Артём бросил сумку на пол. Звук получился коротким и окончательным. Он не смотрел на Лену, возился с молнией куртки, дёргая «собачку» с таким остервенением, будто она намеренно мешала ему уйти. — Пойми, это другой уровень, — бросил он в стену.
Глава 8. Чужие правила Август выдался жарким. В ремонтируемой квартире на пятом этаже вовсю стучали молотки и жужжали перфораторы. Рита стояла посреди будущей гостиной и внимательно изучала ровные ряды уложенного ламината.
Глава 6. Деревенские каникулы Денис проснулся от яркого утреннего солнца, бьющего прямо в незашторенное окно. Место рядом с ним на широкой кровати пустовало. Покрывало на Ритиной половине оставалось идеально ровным и нетронутым.
Эпилог. Шарлотка и калитка в Европу Октябрь в Тихих Омутах выдался золотым. Таким, какой рисуют на открытках: прозрачный воздух, паутинки, летящие по ветру, и запах дыма от сжигаемой ботвы, который почему-то казался самым уютным ароматом на свете.
Глава 1. Право собственности и гнилые яблоки Виктория Андреевна Новикова, старший юрисконсульт холдинга «Агро-Тех», женщина, способная одним поднятием брови заставить замолчать совет директоров, стояла посреди своего нового двора и с ужасом понимала: она влипла.
— Куда её, к Агафье что ли? – мужик в телогрейке, что вёз Зину от станции, обернулся к председателю и сплюнул на землю. – Так та ведь… сами знаете. — А куда ещё? – Никифор Лукич потёр небритый подбородок и оглядел площадь перед сельсоветом, будто надеялся увидеть там свободную избу.
Ирина заканчивала прошивать последнюю брючину, когда внезапно почувствовала, как мир вокруг словно теряет яркость. Слабость накатила волной — конечности налились свинцовой тяжестью, и рука, ещё мгновение назад уверенно державшая плотную ткань, соскользнула под иглу швейной машинки.
