Джессика смотрела на Ангелину большими карими глазами. Хвост еле заметно шевелился. Собака уже давно не знала, чего ждать от хозяйки — ласки или крика.
— Опять ковер испортила! — Ангелина отбросила мокрую тряпку и резко выпрямилась.
Джессика дернулась, будто ожидая удара. Губы Ангелины сжались в тонкую линию. Она повернулась к окну, сжав руки в кулаки.
За спиной скулила собака. Ангелина не оборачивалась.
— Да замолчи ты! — бросила через плечо.
Прошло четыре месяца с тех пор, как Игорь притащил домой этого черного щенка с огромными ушами.
— Проверка на ответственность, — объяснил он тогда с улыбкой. — Если справишься с собакой, тогда и о детях поговорим.
Ангелина пожала плечами. Дети ей были не нужны, но и спорить не хотелось. Щенок казался милым и безобидным. Подумаешь, собака. Большого ума не надо.
Но оказалось — надо.
Гулять с Джессикой было скучно. Кормить — забывала. Убирать за ней… От одной мысли Ангелину передергивало.
— Лина, ты вообще с ней хоть раз поиграла? — Игорь присел возле собаки, почесал за ухом. Джессика тут же завиляла хвостом, уткнулась мордой в его ладонь.
— А зачем?
— Как зачем? Это же живое существо. Ей внимание нужно.
— Тебе нужно — ты и играй.
Ангелина отвернулась к холодильнику. Достала йогурт, открыла, начала есть, глядя в телефон.
Игорь вздохнул. Поднялся. Джессика испуганно прижалась к его ноге.
— Ладно, — тихо сказал он. — Ладно.
***
Ссоры начались через месяц. Сначала тихие, потом все громче.
— Она дрожит! Ты видишь? Собака тебя боится!
— Ничего я ей не делаю.
— Не делаешь? А что это за крик по утрам? Что за вечные претензии?
— Она меня достала! Все время под ногами вертится, скулит, требует чего-то!
— Она требует любви, Лина. Простой любви.
Ангелина засмеялась. Резко, как-то зло.
— Любви? К собаке? Ты серьезно?
— Да! — Игорь схватил себя за волосы. — К собаке! Если ты не можешь полюбить даже собаку, как ты будешь любить ребенка?
Повисла тишина. Долгая, липкая.
— Я же говорила, — тихо произнесла Ангелина. — С самого начала говорила, что детей не хочу.
— Я думал, передумаешь.
— Нет.
— А я думал, изменишься.
— Нет.
Игорь посмотрел на нее. Долго, внимательно. Потом опустил взгляд на Джессику, которая сидела в углу, поджав уши.
— Знаешь что, — сказал он медленно. — Поживем еще немного. Посмотрим.
Но через две недели все решилось.
Ангелина пришла домой раньше обычного. Джессика, услышав звук ключа в замке, выскочила в прихожую. Запуталась в ногах. Ангелина споткнулась, уронила сумку, из которой посыпались документы.
— Да что ж ты за тварь такая! — взвилась она.
Собака отпрыгнула, но было поздно. Ангелина схватила первое, что попалось под руку — журнал — и замахнулась.
Джессика сжалась в комок у стены. Дрожала всем телом. Скулила тихо, жалобно.
— Замолчи! — рука с журналом зависла в воздухе.
И в этот момент открылась дверь.
— Ангелина. — Голос Игоря был тихим. Очень тихим. — Собирай вещи. Сегодня.
Она обернулась. Он стоял на пороге с пакетом продуктов. Лицо каменное.
— Игорь, это не то, что…
— Сегодня, — повторил он. — Собака остается.
Ангелина открыла рот, потом закрыла. Опустила руку. Швырнула журнал на пол.
— Вот и отлично, — сказала она. — Мне вся эта затея с самого начала не нравилась.
Через час она уехала. Не плакала. Не жалела. Просто уехала.
Ну и что? Ну и пусть. Делать нечего.
***
Прошло полгода.
Ангелина сидела на диване в съемной квартире и гладила кошку. Маруська мурлыкала, жмурилась от удовольствия.
— Ты хотя бы молчишь, — пробормотала Ангелина. — И не просишь ничего.
Кошку она завела через месяц после расставания с Игорем. Не со зла. Просто захотелось кого-то рядом. Тихого. Не требовательного. Маруська оказалась именно такой — ела, спала, иногда играла с фантиком. Больше ничего не нужно.
Идеальное существо.
— Привет!
Ангелина подняла голову. На пороге стоял высокий мужчина в джинсах и клетчатой рубашке. Валерий. Познакомились две недели назад в кафе. Разговорились. Он оказался простым, веселым. Сразу предупредила:
— Я детей не хочу. Если это проблема, лучше сразу…
— Что ты, — засмеялся он тогда. — Все меняется. Время покажет.
Ангелина промолчала. Не хотелось спорить.
Валерий прошел в комнату, сел рядом.
— Твоя кошка? Красивая.
Не успел он договорить, как лицо его исказилось. Чихнул. Потом еще раз. Глаза покраснели, слезы потекли.
