья переглянулись.
— Ладно, пошли, — сказал один из них. — Пора уже.
Алексей подхватил Лену, перекинул через плечо — та от неожиданности даже пискнуть не успела — и скрылся во дворе. Сергею пришлось труднее: Оля была крепкой, здоровой женщиной. Он обхватил жену поперек талии и попятился к дому, пока она вырывалась, цеплялась ногтями и пыталась вернуться.
В школе Лена с Олей были не разлей вода — с первого класса за одной партой, одни мечты на двоих. Поехали учиться в город, вернулись вместе, замуж вышли за хороших парней — непьющих, работящих. Не успели оглянуться, как рядом дома новые отстроили. И пошло-поехало. Сергей с Олей — забор поставили красивый, недешёвый. Лена с Алексеем — сразу выше и «круче». Те дом обшили — эти ещё «современнее» сделали. Снаружи — улыбаются, а за спиной уже косо смотрят.
Проблемой стала полоска земли между участками — узкая, шириной в метр, заросшая бурьяном. Как-то раз, копаясь в грядках, Лена крикнула: — Оль, семена же скоро полетят. Надо бы скосить.
Оля разогнулась, вытерла пот со лба: — Твоя правда. А вы не собираетесь ставить забор? Я думала, вы любите высокие заборы, чтобы спрятаться от всех.
— Мы бы поставили, — не удержалась Лена, — только получается, что мы деньги тратим, а пользоваться будете вы. Нет уж, вы ставьте. Или денег нет? Могу занять.
— Держи свои займы при себе, они ещё пригодятся. А мне трава не мешает. Пусть растёт выше — соседи не увидят, что у меня лучше растёт.
— «Лучше»? — Лена набрала полную грудь воздуха. — Да у тебя сорняков — хоть косой коси!
— Надо же, разглядела, где у меня сорняки. Осенью могу продать тебе овощей подешевле.
— Твои овощи? Ими можно отравиться. Ты никогда толком не знала, чем кормить землю.
Слово за слово — и понеслось. О чём спорили — забыли; ругались уже по привычке. Тогда их разнял ливень, как из ведра окативший. Но обе знали: вопрос остался.
Женщинам было чуть за тридцать, мужья были чуть старше. Мужики долго не могли понять, что жёны из подруг превратились в соперниц. Поняли, когда начались странности. У Лены были сын и дочь, у Оли — тоже, только в обратном порядке. Как-то Оля притащила кучу детских вещей.
— Ты кого ограбила? — удивился Сергей.
— Купила! Торговцы у магазина стояли. Ленка своим берёт? А мы чем хуже? Деньги есть? Я сказала — мне такое же дайте.
Сергей покрутил пальцем у виска: — Ты в своём уме? Их Сашка в третий класс пошёл, а нашему до школы ещё четыре года.
— Ну и что? Зато потом не придётся покупать, — уперлась Оля.
Сергей только махнул рукой. Взял из кладовки бутылку настойки и вышел на крыльцо. Алексей тоже стоял на крыльце и курил. Сергей тихонько свистнул и показал бутылку. Алексей изобразил руками вёсла. Через десять минут они уже сидели в лодке на реке.
— Здорово. — Привет. Вот, огурцов с помидорами прихватил. — А я про закуску и не подумал… Что творится-то? — Беда какая-то. Только не пойму, из-за чего. Подруги же были — теперь соперничают. — И я не врубаюсь. Всё ведь нормально было. Началось, когда обе начальницами стали. — Точно! Илюшка недавно спрашивал: «Кто главнее — завклубом или завстоловой?» Вот оно что…
Сергей вздохнул, налил по рюмке: — И что делать? До безумия доходит. Лена мне говорит: «Может, поедешь на заработки на Север?» Я чуть не подавился. Денег что ли мало? Дом новый, всё есть.
Алексей сплюнул в воду: — Представляешь? Родного мужа отправить на край света — лишь бы переплюнуть соседку.
Они вздыхали, придумывали варианты — и сами же их отвергали. Жёны разнесут любой план в пух и прах. А жить-то хочется по-человечески. И дети хотят дружить — только тайком, чтобы матери не увидели и не устроили скандал.
Настойка уже заканчивалась, когда на Илюшкином велосипеде примчался Сашка: — Пап! Дядя Серёжа! Там мамы опять… Кричат друг на друга. Илья их растаскивает, но не может справиться. — Уже дерутся? — Почти.
Мужики вскочили и побежали домой. Издалека доносились крики. На заборе сидели зеваки. В огороде Лена с Олей орали на всю деревню — опять из-за той же полосы травы: чьи семена куда летят. Пока они бросались друг в друга пучками сорняков, Алексей рявкнул: — А ну, хватит!
Лена испуганно посмотрела на него. Оля набросилась на Сергея: — Чего стоишь? Чего молчишь? Слышал, как твою жену обзывают?!
— Плохо слышишь? — устало бросил он. — Ты тоже помолчи.
На мгновение воцарилась тишина, только ветер шуршал в лопухах. Потом обе снова вспылили, но теперь уже и на мужей: бестолковые, не то говорят, не тех защищают. Алексей подхватил Лену, Сергей — Олю. Дети открыли двери.
— Открой подпол, — приказал Сергей. — Пап?.. — Я сказал — подпол.
Оля кричала так, будто её резали: — Предатель! Ты с кем? Против меня, что ли?!
