Было ещё темно, когда Павел очнулся от беспокойного сна и пошарил рукой по постели. Простыни остыли, и лишь дремавшая у его ног кошка Маркиза нарушала одиночество. Прошло уже две недели с тех пор, как ушла жена, а он всё ещё не мог привыкнуть к этой пустоте.
Воспитанники старших классов приюта для детей без родителей готовились к торжественному завершению учебы. Везде царила атмосфера радостного ожидания. Подростки строили грандиозные планы, представляя себе светлое будущее во взрослом мире.
Андрей и Саша коротали время возле старых гаражей, расположившись на холодном бетоне и негромко переговариваясь. Их взгляды то и дело обращались к узкому проулку, погружённому в вечерние тени. Где-то за домами заливались дворняжки, монотонно гудел трансформатор
Когда Ольга возвращалась с рынка, где торгуют зеленью и вяленой рыбкой в вёдрах, ей снова пришло в голову, что чёрные подъездные ступени стираются не от времени, а от её шагов. Дом был старый, с облезлым фасадом, зато двор — ухоженный: две сирени, песочница
Сначала Егор пытался отшутиться, но мать закипела мгновенно — так вскипает молоко, стоит отвернуться. — Кого это я гнала? — всплеснула руками Раиса Семёновна, выгнув тонкую бровь. — Я же будущая свекровь. По должности положено проверять невест!
— Не смей меня обвинять! — кричала во весь голос Елена, размахивая руками. — Именно ты настояла на том, чтобы я отдала малышку! Вспомни, как ты отвернулась от меня в самый трудный момент. Тебе были важнее твои романы, а перспектива стать бабушкой совершенно не радовала!
Кладбищенский сторож Григорий Петрович опустил лопату в свежевырытую яму и выпрямился, разминая затекшую спину. Утро выдалось серым и промозглым — как раз подходящим для такой работы. — Вот оно, богатство-то какое, — проворчал подошедший напарник, кивая на привезённый гроб.
