После свадьбы Ольга с Артёмом перекантовались в бабушкину двушку. Хрущёвка старенькая, на втором этаже, рамы покосившиеся, обои в цветочек — зато своё жильё. Артём сразу полез по углам, розетки щупал, трубы проверял.
— Ремонт делать будем, — говорит. — Всё тут развалить надо и заново.
Ольга кивнула. Планы у них были — деньжат накопить, квартиру в порядок привести, а потом уж и о ребятах думать. Не спешили они с прибавлением.
Первое время прошло в хлопотах. Артём после работы с проводкой возился, Ольга по магазинам шлялась — обои выбирала. Деньги откладывали потихоньку, мечтали о кухне новой, о ванной без трещин. Радовались каждой копейке.
И тут случилось то, чего не ждали. Поплохело Ольге по утрам, тошнота накрыла. Сначала думала — простыла или что не то съела. А потом как дошло…
— Артём, — зовёт мужа. — Садись. Разговор серьёзный.
Он сразу насторожился: — Что стряслось?
— Да вот… — Ольга помялась. — Прибавление у нас будет.
Артём сначала обалдел, потом как заорёт от радости, подхватил жену, закружил. Аж светился весь.
— Вот это да! — приговаривал. — Ребятёнок будет! Ну надо же!
Первые недели был радёхонек, всё планировал — как детскую обустроит, какие игрушки прикупит, куда коляску пристроит. Ольга смотрела на него и умилялась — заботливый муж попался.
Но потом что-то с Артёмом приключилось. Начал книжки всякие читать, в интернете копаться. И чем больше читал, тем больше паниковать стал.
— Оля, — говорит, — а ты знаешь, что пыль очень вредная для ребёнка?
— Какая пыль? — не поняла.
— Обычная. Строительная тем более. А мы тут ремонт делаем, всё в пыли. Надо прекращать.
Ольга плечами пожала. Ну прекратят, не проблема.
А дальше — хуже. Через пару дней Артём заявился домой с каким-то прибором.
— Это счётчик радиации, — объяснил серьёзно. — Проверим, не фонит ли у нас что.
— Артём, ты что, совсем поехал? — удивилась Ольга. — Какая тут радиация?
— А вдруг? — упёрся. — Ребёнок же! Нельзя рисковать!
Проверил всю квартиру, слава богу, ничего не нашёл. Но успокоиться не смог. Теперь принялся химию изучать.
— Оля, — говорит на следующей неделе, — все эти порошки и моющие средства — отрава чистая. Выбрасывай всё.
— Артём, да как же я прибираться буду?
— Содой. И хозяйственным мылом. Наши бабки только так и жили.
Ольга вздохнула, но согласилась. Мужу виднее, подумала.
Потом очередь до техники дошла. Артём начитался про вредные излучения и постановил:
— Микроволновку убираем. И телевизор надо подальше отодвинуть. А мобильные — вообще в другой комнате держать.
— Да ты что! — возмутилась Ольга. — Как я без микроволновки-то?
— На плите разогревай. Как раньше люди жили?
— Раньше и помирали раньше!
Но Артёма не переубедить. Прямо одержимый стал. Каждый день новые запреты выдумывал.
— Посуду алюминиевую выкидываем, — объявил. — Алюминий в организм попадает.
— Артём, да это же бабушкины кастрюли! — расстроилась Ольга.
— Именно поэтому. Старьё сплошное. Надо всё на стеклянное поменять.
Потратились на новую посуду прилично. Ольга только руками развела — прощай, ремонт.
А Артём всё не унимался. Притащил как-то респираторы.
— Будешь носить, — говорит. — Воздух плохой в городе.
— Артём, да я же на работу хожу! Как я в респираторе на работу пойду?
— А зачем тебе работа? Уходи в декрет пораньше.
— Да какой декрет? До родов ещё полгода!
— Ну и что? Зачем рисковать?
Тут уж Ольга взбеленилась:
— Ты совсем психануть? Нормальные люди беременеют и рожают, и ничего с ними не случается!
— А мы не будем как все! — отрезал Артём. — У нас ребёнок будет самый здоровый!
Дальше принялся еду контролировать. Магазинные продукты объявил вне закона.
— Только с рынка, — заявил. — И то проверенные. Нашёл тётку одну, у неё своё хозяйство.
Ольга попробовала возразить:
— Артём, а откуда мы знаем, что она там не химией поливает?
— Я с ней разговаривался. Честная женщина.
— Ну да, все честные, — пробурчала Ольга.
А Артём между тем совсем разошёлся. Начал требовать, чтобы Ольга вообще из дома не высовывалась.
— Зачем тебе улица? — говорил. — Машины, выхлопы, пыль. Сиди дома, отдыхай.
— Артём, я же не больная! — взмолилась Ольга. — Мне воздух нужен, прогулки!
— А я тебя на дачу свожу. По выходным. Там воздух чистый.
И правда, каждые выходные таскал её за город. Но и там покоя не давал — всё высматривал, не растут ли рядом какие заводы, не пролегают ли линии электропередач.