— Успокойся, — Сергей опустил крышку люка, поставил сверху тяжёлое кресло и вышел во двор.
На улице двое хозяев взяли косы и пошли к бурьяну. Алексей наточил лезвие и кивнул Сергею: — Моя в погребе сидит. — Моя в подполе. Ну что, косим?
За час всё скосили. В огородах стало светло и просторно. Ещё полчаса траву вывозили за калитку. На расчищенном месте сколотили лавки, поставили стол. Настойка, огурцы, сало — как на празднике. Сели, посмотрели на детей: — Ну, идите, выпускайте их.
Оля вышла первой — вся дрожала, шла медленно. Встала молча. Через пару минут появилась Лена — у неё зуб на зуб не попадал от холода. Встала рядом с Алексеем, ни на кого не глядя.
Сергей заговорил: — Вот что, бабы. Насмотрелись мы, как вы нас позорите на всю деревню и друг друга изводите. Решили: хватит. У вас же как должно быть? Всё поровну. Не дай бог — у одной муж уйдёт, у другой — нет.
— Как это «уйдёт»? — всхлипнула Оля. — Серёжа, что ты такое говоришь?
— То и говорю. Устал я. Женился — думал, баба у меня умная, а ты… лучше промолчу. Что вы с Леной не можете поделить? У обеих всё есть.
Лена толкнула его локтем: — Лёш, а он-то чего выговаривает? Ты-то тут при чём?
Алексей пожал плечами: — Он прав. Хотите — живите отдельно. Хоть каждое утро вместо зарядки кричите. А мы — в город уедем. Найдём там спокойных. Жить хочется нормально, а не как на пороховой бочке. — Всё, — отрезал он. — Хватит.
Бабы переглянулись. Каждая была готова сказать: «Это всё из-за неё», — только каждая думала о другой. Промолчали. Уставились в стол. Мужики болтали между собой, наливали, будто женщин рядом и не было.
— Ну что, Лен, — первой хмыкнула Оля, — присядем? По маленькой — за нашу «вольную» жизнь. Мужики, поди, думают, что мы сейчас кинемся им в ноги.
— Давай, — согласилась Лена. — Сколько лет мы не сидели по-человечески? А ведь раньше гуляли — вся деревня до утра не спала.
Алексей с Сергеем украдкой переглянулись и усмехнулись: план вроде работает. Только бы они не загуляли слишком сильно, а то придётся снова ругаться, а этого совсем не хочется.
— Илья! — крикнула Оля. — Принеси закуску и ту нарядную бутылку.
Илья пулей влетел в дом. Лена повернулась к своим: — Вы чего стоите? Бегом домой — за едой и вином.
Через пять минут стол ломился от еды. Когда выяснилось, что вино в обоих домах одинаковое, женщины расхохотались: — Ой, Оль, ну и дуры же мы с тобой. — И не говори, Лен, — смеялась Оля, держась за голову.
Мужики с удивлением смотрели на них: ещё утром они были заклятыми врагами, а теперь пьют вино, обнявшись, и о чём-то шепчутся.
— Нам, мужикам, баб не понять, — крякнул Алексей. — Согласен, — кивнул Сергей. — А если пытаться понять до конца… — Совсем с ума сойдёшь, — закончил Алексей.
— О, а наши мужчины всё ещё здесь, — подняла глаза Оля. — Ага, — поддакнула Лена. — Наверное, ещё не придумали, какую красавицу осчастливить. Или красавицы для наших «принцев» закончились? Простые деревенские девушки им не подходят.
— Хватит уже, — буркнул Сергей. — А слово, знаешь ли, не воробей: вылетит — не поймаешь, — усмехнулась Оля.
Алексей стукнул кулаком по столу, но Лена тут же стукнула в ответ: — Не шуми. Сначала вам не нравилось, что мы ругаемся, теперь — что миримся. Чего расселись? Коровы скоро придут. Жёны заняты, не видите?
Мужики вскочили и убрались восвояси. На дороге они перевели дух. — Не бабы, а динамит, — сказал один. — Твоя правда, — согласился другой. — Я сам загоню корову и спать. Насидятся — разойдутся.
Алексей улыбнулся: — Ладно. Справимся. Главное, чтобы план сработал. — Лишь бы мир продержался, — хмыкнул Сергей. — Потерпим немного. Утро вечера мудренее.
Разбудил их шум в огороде. По привычке мужики натянули штаны и побежали «разнимать» — а там… Лена, Оля и дети перекапывают бывшую межу и сажают цветы.
— Оль, я вчера попробовала твои маринованные помидоры — пальчики оближешь. Дашь рецепт? — спросила Лена.
— Конечно, дам. И с кабачками есть один секретный рецепт — никому не показываю. Тебе покажу.
— Спасибо. А если укропа на засолку не хватит — заходи ко мне. Нарви сколько нужно.
— Вот спасибо, — улыбнулась Оля. — А то я в этом году весь сорняк выполола сдуру, думала, ещё взойдёт, а нет.
Алексей с Сергеем переглянулись, перекрестились для порядка и на цыпочках, стараясь не задеть ни травинки, вернулись домой. Можно было бы ещё часок поспать — после вчерашнего гудела голова, но оба думали об одном: если бы пришлось повторить ради мира в семье, они бы не раздумывая повторили. Ради дела — всё что угодно.