— Ты что? — Ангелина отодвинулась.
— Аллергия, — выдавил он сквозь приступ кашля. — На кошек. Забыл предупредить.
— Серьезно?
— Извини. — Валерий вытер глаза, отошел к окну. — Думал, пронесет.
Они помолчали. Маруська спрыгнула с дивана, ушла на кухню.
— Слушай, — осторожно начал Валерий через минуту. — Может, ты пристроишь ее? Кому-нибудь отдашь? Я готов помочь с поиском хозяев.
— Нет.
— Лина…
— Я сказала — нет. — Ангелина встала. — Кошка моя. Она со мной останется.
Валерий вздохнул. Покачал головой.
— Я могу пройти лечение. Есть таблетки от аллергии. Но жить вместе с кошкой все равно не получится.
— Тогда и не надо жить вместе.
— То есть?
— То есть все, Валера. Извини.
Он ушел через десять минут. Не спорил. Просто ушел.
Ангелина закрыла за ним дверь. Маруська выглянула из-за угла, потянулась, запрыгнула обратно на диван.
— Вот видишь, — сказала Ангелина коту. — Люди всегда чего-то требуют. А ты просто есть. И молчишь.
Маруська зажмурилась.
***
Алексей был другим.
Спокойный. Умный. Не давил. Не говорил о детях. На вопрос о семье и планах отвечал уклончиво:
— Живу один. Работаю. Вот и все.
Ангелине это нравилось. Наконец-то нашелся человек, который ее понимает. Который не пытается ее изменить, переделать, заставить жить по чужим правилам.
Через полгода они поженились. Тихо, без лишних разговоров. Расписались и поехали домой пить шампанское.
— Счастлива? — спросил Алексей, обнимая ее на кухне.
— Да, — ответила Ангелина. — Наконец-то.
И это была правда.
Год пролетел незаметно. Работа, дом, редкие встречи с подругами, которых становилось все меньше. Ангелина не скучала. Ей было хорошо одной. Вернее, вдвоем с Алексеем. Он ничего не требовал, не лез в душу, не устраивал сцен.
Идеальный мужчина.
До того дня.
— Лина, нам надо поговорить. — Алексей зашел на кухню, где она мыла посуду.
— Что-то случилось?
— Моя бывшая жена уезжает в командировку. На четыре месяца. В Австралию.
Ангелина вытерла руки, обернулась.
— И?
— И девочки поживут у нас.
— Какие девочки?
Алексей помолчал. Потом тихо:
— Мои дочери. Близнецы. Вере и Даше по десять лет.
Ангелина замерла. Мир вокруг словно качнулся.
— У тебя… дети?
— Да.
— Почему я не знала?
— Мы не общались с ними. Они жили с матерью. Но сейчас ситуация изменилась.
— Ты мне не сказал. — Голос Ангелины стал тихим. Опасно тихим. — Два года вместе. Год в браке. И ты не сказал мне, что у тебя есть дети.
— Извини. Я думал, потом расскажу. Не было повода.
— Не было повода? — она засмеялась. — Не было повода!
— Лина, прошу тебя. Это всего четыре месяца. Потерпи. Они не будут тебе мешать.
Она смотрела на него. Долго, молча. Потом развернулась и вышла из кухни.
***
Вера и Даша приехали через неделю.
Две худенькие девочки с длинными светлыми косами. Испуганные, тихие. Зашли в квартиру с двумя большими чемоданами и замерли в прихожей.
— Девочки, это Ангелина, — представил их Алексей. — Она…
— Здравствуйте, — перебила Ангелина. — Комната ваша — вторая справа.
Близнецы кивнули и поспешили уйти. Даже не подняв глаза.
Ангелина прошла на кухню. Включила чайник. Села за стол.
Четыре месяца. Всего четыре месяца.
Надо просто переждать.
Но переждать не получилось.
Девочки старались. Убирали за собой, не шумели, делали уроки молча. Пытались помогать — предлагали накрыть на стол, помыть посуду.
— Не надо, — отрезала Ангелина. — Я сама.
Вера и Даша отступали. Переглядывались. Уходили в свою комнату.
Алексей пытался сгладить углы. Разговаривал с дочерьми тихо, по вечерам. Объяснял Ангелине:
— Им тяжело. Они привыкают.
— Мне тоже тяжело.
— Потерпи. Пожалуйста.
Но терпение у Ангелины заканчивалось. Девочки раздражали ее уже одним своим присутствием. Тихими шагами по коридору. Шепотом на кухне. Взглядами украдкой.
Ангелина перестала готовить ужин. Готовила только себе. Алексей кормил дочерей. Она не помогала с уроками. Не разговаривала. Не смотрела.
Будто их не было.
— Ангелина, — однажды вечером подошла к ней Вера. — Можно… можно вас спросить?
— Что?
Девочка сжала руки.
— Вы… вы на нас сердитесь?
Ангелина посмотрела на нее. На большие серые глаза. На напряженное лицо.
— Нет, — коротко ответила. — Не сержусь.
— Тогда почему вы с нами не разговариваете?