Ольга терпела, думала — ну перебесится муж и успокоится. Но становилось только хуже. Артём превратился в настоящую паникёршу. Каждый день новые страхи находил.
То прочитает, что беременным нельзя тяжести поднимать, и запретит ей пылесос в руки брать. То услышит про вред шампуней и заставит голову хозяйственным мылом мыть. То начнёт проверять, не слишком ли громко музыка играет — как бы ребёнку не навредить.
— Артём, — сказала как-то Ольга, — да что с тобой творится? Ты же раньше нормальный был!
— Я и сейчас нормальный! — огрызнулся. — Просто ответственный. А ты легкомысленная какая-то.
— Да я не легкомысленная! Я просто не хочу жить как в тюрьме!
— Ну извини, что забочусь о нашем ребёнке!
И ушёл, хлопнув дверью.
Подруги Ольге сочувствовали:
— Бывает такое, — говорили. — Мужики иногда больше баб переживают. Родится ребёнок — пройдёт.
Но Ольге было не до утешений. Жизнь превратилась в кошмар. Артём контролировал каждый её шаг. Названивал по десять раз на дню — где, что делает, что ела, как себя чувствует. Дома проверял — помыла ли руки, не ударилась ли обо что, не понервничала ли.
А ещё начал медицинские справочники изучать. И теперь при каждом чихе паниковал:
— У тебя температура! Надо к врачу!
— Артём, да у меня насморк простой!
— А вдруг это не простой? Вдруг инфекция какая?
И тащил её по больницам. Врачи уже косо смотрели на эту парочку — муж как заведённый, жена замученная.
Когда до родов оставалось два месяца, Ольга не выдержала. Собрала вещички и поехала к родителям.
— Мам, — говорит, — не могу я больше. Он с ума сошёл окончательно.
Мать погладила её по голове:
— Ничего, дочка. Поживёшь пока у нас. Может, он образумится.
Артём сначала названивал каждый час, умолял вернуться. Потом приезжал, стоял под окнами, просил прощения. Обещал исправиться.
— Оля, ну пойми, я же тебя люблю! Нас люблю! Хочу, чтобы всё хорошо было!
— Артём, — отвечала Ольга, — твоя любовь мне в тягость. Ты меня в футляр упаковал, дышать не даёшь.
— Я больше не буду! Клянусь!
— Не верю.
И правда не верила. Знала — стоит вернуться, всё начнётся сначала.
Так и прожила у родителей до самых родов. Артём, конечно, в роддом примчался. Сидел в коридоре, ногти грыз от волнения.
А когда дочка родилась — здоровенькая, румяная, с отличными показателями — он как увидел её, сразу расплакался.
— Оля, — шептал, — прости меня. Прости, дурака.
Врач, дедок пожилой, посмотрел на него с пониманием:
— Бывает, молодой человек. У многих так. Первый ребёнок — большой стресс. Теперь видите — всё хорошо получилось.
Артём кивал, целовал жену и дочку, клялся, что больше никогда не будет психовать.
И правда, он изменился. Словно гора с плеч свалилась. Опять стал прежним — заботливым, но не навязчивым. Помогал с ребёнком, радовался каждой улыбке дочки.
Ольга постепенно оттаяла, простила. Вернулись в свою квартиру, зажили нормальной семьёй.
Дочка росла здоровой и весёлой девчонкой. Артём души в ней не чаял, но уже не дёргался по каждому поводу. Если малышка чихнула — не бежал сразу за градусником. Если упала — не поднимал панику.
Прошёл год. Потом два. Дочка уже говорить начала, бегать. Артём и Ольга привыкли к родительской жизни, освоились.
И тут как-то зашёл разговор о втором ребёнке.
— А может, ещё одного? — предложил Артём. — Машке братика или сестричку?
Ольга помолчала, потом покачала головой:
— Не знаю. Не готова пока.
— Почему? — удивился Артём. — Мы же справляемся хорошо.
— Справляемся, — согласилась Ольга. — Но я боюсь.
— Чего?
— Что тебя опять накроет. Той же паникой.
Артём нахмурился:
— Да ну что ты! Я же теперь опытный. Знаю, что к чему.
— Знаешь-то знаешь, — вздохнула Ольга. — А вдруг всё повторится? Я же еле выдержала в первый раз.
— Не повторится! — горячо заверил Артём. — Я же понял, что дурак был!
Но Ольга только грустно улыбнулась. Не знала точно — повторится или нет. Может, муж и правда изменился. А может, при новой беременности его опять потянет на всякие глупости.
Рисковать не хотелось. Одного ребёнка поднять — уже счастье. А там видно будет.
— Подождём, — сказала. — Погодим ещё.
Артём расстроился, но спорить не стал. Понимал — виноват сам. Своими страхами и перестраховками отбил у жены охоту к повторному материнству.
Так и остались с одной дочкой. Может, временно, а может, и навсегда. Жизнь покажет. Главное — что любят друг друга по-прежнему. И дочку растят в радости. Артём больше не паникует, Ольга не переживает. А что дальше будет — поглядим.