— Потому что не хочу. У тебя еще вопросы?
Вера покачала головой. Отступила. Убежала в комнату.
Алексей узнал об этом разговоре к вечеру. Пришел на кухню, закрыл дверь.
— Зачем ты так с ними?
— Как?
— Жестоко.
Ангелина усмехнулась.
— Я им ничего не делаю. Не кричу. Не бью. Просто не общаюсь. Какая жестокость?
— Ты их игнорируешь. Им больно.
— А мне больно, что они здесь. Я не просила их сюда.
— Я просил.
— Твоя просьба — твоя проблема. Я свое мнение не скрывала.
Алексей выдохнул. Сел напротив.
— Лина. Это мои дочери. Я люблю их.
— Знаю.
— И я люблю тебя.
— Знаю.
— Неужели нельзя найти компромисс?
Она посмотрела ему в глаза.
— Я не умею идти на компромиссы, Алеша. Никогда не умела.
Он больше не спорил. Просто кивнул и вышел.
***
Взрыв случился через месяц.
Даша заходила на кухню. Хотела налить воды. Маруська метнулась под ногами. Девочка споткнулась, выронила стакан. Дверь на балкон была приоткрыта. Кошка выскользнула на площадку.
— Маруська! — закричала Ангелина, выбегая из комнаты.
Она подхватила кошку, прижала к себе. Обернулась к Даше.
— Ты что делала?!
— Извините, я не нарочно…
— Не нарочно? Ты выпустила мою кошку! Специально!
— Нет! Правда, нет!
— Вы с сестрой с первого дня пытаетесь испортить мне жизнь! Избавиться от меня!
Даша заплакала. Вера выбежала из комнаты, обняла сестру.
— Мы не хотели…
— Уйдите! — закричала Ангелина. — Обе уйдите!
— Что здесь происходит? — Алексей ворвался в квартиру, он ушел за хлебом десять минут назад.
— Она выпустила Маруську! Специально! Чтобы мне навредить!
Алексей посмотрел на рыдающую Дашу. На дрожащую Веру. На Ангелину с кошкой на руках.
И что-то внутри него сломалось.
— Достаточно, — сказал он тихо. — Хватит.
— Алексей…
— Хватит, Ангелина. — Голос его стал жестким. — Ты ведешь себя как ребенок. Нет, хуже. Ты ведешь себя жестоко. По отношению к детям. К моим детям.
— Я предупреждала…
— Ты предупреждала, что не хочешь детей. Но ты не предупреждала, что будешь их унижать. Игнорировать. Делать несчастными.
— Я им ничего не делаю!
— Именно это ты и делаешь — ничего. А это хуже всего. — Он шагнул к ней. — Помнишь историю про собаку? Про Джессику?
Ангелина замерла.
— При чем тут…
— При том, что я вижу то же самое. Ту же жестокость. Только сейчас это не собака. Это мои дети.
Повисла тишина.
— Я не буду этого терпеть, — продолжил Алексей. — Либо ты меняешься, либо уходишь.
Ангелина молчала. Сжимала Маруську так, что та заворчала. Потом медленно разжала руки, поставила кошку на пол.
— Я не могу измениться, — тихо сказала она. — Я такая, какая есть.
— Тогда уходи.
— Хорошо.
Она собрала вещи за два часа. Алексей не помогал. Сидел с дочерьми в их комнате. Ангелина слышала, как он тихо разговаривает с ними. Успокаивает.
Когда она вышла с чемоданом, Алексей проводил ее до двери.
— Извини, — сказал он.
— За что?
— За то, что не понял сразу. Что зря связал с тобой жизнь.
Ангелина усмехнулась.
— Я предупреждала.
— Да. Предупреждала.
Дверь за ней закрылась. Мягко. Тихо. Окончательно.
***
Мама открыла дверь с укоризной в глазах.
— Опять?
— Опять, — ответила Ангелина, проходя внутрь.
— Я же говорила тебе…
— Мам, не надо. Не сегодня.
Мать вздохнула. Помогла дочери занести вещи в ее старую комнату. Ту самую, где Ангелина жила до встречи с Игорем.
Круг замкнулся.
Ангелина опустилась на диван. Маруська тут же запрыгнула на колени, устроилась поудобнее.
На тумбочке у кровати стояли три фотографии в рамках. Ангелина с Игорем и маленькой Джессикой. С Валерием в кафе. Свадебное фото с Алексеем.
Она посмотрела на них. Долго. Потом отвернулась к окну.
За стеклом медленно темнело. Начинался дождь.
— Только ты и осталась, — пробормотала Ангелина, поглаживая кошку. — Потому что тебе от меня ничего не нужно.
Маруська мурлыкнула в ответ.
Телефон завибрировал. Уведомление из приложения для знакомств. Новое сообщение.
Ангелина посмотрела на экран. Колебалась. Потом провела пальцем по экрану.
Открыла чат.
— Привет! — написал незнакомец. — Меня зовут Дмитрий. Увидел твой профиль и подумал…
Ангелина начала печатать ответ.
Круг начинался заново.
